Они сказали, что Артему плохо будет, если я им не помогу. Наконец, признался мальчик. Артем так подскочил, что Марине показалось, что он вот прямо сейчас сядет на свой мотоцикл и помчится разбираться с неизвестными ей бандюганами.
— Так, — велела она. — Оба в дом! Немедленно. Вечер был тягучим и напряженным, как наэлектризованный воздух перед грозой.
Марина сидела на кухне, сжимая в руках чашку со стывшим чаем. За закрытой дверью комнаты Влада было тихо, но эта тишина казалась тревожной. Артем ходил по комнате взад-вперед, нервно постукивая пальцами по телефону.
Сергей пришел поздно. Его лицо было усталым, но в глазах плескалось что-то темное, не злость, не обида, а скорее усталость от жизни. Он молча снял куртку и направился к холодильнику.
Марина не выдержала. — Нам нужно поговорить, — сказала она, заставив голос звучать твердо. Сергей обернулся, бросив на нее равнодушный взгляд.
— О чем? Очередные упреки и обвинения? Эти слова были как пощечина, но Марина сглотнула обиду. Влад влип в серьезные проблемы. Его втягивают в криминал, и он сам этого не понимает.
Я звонила Ивану, он предупредил, эти ребята опасны. Сергей хмыкнул и махнул рукой. — Все понятно, сплошная паника и слезы.
Я сам разберусь. — Сергей, не нужно. Ты не понимаешь, с кем связываешься.
Это не разговор на повышенных тонах и не мужская разборка на кулаках. Но Сергей уже натягивал куртку, лицо становилось красным от раздражения. — Сиди дома и не учи меня, как поступать.
Это мой сын, и я разберусь по-мужски. Он захлопнул за собой дверь. Тишина в доме стала оглушительной.
Артем посмотрел на мать. — Я поеду за ним. — Артем, не лезь! — вскрикнула Марина, но сын уже накидывал куртку.
— Ты знаешь, чем это может закончиться, если я не поеду? Я не дам ему одному на это идти. Он вышел, не дождавшись ее ответа. Марина осталась дома, сдавлена дыша, сжимая в руках телефон, словно от этого зависела их судьба.
Прошло два часа. Три. Телефон молчал.
Марина не находила себе места. Она звонила Артему, без ответа. Набрала Ивана.
— Вань, я боюсь. Сергей и Артем поехали разбираться с этими, ты же понимаешь. Они не берут трубку.
Иван выругался. — Жди дома. — Я выезжаю.
Сердце Марины колотилось, как бешеное. Она сидела у окна, вглядываясь в темноту, ожидая хоть какого-то звука за дверью. Телефон зазвонил так резко, что она едва не выронила его.
На экране — Иван. Марина, его голос был глухим, натянутым. Сергей в больнице.
Есть травмы, ножевое ранение. Артем в порядке, он с ним. Марина уронила телефон, не в силах сдержать крик.
Мир рухнул в одно мгновение. Она бросилась к двери, накинула пальто на ходу. Влад выбежал из комнаты, увидев ее состояние.
— Что случилось? — Марина не смогла ответить. Только прошептала — отец, больница. Влад побледнел, но догнал ее, схватив за руку.
— Я с тобой. Они мчались по ночным улицам, освещенным редкими фонарями, как будто спеша догнать ту реальность, в которой все еще было хорошо. В которой еще можно было что-то исправить.
В больничном коридоре пахло хлоркой и чем-то еще, смесью страха и боли, что всегда витает в таких местах. Марина сидела на пластмассовом стуле, руки дрожали, будто ее трясло от холода. Иван только что вышел из палаты Сергея и сказал, что он в тяжелом состоянии, но жив.
Артем стоял рядом, усталый, с ссадинами на лице, но целый. Влад молча сидел напротив, жав плечи, будто пытаясь стать невидимым. Его глаза были полны вины и страха, но Марина не могла это видеть.
Вся злость, обида и отчаяние нашли выход в одном порыве. «Это все из-за тебя!» – выкрикнула она, вскакивая со стула. Голос эхом разнесся по пустому коридору.
«Если бы не ты, ничего бы этого не случилось!» Влад вздрогнул, словно его ударили. Он попытался что-то сказать, но голос предал его. Он просто опустил голову, прижав колени к груди, и тихо всхлипнул.
Артем резко обернулся к матери. «Мама, хватит! Он ребенок! Он не виноват!» Слезы хлынули, она бессильно опустилась обратно на стул. Влад тихо встал, не глядя ни на кого, и вышел в коридор, оставив за собой только тишину и гул в ушах Марины.
И только теперь, когда он ушел, она поняла, как страшно звучали ее слова. Сергей вернулся домой в хмурый осенний день. Дождь барабанил по крыше, словно вторя настроению в доме.
Он опирался на костыли, хромая и морщась от боли при каждом шаге. Артем шел рядом, поддерживая его за локоть, лицо его было серьезным, словно за последние недели он успел повзрослеть. Марина наблюдала за ними с порога кухни.