Никитична, оповещенная о недомогании хозяина, передала новость гостям. Варвара с Тимошей старались вести себя тихо, даже в гостиной ходили на цыпочках, чтобы не потревожить своего благодетеля. Ближе к обеду Глеб все-таки спустился на первый этаж.
То, что он увидел, заставило его застыть в дверном проеме, не веря своим глазам. Варвара хлопотала на кухне, а Никитична, женщина, которая за 15 лет службы у Глеба не позволяла себе присесть в рабочее время даже на пять минут, сидела в кресле перед телевизором, с явным удовольствием наблюдая за кулинарными маневрами нежданной гости. Это зрелище было настолько непривычным, что Глеб на мгновение усомнился в реальности происходящего.
По дому разносился умопомрачительный запах пирога с капустой, тот самый аромат из детства, который Глеб ни с чем бы не спутал. Его отвлек восторженный детский возглас. Дядя Глеб.
Тимоша, тихо сидевший рядом с Никитичной, и смотревший мультфильм, соскочил с дивана и бросился навстречу. Варвара обернулась от плиты. На ней был фартук Никитичной, щеки раскраснелись от жара.
Она улыбнулась, застенчива, но уже без прежнего страха. Доброе утро. А мы тут немного похозяйничали.
Вы не против? Глеб отрицательно покачал головой, удивленно принюхиваясь к ароматам, плывущим с кухни. Откуда ты знаешь, что я люблю пироги с капустой? Приснилось, пожалуй, плечами Варвара. Никитична за его спиной еле слышно хихикнула, и Глеб понял, что именно домработницы подсказали девушке, чем можно задобрить хозяина дома.
Прошу к столу. С нотками гордости в голосе произнесла Варвара. Завтрак готов.
За столом Глеб наблюдал, как Тимоша уплетает за обе щеки, как Варвара нарезает ему очередной кусок пирога, как солнечный луч играет в ее волосах. В этой простой домашней сцене было что-то такое естественное и правильное, что защемило в груди. После завтрака, когда Никитична увела Тимошу умываться, Глеб предложил Варваре серьезный разговор.
«Я хочу, чтобы вы с Тимошей пожили у меня, пока не решатся все ваши проблемы», — сказал он, стараясь говорить деловым тоном. «Я уже занимаюсь этим вплотную. Есть шансы вернуть ваши документы и вещи, а может даже привлечь к ответственности того проходимца».
Варвара опустила глаза. Никитична, стоявшая в дверях кухни, покачала головой, эта пожилая женщина, с жесткими, будто высеченными из камня чертами лица, поначалу настороженно отнеслась к непрошенным гостям, но теперь в ее взгляде читалось явное одобрение. Долгие годы она наблюдала одиночество хозяина, его отрешенность от простых человеческих радостей, и внезапное оживление дома вызывало в ней плохо скрываемое удовлетворение.
«Нам неудобно вас стеснять», — начала Варвара неуверенно. «Мы ведь совершенно чужие для вас люди». «Ну как это чужие?» Перебил ее Глеб.
«Если я Глеб и он Тимоша, у нас уже столько общего». Он подмигнул мальчику, вернувшемуся в комнату. «Значит уже не чужие».
Тимоша звонко рассмеялся и захлопал в ладоши. «Этот простой детский восторг решил дело, у этого доброго дяди они останутся с удовольствием, всем своим видом», — говорил мальчуган. Несносная девчонка, с неожиданной для себя нежностью, подумал Глеб.
Гордая, даже когда просить должна. Отправляясь в офис, Глеб поймал себя на мысли, что сама судьба послала ему Варвару с Тимошей. Эта несчастная девушка вполне могла быть его дочерью, по возрасту точно подходит.
А Тимоша? Странное чувство кольнуло в груди. Он вдруг представил, как могла бы сложиться его жизнь, будь у него семья. День в офисе пролетел незаметно.
Глеб, к удивлению сотрудников, не устроил разноса за вчерашние отмененные встречи, не требовал отчетов, не вникал в рутину. Все необходимое он подписал быстро, словно мысли его были где-то далеко, а потом совершенно неожиданно ушел на два часа раньше обычного. «Ты заболел?», — шутя спросил его заместитель, когда Глеб уже стоял в дверях кабинета с пальто в руках.
«Наоборот», — ответил не вдаваясь в подробности. По дороге домой он попросил остановиться у большого детского магазина. Никогда прежде не бывавший в подобных местах, Глеб растерялся от обилия игрушек.
Консультант, заметив его замешательство, пришла на помощь и в итоге багажник машины заполнился красочными пакетами и коробками. Жена не заказывала столько игрушек? С улыбкой спросил водитель, помогая уложить покупки. «Нет у меня жены», — отмахнулся Глеб, но вдруг представил, как выглядит со стороны, солидный мужчина с охапкой детских игрушек.
«Действительно странно. Уже у торгового центра его осенило, а что надеть варваре завтра? Не вечно же ей в одном и том же ходить?» Он заглянул в спортивный магазин и, прикинув на глаз размер, выбрал простой, но качественный спортивный костюм. Сердце Глеба гулко забилось, когда машина повернула на подъездную дорожку к дому.
Впервые за долгие годы кто-то ждал его возвращения. Странное, почти забытое волнение, словно он мальчишка перед первым свиданием. Едва переступив порог, Глеб услышал топот маленьких ног.
Из гостиной выбежал Тимоша, широко раскинув руки. Глеб бросил пакеты на пол прихожей и подхватил ребенка. Несколько раз подбросил его высоко-высоко, вызвав восторженный смех.
А потом мальчуган крепко обнял его за шею и поцеловал в щеку. Глеб почувствовал, как к горлу подкатил комок, а на глаза навернулись слезы от этой детской непосредственности. Было в этом маленьком существе столько искренности, столько чистоты, что вся его многолетняя усталость куда-то отступила.
Варвара стояла в дверях гостиной, смущенно наблюдая за этой сценой. По ее лицу было видно, она все еще не до конца верит в происходящее. Подарки привели всех в восторг.
Тимоша немедленно начал распаковывать игрушки, приговаривая, «Мама, мама, смотри». Варвара начала отказываться от костюма, но Глеб шутливо цыкнул на нее и заставил примерить обновку. Костюм сидел как влитой.