Она вошла в полутемную лестничную клетку и услышала тихие шаги сверху. Михаил поднимался по лестнице, а ступени скрипели под его тяжелой походкой. Александра замерла, позволяя ему отдалиться, затем начала карабкаться следом.
Она видела, как он остановился на третьем этаже, у двери, которая явно была не новым жильем. Краска облупилась, коробка двери потрескалась, а рядом с порогом стояла старая обувь. Он вошел и вскоре раздался звук поворачиваемого в замке ключа.
Александра хотела подойти, но боялась, что он услышит ее. В итоге она остановилась на площадке чуть ниже, присев за перилами, и затаила дыхание, надеясь уловить хоть намек на разговор внутри квартиры. Сначала была тишина, лишь приглушенные шаги за стеной, но вдруг послышался женский голос.
Слова разобрать было сложно, но интонации не оставляли сомнений, что женщина ругалась или выговаривала ему что-то взволнованно, и зло. Затем Михаил ответил тихо, грубо, и было заметно, что он говорит на повышенных тонах. Александра была в полном смятении.
Какое отношение эта женщина имеет к моему мужу? Почему он в ее квартире? Что вообще здесь происходит? Ей захотелось ворваться туда и выяснить все немедленно, но она понимала, что такой поспешный шаг может только отпугнуть Михаила и закончиться тем, что он вновь исчезнет. Этот страх потерять его снова, после всего, что она пережила, стал весомым аргументом, чтобы сидеть тихо и выжидать. Они говорили взахлеб, и иногда из-за двери вырывались отдельные фразы.
Кажется, речь шла о каких-то документах, которые женщина требовала показать. Мелькали слова «деньги», «долг», «опасность» и что-то про «нельзя рисковать». Каждое обрывочное упоминание выбивало Александру из колеи все сильнее.
Михаил, кажется, подчеркнуто сохранял спокойствие, но в его голосе проскальзывала боль или отчаяние. Потом женщина повысила голос и Александра уловила «Не смей больше прикрываться мной, я устала рисковать из-за тебя». Дальше слова растворились в шуме открываемого окна, где-то в подъезде.
Она почувствовала острую колючую ревность. Неужели муж все это время жил с другой, или это его соучастница в чем-то противозаконном? Вдруг дверь распахнулась, и из квартиры вышла девушка лет 30, нервно натягивая ветровку. Александра буквально вжалась в стену, надеясь, что ее не заметят.
Девушка пробормотала себе под нос проклятие, а затем быстро сбежала вниз по лестнице. Бедная Александра чуть не забыла дышать, пока та не скрылась за пролетом. Едва отзвучали ее шаги, раздался новый хлопок двери, на этот раз Михаил вышел из квартиры.
Вид у него был изможденный, в глазах читалось напряжение. Он быстро закрыл дверь, посмотрел на часы, точно куда-то спешил, и стал спускаться. Александра, видя, что сейчас он пройдет мимо, в отчаянии прижалась к стене, надеясь, что он не повернет голову.
Муж прошел на расстоянии шага, и Александре показалось, что он почувствовал присутствие кого-то рядом. Он остановился на полсекунды и огляделся, но видимо не заметил ее, приглушенный свет в подъезде сыграл ей на руку. Затем он продолжил спуск, и вскоре ее уши уловили его удаляющиеся шаги.
Дверь подъезда хлопнула, и наступила гнетущая тишина. С тяжелым вздохом она поднялась, понимая, что упустила очередной шанс подойти и поговорить. Но еще сильнее росла решимость выяснить, что происходит.
Если Михаил жив, он обязан объясниться. Александра спустилась вниз следом, выглянула во двор пусто. Муж так быстро, что оставалось только гадать, куда он направился.
От слез снова стало трудно дышать, а разум захлестнуло отчаяние. Она вышла на улицу, растерянно озираясь. Старенькие машины, облупившиеся заборы, прохожие, у которых нет понятия о ее драме.
Ей вдруг стало стыдно за свое бессилие, за то, что не смогла остановить его, заставить объясниться. Но что могла сделать женщина, год назад потерявшая супруга, а теперь обнаружившая его в таком странном месте? Вновь ринулась бы вдогонку, но он уже исчез. Так начался долгий день, наполненный множеством вопросов, страхов и решимости достучаться до правды.
Александра понимала, надо что-то предпринимать. Целый год ее жизнь была словно в тумане боль, одиночество, горе, попытки начать все заново. Но теперь, когда муж неожиданно воскрес, она не хотела вновь погружаться в хаос недосказанности.
При этом у нее оставались дела, которые она не могла просто бросить. Дома, в старой квартире, где они с Михаилом жили до его смерти, ждали ее родители, они переехали к ней после трагедии, не желая оставлять ее одну в таком бедственном состоянии. Александрине матери было уже далеко за 60, и она тяжело переносила все, что случилось, а отец изо всех сил пытался стать опорой, хотя внутри и сам страдал.
Узнав о трагедии, они распродали часть своего имущества в другом городе, перебрались к дочери. И теперь каждый день в их глазах она видела постоянный вопрос, как жить дальше. Воспоминания о Михаиле были слишком свежи.
Она опасалась, что рассказать им о том, что сегодня увидела, значит возбудить в них новые надежды, а вдруг окажется, что все это ошибка или обман. Но одновременно ей казалось, что родители должны знать. Разрываясь между сомнениями, она все же решила пока им не говорить.
Вернувшись домой, она обнаружила, что мать как раз разогревает обед, а отец возится с почтой. Пришли какие-то бумаги от нотариуса, связанные с наследством Михаила, ведь по факту, когда был оформлен сертификат о его смерти, имущество перешло Александре, а некоторые вещи перешли родителям Михаила, по закону. На деньгах, правда, стояло много печатей, и все это сопровождалось бюрократией, которая выводила семью из себя.
Теперь этот формальный процесс оформления на Александру, шел полным ходом, ведь власти признали мужа погибшим, и уже готовили окончательное заключение, чтобы все зафиксировать. Какой ужас, думала Александра, оформить наследство, когда человек жив, но вслух сказать ничего не могла, лишь отводила глаза и отвечала рассеянно на вопросы родителей. За обедом речь снова зашла о Михаиле.
Мать Александры со слезами сказала, что виделась накануне с его старшим братом. Тот признался, что никак не может смириться с гибелью Михаила, а вскоре собирается памятную службу заказывать в церкви. Александра замолчала, не зная, как реагировать.
Внутри нее все бурлило. А что, если я расскажу, что видела его, и все примут меня за сумасшедшую? Но она жала губы, не сказав ни слова. От этих молчаливых тайн в груди начинала давить.
После обеда она пошла в комнату, села на кровать, уставившись в зеркало, и долго не могла отвести взгляд от своего бледного лица. Он жив. Что же теперь делать? Проносилось в голове.
У нее никогда не было опыта в таких запутанных ситуациях, да и откуда бы ему взяться. Вечером, лежа без сна, она вспоминала, как познакомилась с Михаилом, много лет назад. Он всегда был человеком энергичным, немного таинственным, не любил подробно рассказывать о своей работе, говоря, что занимается проектами в сфере безопасности.
Когда-то, в первую их совместную поездку на море, он между делом обмолвился, что у него непростые отношения с какими-то партнерами, и что ему то и дело приходится скрывать часть доходов, чтобы не попасть в неприятности. Тогда Александра посчитала это всего лишь мужским бахвальством, попыткой выглядеть крутым. Но теперь, после того, что она увидела сегодня, ей казалось, что тогдашние слова имели более конкретный подтекст.
Неужели он и впрямь ввязался в что-то грязное? Ведь пропал он очень странно. Ему позвонили вечером, он быстро собрался, сказал, что должен отлучиться по срочному делу, и больше он не вернулся. Позже пришло известие о трагическом случае, которое подтвердили официально.
Александра не знала подробностей, ей лишь сказали, что Михаил погиб в результате несчастного случая с огнем, и тело почти невозможно идентифицировать, но эксперты сделали ДНК-тест, подтвердивший родство. Она доверилась заключению, ведь это делали официальные структуры, все казалось безупречным. А теперь что? Ошибка экспертиза? Подделка результатов? Почему? Целую неделю после той встречи в автобусе она не могла ни есть, ни спать, погружаясь в хаос противоречий.
Она пыталась выслеживать мужа, надеясь, что он снова появится где-нибудь, но дни текли, а он словно испарился. Каждый раз, садясь в автобус, она невольно искала глазами знакомый силуэт, но все было в пустую. И вот, когда она уже почти отчаялась, приблизительно на восьмой день ей позвонила подруга Ольга, которая когда-то работала в их местном отделе полиции, в качестве секретаря.
Ольга сказала, что нужно срочно встретиться, потому что у нее есть странная информация, касающаяся Михаила. Александра бросилась навстречу без раздумий. Они увиделись в небольшом кафе, где Ольга сказала, что недавно к ним поступали заявления о подозрительном человеке, очень похожем по описанию на Михаила, и что его видели в районе того же сквера, где Александра чуть не столкнулась с ним.
Я сразу вспомнила, что твой муж ведь, прости, была уверена, что он погиб, но вдруг это какая-то ошибка. Однако кое-кто из коллег, услышав о сходстве, повел себя очень странно, брови Ольги напряженно приподнялись. Так вот, я покопалась в материалах, но все досье засекречены, или по крайней мере, ограничены в доступе.