Софья Павловна проверила все ее документы и рекомендации. И я лично проверил каждый ее шаг с того момента, как заподозрил нечистую игру вокруг компании. Он повернулся к Алене, глядя ей прямо в глаза, «Я не сразу поверил вашим словам об Игоре именно потому, что сначала подозревал всех.
Включая вас. Но ваши действия говорят сами за себя. Игорь резко встал, его лицо потемнело от гнева, это еще не конец, Северов.
У меня есть доказательства твоей некомпетентности. Посмотрим, кому поверят инвесторы, парализованному отшельнику или человеку, управлявшему компанией все это время». Он направился к двери, но на пороге обернулся, а ты, он посмотрел на Алену с нескрываемой ненавистью, пожалеешь, что вмешалась не в свое дело.
Когда дверь за ним захлопнулась, в кабинете повисла тяжелая тишина. Алена стояла, не в силах пошевелиться, потрясенная обвинениями Игоря и неожиданной защитой Максима. «Вы проверяли меня?» — наконец спросила она.
«Конечно», — просто ответил он. «Я проверяю всех, кто входит в мой дом, особенно после предательства Лилии и подозрений насчет Игоря». Его откровенность обезоруживала.
Алена медленно опустилась в кресло напротив него. «И что показала проверка?» — тихо спросила она, сама неуверенная, хочет ли услышать ответ. «Что вы именно тот человек, за кого себя выдаете?» Максим слабо улыбнулся.
«Медсестра с безупречной репутацией, преданная своему делу. И, как оказалось, очень наблюдательная и смелая. От его слов внутри разлилось тепло, вытесняя холод сомнений.
Но тут же вернулось беспокойство, что теперь. Игорь не похож на человека, который легко сдается. «Теперь война», — просто ответил Максим.
«Корпоративная война за то, что принадлежит мне по праву. И я намерен победить». Он протянул руку к телефону, нам нужно многое обсудить.
«Но сначала я должен позвонить своему юристу». Когда он набирал номер, Алена заметила, что его руки слегка дрожали не от страха, а от решимости. Перед ней был человек, готовый бороться за свою жизнь и свое дело.
И она поняла, что готова стоять рядом с ним в этой битве. Не только как сиделка, но и как. Кто? Союзник? Друг? Или, может быть, что-то большее, чему она пока боялась дать название.
Пока Максим разговаривал по телефону. За окном начинался дождь, тяжелые капли стучали по стеклу, подобно барабанной дроби перед решающим сражением. Следующие дни в особняке Северова напоминали военный штаб.
Максим, словно полководец, планирующий решающее сражение, практически не покидал своего кабинета. Туда постоянно приезжали люди и юристы в строгих костюмах, специалисты по корпоративному праву, бывшие коллеги Максима, оставшиеся верными ему. По дому то и дело раздавался его голос, звонкий и решительный, не похожий на тот усталый тон, который Алена слышала раньше.
Казалось, разоблачение Игоря вдохнуло в Максима новую жизнь. Даже физически он выглядел иначе – расправленные плечи, прямой взгляд, уверенные движения. Теперь он регулярно занимался реабилитационными упражнениями вместе с Аленой, не скрывая свой прогресс и не стесняясь усилий, которые требовались для каждого шага.
«Как думаешь, я смогу пройти через весь зал Совета Директоров самостоятельно?» – спросил он однажды вечером, когда они заканчивали очередную тренировку. Алена оценивающе посмотрела на него. За последние дни они перешли на «ты», почти не замечая этого, настолько естественной стала их близость в совместной борьбе против предательства.
С тростью, безусловно, уверенно ответила она. «Без нее, возможно, но не стоит рисковать». Максим улыбнулся теперь, он улыбался гораздо чаще.
«Я хочу, чтобы Игорь и Рыжов видели меня стоящим на собственных ногах, когда я буду отбирать у них то, что они пытались украсть». План, который они разработали вместе с юристами, был дерзким, но выполнимым. Максим назначил внеочередное собрание Совета Директоров и акционеров компании, предупредив всех, кроме Игоря.
Он собрал доказательства махинаций, проанализировал все контракты, подписанные за время его отсутствия, нашел сотрудников, готовых свидетельствовать о сомнительных действиях Игоря. «У нас только один шанс», — сказал он, разложив на столе документы. «Если мы проиграем, Игорь и Рыжов не оставят от компании камня на камня».
Алена внимательно изучала бумаги, стараясь вникнуть в юридические тонкости, хотя в этом не было прямой необходимости. Но она чувствовала, что должна быть полезной не только как медсестра. «Тебе не обязательно во все это погружаться», — мягко сказал Максим, заметив ее усилия.
Она подняла на него глаза «Я хочу помочь». Он молча смотрел на нее несколько долгих секунд. Потом тихо произнес «Ты уже помогла больше, чем кто-либо».
«Если бы не ты…» Алена почувствовала, как к щекам приливает тепло. Она быстро отвела взгляд, делая вид, что сосредоточена на документах, ты бы все равно заметил неладное. Рано или поздно.
Возможно, согласился он. Но было бы уже поздно. Их ладони на столе лежали в нескольких сантиметрах друг от друга.
Алена замерла, когда его пальцы медленно придвинулись и осторожно коснулись ее руки, легкое, почти невесомое прикосновение, которое, тем не менее, отозвалось внутри электрическим разрядом. «Спасибо», — просто сказал он, и в этом слове было больше, чем могли бы выразить долгие речи. Решающий день наступил через неделю после разрыва с Игорем.
Утро выдалось ясным и солнечным, словно сама природа благословляла их миссию. Алена помогала Максиму подготовиться, заметно волнуясь больше, чем он сам. «Ты уверен, что справишься?» — спросила она, когда он отрабатывал последние шаги с тростью в гостиной.
«Уверен», — твердо ответил Максим, делая еще один уверенный шаг. «Главное войти самостоятельно и дойти до своего места. Дальше можно сидеть».
Он был одет в безупречный темно-синий костюм, пошитый на заказ Софья Павловна каким-то чудом нашла портного, готового приехать в дом в кратчайшие сроки. Строгий галстук, платиновые запонки, дорогие часы, Максим Северов снова выглядел успешным бизнесменом, а не больным затворником. «Я буду рядом», — сказала Алена, поправляя его галстук идеально ровным движением, словно делала это тысячу раз.
На всякий случай он накрыл ее руку своей, знаю. Иначе я бы не решился. Их глаза встретились, и на мгновение все вокруг перестало существовать только этот молчаливый обмен чувствами, слишком сложными, чтобы облечь их в слова.
Момент прервал голос Софьи Павловны, автомобиль Готов, Максим Андреевич. Дорога до офиса компании заняла около 40 минут. Алена сидела рядом с Максимом на заднем сиденье, наблюдая, как проносятся за окном городские пейзажи.
Массивное стеклянное здание в центре делового района, штаб-квартира Северов, технологис, возникло перед ними неожиданно, словно вырастая из асфальта. «Не был здесь два года», — тихо произнес Максим, глядя на логотип компании. С того самого дня.
Алена жала его руку, безмолвно поддерживая. Он благодарно кивнул и выпрямился на сиденье, собрался, готовясь к выходу. Появление Максима Северова в холе собственной компании произвело эффект разорвавшейся бомбы.
Сотрудники застывали на месте, шепот пробегал по коридорам, словно волна. Многие не видели основателя компании с момента аварии, а некоторые новички знали его только по фотографиям. Но еще больший шок вызвало то, что он шел сам медленно, опираясь на элегантную трость, но уверенно и без посторонней помощи.
Рядом с ним шла Алена, готовая подхватить в любой момент, но не касаясь его, она понимала, насколько важен для него этот самостоятельный путь. Совет директоров уже собрался в просторном конференц-зале на верхнем этаже. Игорь сидел во главе стола на месте, которое по праву принадлежало Максиму.
Рядом с ним расположился Станислав Рыжов, грузный мужчина с властным лицом, источающий ауру силы и влияние. Чуть поодаль сидела Вероника, а рядом с ней бледный Кирилл. Когда двери открылись, и в зал вошел Максим, опирающийся на трость, повисла мертвая тишина.
Лицо Игоря исказилось в гримасе смешанных чувств удивления, страха, ярости. Вероника что-то прошептала на ухо отцу, который нахмурился еще сильнее. Кирилл просто смотрел, широко раскрыв глаза, явно не ожидая увидеть здесь свою бывшую невесту в компании миллионера.