— Светлана, это Дэн, — прорвался голос сквозь помехи. — Мы подходим с востока, но буря приближается быстрее, чем ожидалось. Если она накроет вас раньше, возможно, вам придется укрыться.
Светлана тревожно посмотрела на Сергея. — Поняла, Дэн, — ответила она. — Мы пересекаем ручей.
Где именно вы нас ждете? — Ищите красную отметку на сосне. Голос Дэна был напряженным. — Мы разбиваем временное укрытие там.
Порыв ветра завыл над рекой, снежные вихри закружились вокруг. Видимость снизилась еще больше. Волки заскулили, чуя перемену в воздухе.
— Мы почти на месте, — подбодрила Светлана, сжав плечо Сергея. На дальнем берегу темная стена деревьев вырисовывалась на фоне серого неба. Сергей вгляделся в снежную пелену и заметил вспышку красного на одной из сосен.
— Там! — крикнул он, направляя снегоход к цели. На берегу показался лагерь. Две фигуры в тяжелой зимней одежде спешно закрепляли укрытие.
Рядом мерцал маленький костер, предлагая тепло посреди морозного ада. Светлана замахала рукой. Дэн и его напарница Наа ответили тем же.
Они добрались, но буря надвигалась быстро. Когда снегоход остановился, Сергей заглушил двигатель и тишину тут же заполнил вой ветра. — Давайте быстрее, — сказал Дэн.
— У нас мало времени. Волков осторожно перенесли в убежище. Но Больший остался настороже, огрызаясь на незнакомцев.
Светлана опустилась рядом с Сергеем, ее взгляд мягко встретился с его. — Мы о них позаботимся, — пообещала она. — Когда придет время отпустить их, ты можешь быть там.
Сергей кивнул, чувствуя, как в груди смешались облегчение и пустота. Этот опыт изменил его. И что бы ни случилось дальше, он уже не будет прежним.
— Спокойно, — прошептала Светлана, медленно протягивая руку. — Мы просто хотим защитить тебя. Ветер снаружи еще выл, но его ярость утихала.
Некогда свирепая буря превратилась в нечто более мягкое, спокойный снегопад, лениво оседающий на землю. Дэн, выглянув в щель укрытия, пробежался фонарем по заснеженному ландшафту. — Утихает, — объявил он в его голосе, прозвучало явное облегчение.
— Если так и дальше пойдет, мы сможем выдвигаться утром. Группа, наконец, позволила себе немного расслабиться. Впервые за долгие часы они смогли просто перевести дух.
Сергей привалился к деревянной опоре укрытия. Его тело ныло от усталости. Большой волк, все еще напряженный, наконец, улегся рядом с ним, положив голову на лапы.
В груди Сергея что-то теплое шевельнулось. Было удивительно, как среди этих суровых обстоятельств могла зародиться столь хрупкое, но настоящее доверие. Он взглянул на меньшего волка.
Его грудь ровно поднималась и опускалась в глубоком спокойном сне. Несмотря на травму, ледяной холод и все пережитые испытания, он выглядел умиротворенным. Сергей поймал себя на шепоте, будто давая клятву «Ты поправишься, мы об этом позаботимся».
Когда первые бледные лучи рассвета осветили горизонт, буря ушла, оставив после себя зловещую тишину. В некоторых местах сугробы доходили до пояса, их гладкие волны напоминали застывший океан. Под утренним светом весь мир словно замер.
Светлана потянулась за рацией, пока она подбрасывала в огонь последние угольки. Сергей потянулся, разминая затекшие мышцы. Волки, моргая, начали двигаться.
Было время двигаться дальше. Рация зашипела, и Светлана сразу же отреагировала. «Дэн, вы на связи?» Буря утихла.
«Какова обстановка?» Из динамика донеслись помехи, затем приглушенный голос. Сергей не мог разобрать слов, но заметил, как Светлана напряглась. Ее взгляд стал серьезным.
Она обернулась к остальным. «У нас новая проблема. Дорога к центру дикой природы заблокирована, поваленные деревья наледь.
Команда работает над расчисткой, но это займет несколько часов. Возможно, даже целый день». Сергей тяжело выдохнул, чувствуя груз задержки.
«Значит, мы пока остаемся здесь?» Светлана кивнула. «Волки не смогут идти пешком с раненой лапой, а снегоход не пройдет, пока дорогу не расчистят». Взгляды пересеклись.
Выбора у них не было. Они разожгли огонь посильнее и продолжили заботиться о волках. Больший, хотя все еще охранял младшего, начинал беспокоиться.
Он ходил у выхода из укрытия, принюхиваясь к воздуху. Сергей наблюдал за ним с интересом. «Думаешь, он чувствует свою стаю?» Светлана задумалась, затем ответила.
«Возможно. У волков потрясающая способность находить своих даже на больших расстояниях. Но после этой бури все запахи могли исчезнуть под снегом».
Между ними повисло молчание. Сергей почувствовал нарастающее беспокойство. «Пойду соберу дров», — предложил он.
Светлана кивнула, но ее взгляд был настороженным. «Только не уходи далеко. Если снова поднимется ветер, можно легко потерять ориентир».
Сергей направился к краю замерзшего ручья, пробираясь сквозь глубокие сугробы. Мир вокруг был безупречно чист. Белоснежная пустота, нетронутая следами.
Его шаги были медленными и осознанными. Ботинки уходили глубоко в снег. Однако ему удалось собрать приличную охапку дров, которых хватило бы на еще одну ночь.
Развернувшись к лагерю, он заметил кое-что странное. Следы. Тонкая линия отпечатков разрезала гладкий снежный покров.
Они были слишком крупными для лисицы или зайца, но недостаточно массивными для лося. У него участился пульс. Волчьи следы.
Но принадлежали ли они спасенным волкам или кому-то еще? Шаг был неровным, будто животное волочило лапу. Сергей задумался. Возможно, еще один раненый член стаи.
Неужели меньший волк бродил дальше, чем он предполагал, прежде чем оказался в его хижине? Любопытство толкало его вперед. Двигаясь осторожно, он пошел по следу, стараясь не нарушить его. Отпечатки уходили за деревья, извиваясь между заснеженными стволами.
Внезапно порыв ветра ударил в лицо, засыпав снегом глаза. И тогда он понял. Он ушел дальше, чем следовало.
Он резко развернулся, сканируя взглядом горизонт. Лагерь исчез. Паника кольнула грудь, но он заставил себя успокоиться.
Найти ориентир, определиться. Его взгляд наткнулся на одинокую изогнутую сосну, мимо которой он проходил раньше. Облегченно выдохнув, он собрался вернуться.
И увидел это. Между деревьями мелькнула тень. Фигура, большая, грациозная, серая, скользнула в поле зрения и тут же исчезла.
Сергей замер, задержав дыхание. Еще один волк. Но был ли он из той же стаи? Или это был одинокий бродяга, привлеченный запахом остальных? Он медленно опустил охапку дров, не желая казаться угрозой.
Сердце билось чаще, но не от страха, а от восхищения. Волк остановился среди деревьев. Его золотистые глаза встретились с его взглядом.
Они смотрели друг на друга. Ни один не двигался первым. — Привет! — пробормотал Сергей сам, удивившись своим словам.
Он чувствовал, что этот волк — не просто случайный хищник. Волк остался неподвижным, но его уши подрагивали, улавливая звук. Теперь Сергей разглядел его лучше.
Шерсть сбитая, тонкая, покрытая льдом. Ребра четко проступали под шкурой. Долгая тишина.
Затем волк сделал шаг вперед. Сергей с замиранием сердца наблюдал, но внезапное рычание прервало момент. Волк напрягся, его губы слегка приподнялись, обнажая потемневшие клыки.
Но он смотрел не на Сергея. С тревогой он обернулся. Позади него раскинулись заснеженные деревья.
Все выглядело как прежде, но волк рычал все громче. А затем, не колеблясь, развернулся и исчез между стволами. Сергей стоял в оцепенении.
Что он увидел? Вернувшись в лагерь, он сразу заметил обеспокоенный взгляд Светланы. — Что-то случилось? — спросила она. Сергей молча сложил дрова у костра.
— Я видел еще одного волка. Светлана напряглась. — Еще одного? Он кивнул и рассказал ей обо всем.
Его состоянии, нерешительности, внезапном побеге. Светлана задумалась. Если он слаб и голоден, возможно, из той же стаи.
Но нам пока нельзя рисковать. Вечером рация вновь ожила. Дорога частично расчищена, — сообщил Дэн.
— Если будем работать всю ночь, утром сможем проехать. Сергей почувствовал облегчение. — Осталось еще одну ночь, — пробормотал он, поглаживая волчью шерсть.
Но волки уже чувствовали что-то. Больший волк напрягся, всматриваясь в темные деревья. Рация зашипела вновь.
— Светлана, еще один волк у дороги. Похоже, он пытается добраться до вас. Сергей встретился с ее взглядом.
Это он. Волк у выхода из укрытия беспокойно переминался, глядя в сторону леса. Он знал.
— Нам надо решать быстро, — сказал Сергей. Разочарование наполнило грудь Сергея. Каждый инстинкт подсказывал ему, что волк, оставшийся в лесу, был не просто случайным одиночкой.