Часть 2
Дачный кооператив «Сосновый бор» под Киевом встретил их запахом хвои и сырой земли. Когда Елена открыла пластиковую переноску, Соня не сразу решилась выйти. Она осторожно высунула мордочку, втягивая носом незнакомый воздух, в котором не было привычного запаха городского бетона и выхлопных газов.
Первые шаги по молодой траве дались непривычно. Голая кожа ощущала каждое дуновение ветра, но солнце приятно грело спину. Через несколько недель ее плюшевая серая шерсть начала понемногу отрастать, и Соня окончательно освоилась на новой территории. Здесь не было тесных коридоров и скользкого ламината — только широкие газоны вокруг небольшого кирпичного домика и густые кусты.
Она могла часами сидеть под раскидистой малиной, наблюдая за местной живностью. Ее постоянной целью стал один шустрый воробей, который каждое утро прилетал на участок в поисках насекомых. Соня замирала в импровизированной засаде, прижимаясь животом к земле. Она выжидала момент, напрягала задние лапы и делала резкий прыжок. Но птица всегда успевала взлететь за мгновение до того, как ее когти касались ветки. Воробей улетал на безопасное расстояние, садился на забор и громко чирикал, словно отмечая свою очередную победу.
Елена часто сидела на крыльце с чашкой чая, наблюдая за этими бесплодными, но упорными попытками охоты. Женщина заметно расслабилась вдали от города, и Соня снова начала полностью ей доверять.
Но покой на участке длился только с понедельника по четверг. В пятницу вечером у калитки неизменно хрустел гравий под колесами черного внедорожника. Павел приезжал на выходные.
С его появлением атмосфера менялась. Мужчина не кричал на кошку, но его тяжелый взгляд и резкие движения заставляли Соню держаться на безопасном расстоянии. Когда Павел был на даче, входные двери дома для нее закрывались. Елена как-то попыталась возразить, увидев, что вечер обещает быть прохладным.
— Павел, может, пустим ее в коридор? Она еще не полностью обросла шерстью, замерзнет, — несмело предложила женщина, держась за дверную ручку.
— На дворе лето. Это животное, ему место на улице, — сухо отрезал мужчина, проходя мимо нее на кухню. — Пусть дышит свежим воздухом. Я не хочу снова собирать шерсть по всему дому.
Елена не стала спорить. Она только тихонько вынесла в деревянную беседку старое мягкое одеяло и постелила его в самом уютном углу. Беседка была зашита с трех сторон плотными досками, поэтому надежно защищала от ветра.
Впрочем, Соню не слишком беспокоили ночевки на улице. Августовские ночи были теплыми, а темнота пробуждала инстинкты. Кошка выходила на настоящую охоту, исследуя каждый метр участка. Свои ночные трофеи — пойманных хрущей или мелких мышей — она аккуратно складывала на плитке перед входной дверью.
Когда Павел утром выходил на крыльцо и видел эти «подарки», он брезгливо морщился. Мужчина просто брал веник и резким движением сметал добычу в кусты, даже не глядя в сторону кошки, которая наблюдала за этим из-под скамьи.
Территория казалась Соне совершенно своей, пока однажды на участок не пробрался чужой рыжий кот. Он появился со стороны соседского забора, ведя себя нагло и уверенно. Соня мгновенно выгнула спину дугой. Ее хвост распушился, а из горла вырвалось глухое, предупреждающее рычание. Она сделала несколько шагов навстречу чужаку и резко зашипела.
Услышав шум, Елена выбежала на крыльцо. Она попыталась наклониться, чтобы взять любимицу на руки и успокоить, но Соня нервно дернулась в сторону. Она не сводила глаз с рыжего нахала, демонстрируя готовность драться. Елена отступила, поняв, что сейчас кошка защищает свои владения и лучше ей не мешать. Чужой кот неохотно попятился и в конце концов перепрыгнул через сетку обратно.
Но на следующее утро, в субботу, он вернулся.
На этот раз конфликт вспыхнул мгновенно. Тишину дачного утра разорвал громкий, протяжный кошачий вой, который быстро перешел в звуки короткой драки в кустах.
В доме рывком распахнулось окно спальни. Павел, которого разбудил этот шум, выглянул на улицу. Его лицо было напряжено от злости. Мужчина схватил с подоконника тяжелый резиновый тапок и с размаху швырнул его в кусты, туда, где возились животные.
Тапок с громким, глухим стуком ударился о деревянные доски забора совсем рядом с Соней.
— Пошли вон отсюда! — рявкнул Павел так, что с ближайшей яблони стайкой взлетели птицы. — Ни минуты покоя в собственном доме.
Окно с силой захлопнулось. Рыжий кот мгновенно исчез за забором. Соня, вздрогнув от удара тапка о доски, быстро перебежала по газону и спряталась в своей безопасной беседке. Она легла на одеяло, тяжело дыша, и долго смотрела на глухое окно кирпичного дома. Ее маленькое сердце быстро билось. Когда этого мужчины не было рядом, их с хозяйкой мир был безопасным и понятным. И Соня никак не могла понять, зачем он каждую пятницу возвращается.