— Он сказал, что если я уйду от него или обращусь в полицию, его люди сделают больно Тимке. И мне.
— Я видела, что они сделали с женщиной, которая пыталась свидетельствовать против его брата Руслана. Она просто исчезла, Сергей.
— Ее машину нашли сожженной в лесополосе через два месяца. А ее — нет.
— Как давно он поднимает руку на Тимку?
— Три месяца. Началось с криков, потом он начал его толкать. На прошлой неделе он… — Она не смогла закончить фразу, захлебываясь слезами.
Сергей почувствовал руку Феликса на своем плече. Побратим молча поддерживал его, помогая держать себя в руках. Когда Сергей заговорил, его голос был спокойным, почти ласковым:
— Тома, мне нужно, чтобы ты мне доверилась. Ты можешь забрать Тимку из школы пораньше? Скажи, что это семейная необходимость.
— Артур узнает. Его люди постоянно следят за нами.
— Пусть следят. Во сколько Тимка обычно заканчивает уроки?
— В три часа.
— Где сейчас Артур?
— Уехал еще утром. Сказал, что у него дела. — Она посмотрела на Сергея с отчаянной надеждой. — Ты действительно сможешь вытащить нас из этого ада?
— Я поступлю иначе, — ответил Сергей. — Я сделаю так, что они больше никогда никому не смогут навредить.
Когда Тома вернулась в дом, Сергей со своей группой вернулись к машинам. Влад уже вывел изображение с дрона на экран своего защищенного ноутбука.
— Есть кое-что интересное, — сказал Влад. — В промзоне на окраине города есть большие склады. Там серьезное движение: заезжают и выезжают микроавтобусы. Наши друзья из черного «Крузака» только что выходили с ними на радиосвязь.
— Схема Воронова? — уточнил Феликс.
— Похоже на то. Но это еще не все. Я пробил реестры недвижимости.
— Склад принадлежит компании-пустышке. Я копнул глубже и угадайте, кто там фигурирует скрытым бенефициаром?
— Только не говори, что начальник полиции, — пробормотал Виктор.
— Не он лично. Конечный владелец спрятан за девичьей фамилией жены Шаповала и еще тремя подставными ООО. Но след четкий.
Сергей медленно кивнул, переваривая информацию.
— Значит, мы имеем дело с организованной преступной группировкой, которую крышует местная полиция. Они думают, что для них нет закона.
— Какой план? — спросил Богдан.
Сергей посмотрел на свою команду — на мужчин, которые столько раз шли за ним в настоящий ад и возвращались живыми.
— Сначала едем в школу. Забираем Тимку в безопасное место. А потом начинаем разбирать их империю на винтики. Шаг за шагом.
— Делаем это с умом: фиксируем каждое доказательство, каждую встречу. Собираем железобетонное дело. А когда они придут за нами — а они обязательно придут, — мы встретим их как положено.
— А если они не оставят нам выбора? — тихо спросил Виктор.
Глаза Сергея стали холодными, как январский лед.
— Тогда мы решим этот вопрос так, как привыкли решать его на фронте.
Обуховский лицей был большим кирпичным зданием, окруженным спортивными площадками и аккуратно подстриженными кустами. Сергей зашел в главный корпус около двух часов дня. Он был один, одет в обычную гражданскую одежду: джинсы, флисовая кофта и куртка. С виду — обычный отец, пришедший за сыном.
— Чем могу помочь? — спросила секретарша, приятная женщина лет пятидесяти.
— Я Сергей Коваль. Отец Тимофея Коваля. Мне нужно забрать его пораньше. Семейные обстоятельства.
Пальцы женщины быстро забегали по клавиатуре.
— Мне нужен ваш паспорт, и я должна проверить, есть ли вы в списке лиц, которым разрешено забирать ребенка.