Но он так себя ведет, будто может, уж слишком он уверенно об этом говорил, как будто не сомневается в другом исходе. — Это пока ты не начала бороться. А дача? — Бабушкина.
Унаследовала я. Еще отцовский автомобиль и так по мелочам. — Хорошо, это твое безоговорочно, он не имеет на это никаких прав. И, главное, это место, куда ты можешь уйти, если понадобится.
Там можно переждать, пока не решатся вопросы с жильем и судебная тяжба. Людмила медленно кивнула. Она никогда не думала о даче, как о своей опоре.
Для нее это было просто местом, где она проводила лето, засаживала огород, делала засолки и отдыхала душой. — А теперь давай о том, что ты умеешь, помимо работы, — Людмила задумалась. — Ну, я плету вологодские кружева, но это дело для души.
В основном плела для свекрови, она любила наряжаться, просила то аксессуар, то кофточку, то палантин или платье. Вера Витальевна подняла брови. — Вологодские кружева — это же целое искусство.
Ты понимаешь, что на этом можно зарабатывать? — Правда? — Людмила удивленно вскинула голову. — Я как-то это не рассматривала как способ заработка. Да кому они нужны? — Я так, плету.
Меня бабушка еще в детстве научила, и меня прям успокаивает потихоньку красоту творить. Людмила впервые за долгое время почувствовала, как в груди загорается огонек надежды. — А что у тебя по людям, которые смогут тебя поддержать? Я имею в виду родители, другие родственники, друзья.
Родители умерли недавно, за пару лет оба ушли. Друзей Сергей как-то незаметно отвадил. Ему не нравилось, что я с кем-то встречаюсь вне дома.
А если к нам кто-то приходил, то он был с ними очень груб. — Что, вообще никого? — У меня есть одна новая приятельница, мы познакомились случайно. Она коллега Сергея, но он о ней не знает.
— Отлично, значит, у тебя есть связь с его окружением, если это вдруг понадобится. Людмила задумалась. — Значит, вы считаете, что у меня не все так печально? — Конечно нет, — Вера Витальевна улыбнулась, — у тебя есть крыша над головой, есть навыки, которые можно монетизировать, есть образование, опыт и работа.
И самое главное, есть возможность уйти от него, не оставаясь пустыми руками. Теперь главное правильно все разыграть. — Что вы имеете в виду? — Начнем искать варианты для тебя, другую работу, способы заработка на кружевах, поддержку юриста.
Я помогу, у меня есть нужные контакты. А представлять тебя в суде будет мой муж, думаю, он мне не откажет. — Но это же безумно дорого, — заволновалась Люда.
— А вот об этом не переживай, юридические вопросы я беру на себя, думаю, и Валера мне в этом не откажет. — Спасибо, — Людмила впервые за весь вечер улыбнулась. А теперь план.
Как ты смотришь на то, чтобы выйти из этой истории победительницей? — с видом заговорщицы спросила Вера. Людмила сидела в темной комнате, держа телефон в руках. Она долго не решалась набрать этот номер, но понимала, что оттягивать разговор бессмысленно.
Вдох-выдох, она нажала кнопку вызова. Сергей наконец ответил на вызов. — Что тебе нужно? — Что было непонятного в том, что я тебе сказал вчера утром? Мне что, заблокировать тебя нужно? Его голос был резким, раздраженным и холодным.
— Нам нужно поговорить, — спокойно сказала она, стараясь, чтобы голос не выдавал то, что она сильно волнуется. — О ребенке. — О каком это ребенке? — Я вчера в больнице была, мне там сказали о беременности, двенадцать недель уже.
— Нагуляла где-то на стороне, а сейчас повесить на меня его хочешь? — Не бывает этому, — резко выпалил Сергей. — Хорошо, с твоей позицией по этому вопросу все понятно. Тогда давай поговорим о разделе имущества.
Мы же можем в принципе цивилизованно разойтись и все честно поделить между тобой и мной с малышом? — Не бывает этому. Ты что, совсем меня за дурака держишь? Или ты что, правда думаешь, что получишь хоть что-то? — Людка, не смеши меня, все останется мне, ты вообще ничего не зарабатывала, только на шее сидела. Людмила почувствовала, как внутри что-то переворачивается.
— Как минимум половина квартиры моя, я вложила туда деньги. — Да хоть судись, — грубо бросил он, — у меня хорошие адвокаты, ты максимум можешь забрать свои тряпки и валить из моей квартиры на свою любимую дачу к огурчикам и помидорчикам. — Ты серьезно считаешь, что можешь так просто все у меня отобрать? А ты серьезно думаешь, что у тебя есть шанс обыграть ситуацию, чтобы вышло все по-другому? Его голос стал угрожающим.
— Суд, адвокаты, нервы, хочешь воевать со мной? Тогда попробуй. Я тебя уничтожу, дрянь, только и можешь что нервы мне делать. Ни достоинства, ни мозгов, как я вообще столько времени с тобой прожил? Людмила сжала пальцы на телефоне.
— Спасибо, что наконец показал свое истинное лицо, — тихо сказала она. — Да пошла ты, — грубо бросил он и сбросил звонок. Не было ни боли, ни слез, только пустота.
Пустота и четкое сознание. Любви в их семье не было, по крайней мере, со стороны Сергея. Людмила встала с дивана и пошла в спальню.
Завтра будет новый день, а о себя и своего ребенка она этому чудовищу не позволит обижать. Людмила быстро собрала вещи, документы, одежду, несколько коробок с кружевами, ноутбук. Она не собиралась оставлять ему ничего важного.
Она вызвала такси, погрузила в машину чемоданы и посмотрела на квартиру в последний раз. Еще недавно это был ее дом, теперь — просто место, из которого ей нужно уйти, чтобы начать заново. Хотя у нее есть все шансы отстоять свое право на эти квадратные метры, чтобы потом продать их и обеспечить свою маленькую семью новым домом.