Квартира на Печерске, в которую я вложила душу и все свои премии. Машина, оформленная на меня. Депозиты в долларах. Облигации. Все это было моим. Только моим.
Я перелистнула страницу. «Стороны договариваются, что в случае расторжения брака ни одна из сторон не имеет права на содержание (алименты) от другой стороны, кроме случаев нетрудоспособности…». Денис был здоровым как бык мужчиной трудоспособного возраста. Он не имел права ни на копейку моих денег. Более того, согласно другому пункту, я не отвечала по его долгам. А я знала, что он взял кредит на новую игровую консоль и имел задолженность по кредитке «Универсал Банка».
Я открыла ноутбук и начала считать.
Квартира сейчас стоила минимум 250 тысяч долларов.
На инвестиционных счетах и депозитах — около 80 тысяч долларов.
Автомобиль — еще 25 тысяч.
Моя новая зарплата составляла 6 тысяч долларов в месяц «чистыми», плюс квартальные бонусы.
Итого — более 350 тысяч долларов активов в 29 лет. И Денис не имел права ни на цент.
А Вика? О, моя дорогая сестренка. Она наверняка соблазнила моего мужа, думая, что он станет ее билетом в состоятельную жизнь. Я вспомнила наш разговор на прошлое Рождество у родителей в Белой Церкви. Она выпила лишнего и начала ныть:
— Марин, ты не представляешь, как это бесит. У тебя все: «Печерск», брендовые шмотки, Мальдивы, а я считаю копейки до зарплаты и живу в арендованной «хрущевке». Это несправедливо.
— Вика, ты тоже можешь это иметь. Просто нужно работать, а не ждать вдохновения, — ответила я тогда.
— Ой, конечно. Тебе просто повезло. Тебе всегда везет.
Теперь я поняла: это была не просто пьяная болтовня. Это был план. Вика увидела в Денисе возможность получить «справедливую долю» моего успеха. Она думала: «Разведутся, поделят имущество пополам, и Денис придет ко мне с кучей денег». Она не знала о брачном договоре, потому что я никому в семье о нем не говорила, чтобы не слушать мамины лекции о том, что «в семье все должно быть общим».
Я сфотографировала каждую страницу договора на телефон и отправила Елене Петровне в мессенджер с подписью: «Подарок судьбы».
Она отписала через десять минут, хотя была глубокая ночь: «Марина, это джекпот. Денис — идиот. Набери меня утром».
Впервые за трое суток я смогла уснуть. А проснувшись, я почувствовала не боль, а холодную ярость и четкость.
Пока я пила кофе, глядя на утренний Киев, пазл сложился окончательно. Они все спланировали. Тот спектакль в ресторане в день моего повышения… Они хотели унизить меня, выбить почву из-под ног, заставить меня чувствовать себя ничтожеством, чтобы я, раздавленная и заплаканная, отдала им все, лишь бы это закончилось.
— Хотите сыграть в игры? — прошептала я своему отражению в окне. — Ладно. Но правила буду устанавливать я.
Я провела выходные, разрабатывая стратегию. В понедельник утром я уже была на связи с Еленой.
— Марина, договор железный. Мы можем развести вас за месяц-два через суд, поскольку есть ребенок… точнее, будет ребенок, но это усложняет процесс морально, а не юридически. Имущество твое. Точка.
— А если он попробует оспорить?
— На каком основании? Он был дееспособен, подпись его, нотариус заверил. Шансы нулевые. Он гол и бос, Марина.
— Елена, я хочу кое-что сделать, — сказала я. — Я не хочу просто отправить им сообщение. Я хочу видеть их лица.
Прошло три недели с того ужина. Денис забрал остальные вещи, приходя всегда с Викой, будто боялся меня. Мама звонила каждый день, плакала в трубку:
— Доченька, я знаю, это ужасно, но это же твоя сестра… Ребеночек ни в чем не виноват. Может, вы как-то помиритесь? Хотя бы ради малыша?
— Мама, о чем ты? — холодно отвечала я. — У них своя жизнь, у меня своя.
На четвертой неделе я позвонила Вике.
— Привет. Нам нужно поговорить.
Она напряглась:
— О чем? Ты же сказала «делайте что хотите».
— Я много думала, — мой голос звучал ласково, почти смиренно. — Может, вы и правы. Сердцу не прикажешь. Я не хочу враждовать. Мы же взрослые люди. Давайте встретимся и решим вопрос развода цивилизовано. Без адвокатов-кровопийц, по-семейному.
Вика выдохнула в трубку. Я почти видела, как она улыбается.
— Ой, Мариночка! Я так рада, что ты это сказала! Денис так переживал, что ты начнешь мстить. Конечно, давай встретимся.
— Только давайте снова в «Vino e Cucina». Там все началось, там пусть и закончится. Символично, правда? Суббота, восемь вечера?
— Договорились!
Я положила трубку. Субботний вечер обещал быть незабываемым. Я готовилась к нему тщательнее, чем к любой бизнес-презентации.