Лариса Евгеньевна с надменной улыбочкой допивала чай.
– Сергей, ты знаешь, настоящую причину исключения Егора?
– Я же сказала… – опять попыталась влезть свекровь.
– Сергей! – рыкнула Ира.
Взгляд мужа был потерян и мрачен.
– Да, – кратко подтвердил он.
– То есть ты, зная, на что он способен, тащишь его в наш дом? В дом, где у нас две дочки десяти и двенадцати лет?
– Что за бред ты несёшь? – взвилась свекровь. – Там девчонка – оторви да выбрось, а родители денег захотели срубить. Подставили бедных мальчишек! А ты и рада на Егорушку всех собак спустить! Как только могла подумать, что он может обидеть сестер?! Совсем с ума сошла?!
– Мама, тебе пора.
Сергей встал, подхватил Ларису Евгеньевну под руку и потянул на выход.
– Серёженька, но все же в силе? – свекровь скорчила страдальческое лицо. – Ты же позаботишься о нашей кровинушке? Один же парень — продолжатель рода! Пожалуйста, не дай его погубить! – перешла на горестные всхлипы она.
– Да, мама. Все будет хорошо. Я обо всем позабочусь.
Ира не верила своим ушам.
Муж вышел из кухни и вернулся пару минут спустя.
– Ира, прости, я не посоветовался с тобой, но ситуация была критическая. Маме нельзя так волноваться. Она не выдержит.
– Серёж, чего она не выдержит?
– Если Егор и дальше будет катиться по наклонной.
– Ясно. И в чём ты видишь решение проблемы?
– Ему нужен контроль.
– Согласна. Кто этот контроль ему обеспечит?
– Ир, у него нет никого кроме нас.
– То есть контролировать его будешь ты?
– Мы. Ты и я.
– Сергей, ау?! В каком параллельном мире ты живёшь? Я не смогла его контролировать, когда ему было десять, с чего ты взял, что смогу сделать это, когда ему четырнадцать?
– Он стал старше.
– И?!
– Понятливее.
Ира истерично хохотнула.
– Ир, он все понимает. С ним можно найти общий язык. Он не отморозок. Я говорил с ним. Он раскаивается. Тебе ли не знать, как может повлиять дурная компания на подростка.
– Серёж, мать тебя загипнотизировала? Ты себя слышишь? С Егором должны работать профессионалы. Помнишь тот центр? У меня остался телефон. Я специально найду. Съезди туда. Послушай, что скажут люди, которые работают с такими детьми.
– Я так и сделаю, но он останется здесь. С нами.
– Я против.
– Мама была права.
– В чем?
– Ты не простишь ей то, что она долгое время меня игнорировала.
– Сергей. Она и сейчас это делает.
– Неправда.
– Она звонит только тогда, когда нужно сделать грязную работу, о которую не хочет мараться.
– Она пожилая женщина. К кому ей обращаться, если не ко мне?
– Серёж, я не буду рисковать дочками. Они мне дороже твоей матери, и твоего племянника. Мне хватило прошлого раза и ситуации, за которую его исключили из школы.
– Ира, не преувеличивай!
– Ты не слышал, за что его выгоняют из школы?!
– Там все неоднозначно.
– Правда?! Я люблю тебя, Сережа, и готова быть с собой в горе, но не в том, которое ты сотворишь собственноручно создать.
– Ира, ты всегда была сострадательной, куда все делось? – с упреком спросил Иру муж.
– Никуда. Но я реалистка, всегда ею была. И тебя это устраивало.
– Ир, ты нагнетаешь.
– Нет. И повторю, я не готова к экспериментам над своими детьми.
– Все будет под контролем.
– Отлично. Ради благого дела мы пожертвуем отпуском в этом году, верно? Я отвезу девочек на лето к своим родителям. Ты проведешь его со своим племянником. Я буду рада ошибиться. И если все пройдет гладко, я лично извинюсь и перед твоей матерью, и перед Егором. Настоятельно советую: поставь в квартире камеры.
– Ира!
– Не для того, чтобы следить за Егором. Для того чтобы у тебя было алиби, если он решит, что ты лох и тебя можно оболгать.
Ира не стала дожидаться ответа мужа, она вышла из кухни, зашла в комнаты девочек и сообщила о скором отъезде. Ире было горько и обидно из-за решения мужа. Но судьба решила подкинуть им испытание и его нужно пройти.
Сергей тоже обиделся на жену. Перед отъездом простился только с дочерями, проигнорировав жену.
– Ирочка, может, вернёшься? – через пару недель отпуска спросила мама. – Серёжку жалко. Его ж этот Егорка до инфаркта доведет. Ради фана. Так же сейчас говорят?
– Это его выбор. Я предлагала альтернативу, где мы справлялись бы вместе. Он выбрал маму.
– Пойми и ты его.
– Я понимаю, но мои дети для меня дороже.
Прошла третья неделя. Четвертая. Пятая.
Ира безумно соскучилась по мужу. С ней на связь он так и не выходил. Дочкам отправлял короткие сообщения утром и вечером.
— Значит, не так я ему и нужна… – тяжело вздохнула Ира после того, как одна ушла гулять в парк и прорыдала чуть ли не час там. – Ну ничего. Зато Сережа закроет свою детскую травму. Получит любовь матери, – Ира вытерла слезы и побрела в густых сумерках домой.
Внезапно позади послышались глухие быстрые шаги.
Ира, не оборачиваясь, ускорила шаг. Только этого не хватало!
Шаги приближались. Черт! Ира перешла на бег и уже приготовилась истошно кричать, как услышала.
– Ирка! Куда ты так чешешь?!
Это галлюцинации?
Ира затормозила и обернулась на запыхавшийся голос мужа.
– Сережа? – она прищурилась, пытаясь его разглядеть.
– Нет, не я, – фыркнул муж и, подойдя вплотную, обнял Иру и поцеловал в губы.
– Ты что тут делаешь? – Ира ошалело смотрела на Сергея, не веря собственным глазам.
– Приехал за тобой и девочками. Соскучился! Пора домой. – Он опять поцеловал Иру.
– А что с Егором?
Сергей запрокинул голову и шумно выдохнул.
– Ты была права. Простишь меня?
– За что?
– За то, что придумал себе то, чего не было на самом деле.
– Что случилось?
– То, о чем ты и говорила. Меня хватило на полторы недели. Мама и Егор собственноручно сбили с меня розовые очки.
– Больно? – Ира провела рукой по груди мужа.
– Терпимо. Ещё неделю я потратил на то, чтобы отправить Егора в центр. Спасибо, что оставила контакты. Недешёвое, я тебе скажу, удовольствие, но платит мама.
– Пфф, отпуск все равно закончился, – обняла мужа Ира. – Но погоди, это две с половиной недели. А что ты делал ещё три? – произвела нехитрый подсчет Ира. – Почему не позвонил сразу?
Сергей молчал.
– Что? – насторожилась она.
– Этот гад отравил все твои цветы.
Сердце Иры сжалось, но всего на пару секунд.
– Ты не знал, как мне об этом сказать, поэтому тянул?
– Нет. Мне нужно было время, чтобы восстановить все до последнего цветка. Сегодня утром его привезли.
– Господи, Серёж, это же уйма денег и сил!
– Небольшая плата за твое прощение, – улыбнулся он и обнял свою самую любимую женщину на свете.