Елена кивнула, принимая решение.
— Хорошо. Но условия такие: завтра утром я сама подготовлю его, всё объясню. Мы встретимся, вы немного поговорите. После этого я поговорю с Максом наедине. Если он сам захочет видеть тебя снова — мы подумаем, как быть дальше.
— Согласен на любые условия. Завтра в 11:00 в кафе на первом этаже?
— Да. И не забудь: для Макса ты — исследователь, путешественник, который был в долгих научных экспедициях. Никакого криминала или лжи про смерти.
— Хорошая легенда, — грустно улыбнулся Дмитрий. — Я понял.
Елена попрощалась и вернулась в свой номер, но заснуть так и не смогла. В голове роились тревожные мысли. Как всё пройдёт? Как отреагирует ребёнок? Как будет вести себя Дмитрий? Этот вихрь эмоций держал её в напряжении до самого рассвета.
— Мама, а куда мы сегодня пойдём? — спросил Макс, сидя на кровати и наблюдая, как она наносит лёгкий макияж.
— У нас очень важные планы, мой хороший, — Елена обернулась к нему, стараясь улыбаться как можно естественнее. — Помнишь того мужчину в самолёте, который показался тебе похожим на папу?
— Ага, помню!
— Так вот… ты был прав. Это действительно твой папа. Он наконец вернулся из своих долгих странствий и сейчас отдыхает в этом же городе.
— Я так и знал! — Макс аж подпрыгнул на кровати, его лицо засияло. — Мы сегодня с ним увидимся?!
— Да, солнышко. Он очень хочет тебя увидеть.
— Класс! Я тоже очень-очень хочу!
Елена с облегчением выдохнула. Искренний, детский энтузиазм сына снял камень с её души. Она больше всего боялась, что новость вызовет у него истерику или страх.
— А где он был всё это время? — допытывался мальчик.
— Он сам тебе всё расскажет.
В 11:00 они спустились в холл. С каждым шагом нервы Елены натягивались всё сильнее. Сомнения снова заползли в голову: может, отменить всё, пока не поздно? Оставить всё как есть? Нет, было поздно. Она уже пообещала Максу, и отмена сделала бы ему ещё больнее.
Они зашли в кафе. Дмитрий уже ждал их за столиком. Увидев их, он резко встал и сделал несколько шагов навстречу.
— Папа! — не сдержался Макс и звонко крикнул на всё кафе.
Он подбежал к отцу, и Дмитрий крепко, до хруста обнял его, не в силах сдержать счастливую улыбку.
— Привет, мой взрослый мальчик…
Елена поздоровалась сдержанным кивком и села за столик, позволив им насладиться моментом.
— Ну, рассказывай, как ты тут? Как жизнь? — спросил Дмитрий, усаживаясь рядом с сыном.
— Жизнь — просто супер, папа! Тут такой крутой бассейн! Мы с мамой проводим лучший отпуск в мире! — тараторил Макс.
— Вы у меня большие молодцы.
— А я всегда о тебе думал, знаешь? — вдруг серьёзно добавил мальчик.
— Правда?
— Ага. Но маме не нравилось, когда я о тебе спрашивал. Мне кажется, ей было очень грустно. Поэтому я думал о тебе шёпотом, про себя, — с абсолютной детской непосредственностью выдал Макс.
Дмитрий болезненно сглотнул.
— А где ты был так долго? — Макс смотрел прямо ему в глаза.
Дмитрий на мгновение растерялся, пытаясь собрать мысли воедино.
— Я… я был очень далеко, Макс. Мама, наверное, тебе рассказывала. Моя работа — это исследования. Я изучал далёкие города, леса, горы. Это была очень сложная экспедиция, и вернуться домой было непросто. К сожалению, такие путешественники, как я, очень редко видят свою семью.
— Тогда почему ты просто не уволишься с этой работы, чтобы быть с нами? — искренне, с непониманием спросил сын.
— Ну… кто-то же должен выполнять такую сложную работу, — попытался выкрутиться Дмитрий.
— Пусть её выполняет тот, кого никто не ждёт дома! — отрезал Макс с мудростью, несвойственной восьмилетнему ребёнку.
Эти простые слова ударили Дмитрия под дых. Он почувствовал, что теряет контроль над эмоциями, и его глаза предательски наполняются слезами.
— Простите… мне нужно срочно сделать один звонок, — пробормотал он и быстро пошёл в сторону туалета, чтобы скрыть своё лицо.
— Видишь, котик, — мягко сказала Елена, оставшись с сыном наедине. — У папы очень тяжёлая работа. Даже в отпуске она его не отпускает.
— Зачем ему вообще нужна такая работа? — обиженно сопел Макс.
— У каждого своё призвание, — философски ответила она, хотя сама в это не верила.
Через несколько минут Дмитрий вернулся. Он выглядел гораздо спокойнее, хотя глаза были немного красными.
— Извини, Макс, нужно было уладить одну проблему.
Елена почувствовала момент и решила немного подтолкнуть ситуацию.
— Мы как раз говорили о том, что твоя работа отнимает у тебя всё время. Ты же понимаешь, что из-за неё ты совсем не видишь сына?
Дмитрий посмотрел на Елену, потом на Макса и глубоко вдохнул.
— Знаешь, Макс… Я только что уволился. Прямо по телефону.
— Серьёзно?! — глаза мальчика стали размером с блюдца. — Значит, мы теперь будем видеться чаще?!
— Да, я обещаю тебе, что мы будем видеться гораздо чаще, — твёрдо сказал Дмитрий, бросая осторожный взгляд на Елену. — Но это зависит не только от меня. Нам с мамой ещё нужно многое обсудить.
— Мама, ты же не будешь против? — Макс с надеждой дёрнул её за руку.
Елена тепло улыбнулась.
— Конечно нет, солнышко. Я только за то, чтобы вы виделись. Но всё действительно зависит от папы и его поступков.
Макс на секунду задумался, почесал нос, а потом задал вопрос, которого Елена больше всего боялась:
— А почему мы не можем снова жить все вместе, как раньше?
Этот вопрос застал Дмитрия врасплох. Он умоляюще посмотрел на Елену, ища спасения.
— Котик, папе сейчас нужно отстроить свою жизнь, найти новую работу в Киеве, новое жильё. Ему было бы очень трудно жить с нами постоянно, — мастерски, но мягко уклонилась Елена.
— Но когда он найдёт работу, он сможет жить с нами, правда? — не унимался Макс, загоняя их обоих в тупик.
— Давай мы поговорим об этом чуть позже, хорошо? — Елена погладила сына по голове, закрывая тему.
Они ещё долго сидели в кафе, говорили о море, школе, любимых играх Макса. Общий завтрак плавно перетёк в поход на пляж. Дмитрий взялся учить Макса правильно плавать брассом, и мальчик ловил каждое его слово с невероятным восторгом. Елена только удивлялась — с ней сын никогда не проявлял такой настойчивости в воде.
Наблюдая за ними с берега, Елена невольно вспоминала их первые годы вместе. Рождение Макса, первые шаги, то время, когда всё казалось простым, светлым и понятным. Воспоминания больно царапали душу, вызывая острую ностальгию, но она усилием воли возвращала себя в реальность. Она не имела права забывать о той боли, которую Дмитрий причинил ей своей изменой, своей слабостью и своей многолетней ложью.
Даже если он изменился, даже если он искренне раскаивался, ей нужно было держать дистанцию. Тем вечером, когда они втроём гуляли по набережной, для посторонних глаз они выглядели как идеальная, счастливая семья. Но Елена знала: под этим идеальным фасадом скрываются глубокие трещины. Возвращение в прошлое было невозможно.