А уж как она вела себя за столом! Хватать еду руками или начать пить через край тарелки суп было для девочки в порядке вещей. При этом Надя, напуганная Ольгиным молчанием в первые дни, и сама замкнулась. Разговаривала девочка только с братом, а вопросы Оли отвечала односложно, втягивая голову в плечи.
Через несколько дней Оля отошла и простила Мишу. Тогда она и спросила мужа о поведении его сестрёнки.
-Почему она такая дёрганная? Ощущение, что её били, она всё время ожидает удара.
-Скорее всего, так и было, — с горечью сказал Миша. — Меня мамкины сожители поколачивали частенько. Думаю и Наде прилетало. Но она же не со всеми такая. Со мной Надя ведет себя нормально. Ты должна расположить ее к себе.
Оля не хотела никого к себе располагать. К тому же, не видела в этом никакого смысла. Каникулы подходили к концу и Оля с огромным нетерпением ждала, когда, наконец, Михаил увезет свою сестренку обратно в деревню.
Да, девочку было жалко, но Оля старалась об этом не думать, потому что понимала, что не хочет, чтобы Надя оставалась в их квартире. Однако к концу каникул Миша становился всё задумчивее и Олю это пугало. В предпоследний день случилось именно то, чего она так боялась. Вечером, закрывшись в спальне, муж начал разговор.
-Оль, я хочу, чтобы Надя осталась у нас.
-Как ты себе это представляешь? — вздрогнула Ольга. — У неё есть мать.
-Да какая это мать? — вздохнул Михаил. — Лишить её родительских прав и на Надю не составит никакого труда. А мы с тобой молодая, полноценная семья со своей жилплощадью. Мы легко можем взять её под опеку.
-Нет и еще раз нет, — закричала Ольга.
Она старалась говорить тише, чтобы спящая за стеной девочка не услышала ее, но не сдержалась.
-Миша, я говорю нет. Я не могла дождаться конца каникул, чтобы ты наконец увез эту Надю. Я всё понимаю, она твоя сестрёнка, но я жить с ней не смогу. Я слишком молода, чтобы заботиться о такой большой девочке. Она дикая, невоспитанная, нечистоплотная. Она смотрит на меня волчонком. И вообще, Миш, ты не забыл, что скоро у нас родится свой ребёнок? Нам будет тесно вчетвером в этой квартире.
-Но я просто не могу отвезти её обратно в деревню, — тоже повысил голос Михаил. — Мать до сих пор живёт там с этим слизняком. И кто знает, что может произойти… Неужели тебе ни капельки не жаль Надю?
-Жаль. Очень жаль. Но в первую очередь я думаю о нашем с тобой ребёнке. Короче, моё окончательное слово — нет. Каникулы закончатся и ты увезёшь свою сестру в деревню.
-Нет, не увезу, — упрямо сказал Миша. — Это все равно, что подобрать бездомного котенка с мусорки, покормить, пригреть и снова выкинуть. Только это не котенок, это моя сестра!
-Ах, так? — вспылила Ольга, — Значит, уйду я. Я не буду жить с тобой, если она останется здесь. Выбирай, кто тебе важнее.
Разговор происходил в кровати. Ольга демонстративно повернулась к мужу спиной и обиженно засопела, всем своим видом показывая, что разговор окончен. Михаил тоже лег. Ворочался, тяжело вздыхал, но все-таки уснул, а Ольге не спалось. Девушка уже жалела о своих, брошенных сгоряча, словах. Она любила Мишу и не хотела от него уходить. В то же время ей жутко не хотелось, чтобы Надя осталась с ними. Чужой человечек с колким взглядом не вызывал в ней ничего, кроме раздражения. Она не знала эту девочку, не знала, что творится у нее в голове, чувствовала себя неуютно в ее присутствии.
Оля не спала, переживая из-за ссоры и вдруг услышала тихие звуки в квартире.
Надя ходила стараясь не шуметь, но у неё это мало получалось. Щелкнула дверью, скрипнула половицей. Ольга лежала и прислушивалась. Что там бродит эта чужая девочка? А это что за звук? Она что, открывает входную дверь? Что ей понадобилось на лестничной клетке?
Ольга встала, нащупала рукой свой длинный махровый халат висевший на стуле, накинула его на плечи, вышла из спальни. Включив в прихожей свет девушка убедилась, что ни куртки, ни сапожек Нади не было. Куда ночью могла пойти девятилетняя девочка в незнакомом городе?
Оле стало не по себе. Она, как была, в одном халате и тапочках вышла на лестницу. Лифт так и не починили и девушка торопливо начала сбегать вниз по ступенькам. Надю она догнала на первом этаже.
-Стой, подожди. Куда ты собралась? — с придыханием спросила Ольга, держась за живот. — Еле тебя догнала.
В первую секунду девочка растерялась, увидев жену брата, а потом выражение ее лица приняло привычный хмурый вид.
-Не надо было меня догонять. Я ухожу.
Девочка была напряжена. Казалось, в любую секунду выскочит из подъезда. И что делать тогда? Не бегать же за ней по улице, в халате!
-Давай поговорим, — сказала Оля, потихоньку приближаясь к ребенку. — Я не понимаю, что случилось. Ты захотела в деревню, к маме? Тогда дождись утра, и Миша тебя отвезет.
-Я не хочу к маме, — лицо Нади скривилось. Она старалась не заплакать. — Миша говорил, что постарается сделать так, чтобы я осталась с ним. А потом я услышала ваш разговор. Если Миша оставит меня здесь, то ты от него уйдешь. А так я тоже не хочу. Миша, он хороший и ему будет без тебя плохо. Так что, я уйду. Я найду детдом и попрошу, чтобы меня в него взяли. Я ушла сейчас, ночью, чтобы вы больше из-за меня не ссорились. Я уже поняла, что ты меня ненавидишь.
Оля смотрела на девочку, будто впервые ее видела. Вот, значит, она какая! Готова уйти, лишь бы у брата было все хорошо. Значит, Надя добрая. А что, собственно, Ольгу в ней раздражает? Дурные привычки, неряшливость? А откуда же взяться чистоплотности, если девочка росла с пьющей матерью?
-Какая же ты, оказывается, глупышка, — кутаясь в махровый халат Оля подошла вплотную к девочке и тихонько, стараясь не спугнуть, приобняла ее за плечи.
-С чего ты взяла, что я тебя ненавижу? Я просто тебя не знаю. Может быть, дашь мне еще одну возможность узнать тебя поближе? Давай начнем наше знакомство сначала.
Миша проснулся утром и не обнаружил жену в постели. Испугавшись, что она встала пораньше для того, чтобы съехать от него, парень вышел из спальни. Олю он нашёл в ванной комнате. Она учила Надю правильно чистить зубы.