Олег поднял взгляд и вдруг заметил, что чуть поодаль, у соседней могилы кто-то сидит. Приглядевшись, он увидел мальчика лет десяти. Тот был в старой потрёпанной куртке, ботинки заляпаны грязью.
Мальчик сидел, скрестив ноги, и, казалось, смотрел прямо на надгробие Димы. Олег вмиг напрягся. Кладбище было частным, охраняемым.
Как сюда попал ребёнок в столь непогожий день? Он нахмурился и решительно встал. «Эй, мальчик!», – окликнул он, стремительно подойдя ближе. «Что ты тут делаешь?» Мальчик вздрогнул, будто испуганный зверёк, и метнулся в сторону.
Олег услышал лишь стук веток, скрип гравия и слабый треск. Ребёнок бросился бежать, умудрившись ловко проскользнуть за одной из старых деревьев. И через секунду от него уже не осталось и следа.
Олег, удивлённый и слегка обеспокоенный, только обвёл взглядом ту часть кладбища, куда скрылся мальчик. Никогда прежде он не видел здесь чужих детей. Да и живущих поблизости почти не было.
Всю дорогу обратно к машине Олег гадал, кем мог быть этот паренёк. Пугала мысль, что кто-то приходит именно к могиле Димы. Но куда больше напрягал сам образ ребёнка, небрежно одетого, перепуганного, с весьма отчаянным взглядом.
Возник вопрос. Неужели у него нет семьи? Как он оказался в таком месте? Той ночью Олег не мог заснуть. Он ворочался в большой кровати, слушал завывание ветра за окном и тщетно пытался отвлечься на чтение.
Но в голове всё стоял образ мальчика. Было что-то странно знакомое в его глазах во взгляде. Нечто, что затронуло самую ранимую струну души.
Прошёл час, потом второй. Олег попытался продолжить чтение, но слова плыли перед глазами. Тишину особняка нарушал лишь редкий стук капель дождя по стеклу.
В конце концов, около трёх часов ночи он встал, прошёл в свой кабинет и привычным движением достал телефон. Ему нужен был человек, который умел находить ответы на подобные вопросы. «Виктор», — сказал Олег в трубку, когда тот поднял после нескольких гудков.
«Нужно, чтобы ты кое-кого отыскал. Мальчик лет десяти видел его на кладбище. Да, у могилы Димы.
Выясни, кто он и как туда попал. Подробности утром. «Виктор» был его доверенным помощником и личным детективом.
Когда-то он занимался безопасностью компании Олега, но со временем стал решать и более деликатные поручения. Человек надёжный, исполнительный, умевший проникать в любые уголки общества без лишнего шума. Повесив трубку, Олег почувствовал некоторое облегчение.
Теперь он хотя бы начинал что-то делать. Отправившись в гостиную, он зажёг камин, механически наблюдая, как пляшут языки пламени на поленьях. Вскоре ему удалось задремать прямо в кресле, тяжёлым тревожным сном.
Утро встретило Олега усталостью и неприятным ощущением, словно он не спал вовсе. Но он знал, что «Виктор» уже готов к работе. Детектив не задавал лишних вопросов, а просто действовал.
Олег доверял ему. Если кто и мог разыскать мальчика, то именно Виктор. «Начинай с охраны на кладбище.
Там должны быть камеры», — распорядился Олег, когда Виктор прибыл к нему в особняк. «Поговори с людьми, которые живут поблизости. Может, кто-то видел мальчика».
Виктор лишь кивнул, надел своё неизменное кожаное пальто и отправился в путь. Олег же в этот день имел важные переговоры с иностранным партнерами. Крупная сделка, которая обещала увеличить капитал его холдинга.
Раньше он погрузился бы в работу с головой, но теперь всё время отвлекался. То и дело, поглядывая на экран телефона в ожидании звонка или СМС от Виктора. Деловая встреча прошла в подвешенном состоянии.
Олег внимал каждому слову партнёров, автоматически выслушивая перевод. Но внутри его мысли крутились вокруг таинственного мальчика. Он вспоминал свои разговоры с Димой при жизни сына, ведь Дима тоже когда-то был ребёнком, и Олег был для него всем миром.
Но в какой-то момент всё пошло не так. Олег ушёл в бизнес и словно отдалился от собственного сына. А теперь после потери ему оставалось лишь сожаление.
К концу дня Виктор отзвонился, сообщив, что проверил записи с камер на кладбище, но почти всё было слишком тёмным и нечётким из-за мелкого дождя и позднего времени. Однако некоторые свидетели, работник соседней автомойки, женщина из дома неподалёку, в разные дни видели мальчика, бродившего у кладбища. Звали его вроде Саша.
Он иногда рыскал по мусорным бакам в поисках еды. Говорили, что он живёт где-то поблизости с матерью, но о ней никто ничего толком не знал. «Искать следы нужно на восточной окраине», — заключил Виктор.
«Там районы с недостроенными и заброшенными зданиями. Возможно, они обитают где-то там, под крышей какого-то пустующего склада». «Продолжаю», — сказал Олег твёрдо.
«Мне нужно, чтобы ты нашёл его и мать. Чем скорее, тем лучше». Следующие несколько дней Виктор погрузился в поиски.
Он прочёсывал окраины Киева, общался с жильцами старых домов, заглядывал в подвалы и на чердаки и запрашивал у знакомых полицейских информацию о женщинах с ребёнком, которые могли скитаться или попадать в поле зрения органов соцзащиты. Но всё давало лишь обрывочные сведения. Виктор говорил, что мать мальчика зовут Марина.
Ей около 30 лет, выглядит измождённой, часто появляется в дешёвых столовых для бездомных. Похоже, они оба скрываются от кого-то или опасаются, что их разлучат. Откуда взялся страх, непонятно.
Возможно, из-за нищеты и постоянных скитаний. Олег всё сильнее нервничал, хотя и старался скрывать это от окружающих. Он вдруг ощутил внутреннюю дрожь.
Не связано ли это как-то с Димой? Ведь мальчик появлялся именно у могилы Димы. Эта мысль мучила его. Либо у Саши и Марины есть какая-то загадочная связь с прошлой жизнью Димы.
Либо это лишь случайность, но от мысли, что кто-то рыскает у памятника сына, становилось не по себе. В течение всей недели Олег просыпался по ночам, постоянно думая о Саше. Он вспоминал глаза ребёнка и ощущал странную щемящую тоску.