«Какие побои? Он напал на меня, кричал, что ему все девушки рады, значит, и я должна ему уступить. Я напишу заявление!» — возмутилась Света. Но удар оказался слишком серьезным.
Света попала в висок, и Алексей долго лежал без сознания. Когда очнулся, речь у него была невнятной. Впереди ждало длительное лечение и восстановление.
Участковый не принял заявление Светланы, бросив: «Молись, чтобы фермер не подал на тебя жалобу». Прошло несколько дней. По селу поползли слухи.
Фермерский сынок пытался напасть на Свету Истомину, а она его огрела камнем. Люди начали говорить фермеру прямо в лицо: «Плохо ты воспитал сына, не уживется он здесь, пусть едет в город».
Тогда фермер сговорился с участковым. На Светлану составили заявление. Будто она сама все время заманивала Алексея к себе, а в тот вечер он пришел трезвым.
Света, мол, звала его в гости, подтасовали свидетелей. Алексей в суде заявил, что она уговаривала его зайти на чай, намекала на близость, а он отказался, сказал, что она ему не нравится, и предложил остаться друзьями. Разозлившись, Света якобы ударила его по голове и придумала историю о нападении.
Сельчане не поверили в эту ложь, но суд поверил. Процесс длился несколько недель, прошло несколько слушаний. В итоге Свету приговорили к полутора годам заключения.
Мама девушки так переживала, что болезнь быстро ее сломила. Она не протянула и полугода. До последнего Ирина Васильевна поддерживала дочь, уверяла, что все наладится, что Бог накажет фермерскую семью за их подлость.
После приговора Свете здоровье мамы резко ухудшилось. Через неделю ее забрали в больницу. Она звонила оттуда несколько раз, каждый раз уверяла, что ей лучше, что скоро выпишут, но потом пришла весть о ее смерти.
В самые мрачные дни Света нашла поддержку у незнакомых людей. Сокамерницы и работницы колонии отнеслись к ней с теплом и пониманием. Благодаря им она выстояла.
Они же помогли составить прошение об условно-досрочном освобождении. Так Света вышла на свободу. За окном автобуса разыгрался сильный дождик.
Автобус затормозил на остановке. Света попрощалась с пожилым мужчиной, вышла, пожелав ему всего доброго. До села она пошла пешком.
До села было всего четыре километра. Дорогу размыло, обувь промокла насквозь. Но Света не замечала холода — она рвалась домой.
Ей так не хватало родного дома, ведь здесь прошло все ее детство. Путь лежал через сельское кладбище. Света зашла туда, к могиле матери, но нашла ее не сразу. А когда нашла, разрыдалась в голос — хорошо, что никто не слышал.
Выплакав все слезы, ощутив головную боль и слабость, Света, дрожа и всхлипывая, побрела к дому. Он был заперт, но ключ лежал на месте. Она вошла, ощутила холод, затопила печь и согрела чайник.
Света умылась и выпила теплой воды, нашла немного продуктов и собралась готовить ужин, как вдруг в окно постучали. «Вернулась?» — на пороге стоял участковый, тот самый, что знал правду, но помог невинной девушке получить срок за самозащиту.
«Да», — ответила она, застыв у двери с пустым взглядом. Ее рыжие волосы отросли, струились по плечам до пояса, заплаканные глаза покраснели. «Будешь болтать — сядешь обратно. Чтоб я больше не слышал твою версию, поняла? Ты ведь на условно-досрочном освобождении?»
Света кивнула. «И как же вас земля носит?» — спросила она тихо. «Носит, Светочка, носит», — усмехнулся он.