Елена пообещала себе оставаться сильной, ставить под сомнение каждое его слово и ни при каких обстоятельствах не давать волю эмоциям. Она дождалась, пока Макс крепко уснёт, оставила включённым ночник и тихо спустилась в бар.
Она выбрала самый дальний столик в углу террасы, где музыка играла тише всего, и начала ждать. Через десять минут в дверях появился Дмитрий. Он обвёл взглядом полупустой зал, пока не заметил её одинокую фигуру в полумраке.
— Привет, Елена, — тихо сказал он, подходя ближе. Его голос был тяжёлым, полным вины.
— Мы уже виделись сегодня, — ледяным тоном ответила она, даже не взглянув ему в глаза.
— Ты уже что-нибудь заказывала?
— Нет. Ты пришёл сюда снова напиться? — её слова жалили, как осы.
— Так будет легче говорить. Я сейчас вернусь.
Он пошёл к барной стойке, заказал два коктейля и через минуту вернулся с высокими бокалами, полными льда и мяты.
— Ты уверен, что тебе стоит пить алкоголь после дневного обморока? — Елена скептически подняла бровь.
— Они безалкогольные, — быстро уточнил Дмитрий, садясь напротив. — Обычный лимонад. И… спасибо тебе за то, что помогла на пляже. Карина вряд ли догадалась бы позвать врача, она просто запаниковала.
— Не за что. Но тебе стоит лучше заботиться о своём здоровье. Глушить виски под палящим солнцем — это путь в никуда.
— Знаешь, в последнее время я вообще перестал за собой следить. Всё потеряло всякий смысл, — Дмитрий опустил взгляд на свой бокал.
— О, конечно. Ты же «умер», так зачем беспокоиться о здоровье, правда? — сарказм Елены сочился из каждого слова.
— Елена… — он тяжело, с надрывом вздохнул. — Я знаю, что это звучит как полное безумие, но, умоляю тебя, просто выслушай.
Елена молча кивнула, хотя внутри в ней клокотала ярость.
— Три года назад всё пошло наперекосяк, — начал Дмитрий, нервно крутя трубочку в бокале. — Наша компания ввязалась в дела с очень серьёзными и опасными людьми. Всё началось с того, что я взял огромный заём наличными на новый строительный проект. Не в банке, а у теневых инвесторов. Мы подписали «договор», деньги зашли. Но подрядчик, которого мы наняли, просто исчез со всей кассой, не выполнив ни одной работы. Ходили слухи, что он вывел всё в офшоры и сбежал куда-то на острова, но кредиторов это не волновало.
Дмитрий сделал глоток и продолжил, не поднимая глаз:
— Я пытался с ними договориться, просил отсрочку. Но они не хотели ничего слушать. Дали мне месяц на возврат долга с бешеными процентами. Полиция ничем не могла помочь — это был чёрный нал, никаких официальных бумаг. Угрозы становились всё страшнее. Мне прямым текстом сказали, что если я не найду деньги, они придут за тобой и Максом. Я начал паниковать. Чтобы обезопасить вас, я сказал, что еду в долгую командировку, и залёг на дно.
— А потом… они меня нашли. Охранник на базе отдыха предупредил, что какие-то мутные типы расспрашивали обо мне. Я понял, что бежать бесполезно. Они бы выследили меня на любом вокзале или в аэропорту. Я был в отчаянии. В состоянии абсолютной паники я сбежал в горы, поймал связь и позвонил нашему гендиректору, Артуру Борисовичу. Он сказал, что ты уже обрываешь телефоны и ищешь меня. Я не мог рассказать тебе правду. Я до смерти боялся, что из-за меня они доберутся до вас.
Дмитрий замолчал, ожидая её реакции. Елена сидела неподвижно, уставившись в свой бокал. Её лицо напоминало каменную маску.
— Мы с Артуром решили инсценировать мою смерть. Я часто ездил в «Снежную Долину» кататься на снегоходах, поэтому это было идеальным прикрытием. Я договорился со знакомыми гидами, чтобы они пустили слух среди спасателей, будто я провалился под лёд на диком озере. Артур должен был подтвердить это в компании и лично приехать к тебе с этой новостью.
— Как ты мог… — прошептала Елена. У неё в голове не укладывалось услышанное.
— Я спасал не только свою шкуру! Они бы пришли за тобой, если бы я не исчез навсегда! — голос Дмитрия сорвался. Он сделал ещё один глоток, пытаясь взять себя в руки. — Артур пообещал поддерживать вас, и он сдержал слово. Я знал, что он поможет с деньгами и выплатами от компании.
— Деньгами? — Елена так сильно сжала стакан, что костяшки на её пальцах побелели. — Ты серьёзно думаешь, что деньги могли унять мою боль? Три года, Дима. Три чёртовых года я не жила, я просто существовала!
— Я знаю, что это было жестоко. Но у меня не было выбора. Они бы достали нас где угодно. Я не мог защитить вас иначе.
— Ты мог забрать нас с собой! Вместе! Мы могли бы уехать за границу, сменить имена вместе! Но ты выбрал путь наименьшего сопротивления. Путь труса.
— Ты не понимаешь. Я был загнан в угол. Если бы я попытался бежать с вами, мы бы далеко не уехали. Это подвергло бы Макса опасности. Это разрывало меня на части, поверь. Я думал о вас каждый божий день.
— Неужели? — горько усмехнулась Елена. — Тогда почему же ты не дал о себе знать, если так скучал?
— Не мог. Опасность никуда не исчезла. Мой старый телефон выбросили. Как бы ты отреагировала на звонок с того света?
— Как благородно, — фыркнула Елена, не скрывая презрения. — Оставить жену в трауре на три года, чтобы «защитить» её.
— Я надеялся, что ты быстрее переживёшь это и начнёшь новую жизнь… — он не закончил фразу.
— Начну новую жизнь? — Елена горько рассмеялась. — Как ты мог подумать, что я просто забуду? После всего, что мы прошли?
— Я виноват, — тихо признал мужчина. — Но другого пути не было.
— И что было дальше? — Елена выпрямила спину, её голос стал твёрдым и деловым.
— Два года я скрывался. Переезжал из города в город, жил на съёмных квартирах. Только когда услышал через старых знакомых, что ту организацию накрыла полиция, а главных посадили, я смог выдохнуть. Я сделал себе новые документы и начал новую жизнь.
— Под новым именем?
— Теперь я Денис Карпенко, — он криво, безрадостно усмехнулся. — Новый человек, новая биография.
— Очень удобно, — хмыкнула Елена. — И ты ни разу не подумал вернуться к нам?
— Подумал, — признался он. — Но я был уверен, что ты меня уже ненавидишь. Или забыла.
— Забыла? Ты хоть представляешь, как я выживала эти три года?! — Елена почувствовала, как её ярость наконец прорывается наружу.
— Я просто хотел всё объяснить… и попросить прощения.
— Ты правда думал, что я тебя прощу? Ты бросил меня с ребёнком на произвол судьбы, оставил нас с пустотой, а теперь ждёшь понимания?!
Дмитрий потянулся за своим бокалом, но вдруг побледнел и замер, глядя куда-то ей за спину.
— Тебе снова плохо? — холодно спросила Елена.
— Сейчас будет очень громко. Постарайся не обращать внимания, — быстро прошептал он.