Сергей протянул свои документы. Секретарша внимательно посмотрела на них, затем на экран монитора, и обеспокоенно нахмурилась.
— Мне очень жаль, господин Коваль, но вас нет в списке. Забирать Тимку может только его мама и… — она замялась, смущаясь, — и господин Барабаш.
— Я его родной отец. У нас совместная опека по решению суда.
— Я все понимаю, но мы должны придерживаться инструкций. Если мама Тимофея позвонит и подтвердит…
Сергей слегка наклонился над столом. Его голос звучал тихо, но в нем звенела такая сталь, что женщина невольно отпрянула.
— Сударыня, вчера мой сын позвонил мне и сказал, что над ним издеваются. Я приехал с передовой, чтобы защитить своего ребенка. Вы можете вызвать полицию, если хотите — я даже буду вам за это благодарен, — но я не выйду из этого здания без своего сына.
Лицо секретарши побледнело. Она сама видела те страшные синяки на руках Тимки.
Она лично сообщала об этом в Службу по делам детей две недели назад. Но ничего не произошло. Ей просто отписали, что «ситуация выясняется».
— Позвольте, я позову директора, — едва слышно сказала она.
Директор, Жанна Андреевна, была строгой женщиной, отдавшей образованию почти сорок лет своей жизни. Она внимательно выслушала Сергея, проверила его военный билет и паспорт, подтверждающие его личность, и приняла решение.
— Я отдам вам Тимофея, — сказала она твердо. — Но я также прямо сейчас звоню в ювенальную превенцию и социальные службы. Эта ситуация зашла слишком далеко, чтобы и дальше молчать.
— Я бы и не ждал от вас другого, — кивнул Сергей. — Спасибо.
Через двадцать минут Тимка вышел из своего класса. Увидев отца в коридоре, он замер на секунду, а затем бросился к нему со всех ног. Сергей подхватил сына на руки, крепко прижал к себе и почувствовал, как маленькое тельце бьет крупная дрожь.
— Ты приехал… — прошептал мальчик в отцовское плечо.
— Всегда, сынок. Я всегда приеду.
Когда они шли к внедорожнику, где их ждал Феликс, Сергей незаметно осмотрел сына. Под задранным рукавом куртки желтел старый синяк. Ярость снова вспыхнула в груди Сергея, но он сохранил абсолютно спокойный голос.
— Теперь ты в безопасности, — сказал он Тимке. — Больше никто и никогда тебя не обидит.
Они поехали в загородный гостиничный комплекс на трассе, который Влад забронировал заранее. Команда сняла четыре смежных номера на отшибе, превратив их в импровизированный оперативный штаб. Гриша уже подвез туда дополнительное оборудование, средства безопасной связи и продукты, которых хватило бы на неделю автономного пребывания.
Тимка сидел на одной из кроватей и с аппетитом ел пиццу, пока Виктор показывал ему на телефоне фотографии своих дочерей и рассказывал смешные истории. Сергей тем временем вышел на балкон вместе с Владом и Богданом.
— Шаповал только что получил звонок из школы, — доложил Влад, перехватывавший частоты местной полиции. — Он отправляет патруль к дому Томы.
— Хорошо, — кивнул Сергей. — Пусть делают свою работу. Мы держимся в тени, но я хочу иметь полную картину по тому складу сегодня ночью. Полное визуальное наблюдение. Кто приезжает, кто уезжает, что они грузят.
В ту ночь Сергей и Феликс лично отправились на разведку. Склады Воронова располагались в конце глухой улицы, окруженные высоким забором с колючей проволокой. Подходы контролировались камерами, но это были дешевые коммерческие модели, которые легко обойти, зная «слепые зоны».
Они двигались в темноте бесшумно, словно тени, используя навыки, отработанные до автоматизма за годы ночных операций. Заняв высокую точку в пятидесяти метрах от периметра, они начали наблюдение через тепловизоры.
— Вижу шестерых людей внутри, — прошептал Феликс. — Активное движение у погрузочной рампы. Похоже, пакуют крупную партию.
— Черный товар, — подтвердил Сергей. — Готовят отправку.
Пока они наблюдали, на территорию заехали три автомобиля: премиальный внедорожник «Мерседес», седан «Лексус» и старый потрепанный пикап. Из машин вышли люди, среди которых Сергей сразу узнал по фотографиям Руслана и Жеку Барабашей. А затем из «Мерседеса» неспешно вышел сам Артур.
Сергей тщательно изучал его досье, но увидеть этого человека вживую было совсем другим. Артур был высоким, крепким, с гладко зачесанными волосами и в дорогой одежде. Он двигался с наглостью человека, который никогда в жизни не отвечал за свои поступки. Это был тот самый мерзавец, который поднял руку на его сына.
— Спокойно, командир, — едва слышно прошептал Феликс, почувствовав, как Сергей напрягся словно струна.