А однажды он не пришёл. Я ждала с ужином — запечённая рыба, салат с рукколой, новое платье. Но вместо звонка в дверь — короткое:
— Лен, прости, не выйдет. Объясню позже.
Слёзы катились по щекам, и я набрала Оксану. Через полчаса она влетела в мою квартиру с бутылкой вина и твёрдым намерением меня спасти. Мы открыли «Мерло», доели рыбу с салатом, а потом полночи хохотали, перебирая бывших: от моего школьного ухажёра до её горе-жениха, сбежавшего перед свадьбой.
— Ксан, я люблю его до дрожи, — призналась я под утро. — Как вырвать это из себя?
— Лен, не знаю, — вздохнула она, глядя в окно. — Я бы с женатиком не связалась, но у вас… Это же кино! Страсть, искры! Завидую даже.
Её слова эхом отдавались в голове, но внутри росла обида — едкая, как уксус. Я устала быть запасным вариантом, которого можно бросить без звонка. Три года Сергей выбирал не меня, и это разъедало душу.
Через день он появился — с охапкой пионов, пахнущих летом.
— Прости, Леночка, дела семейные, — начал он, виновато опустив глаза.
— Расскажи, — потребовала я, скрестив руки.
— Надо? — он замялся, но, увидев мой взгляд, сдался. — Катя планировала с подругами в бар, танцы там, коктейли. Сказала, что я с Соней останусь, а я… забыл. Накрутил себе, что свободен, а потом пришлось всё отменить. Дурак, знаю. Но мы же ещё наверстаем, да?
Слёзы жгли глаза. Как сказать, что я задыхаюсь от ревности? Что каждый его уход — как нож? Он шагнул ко мне, обнял, поцеловал — и я растаяла. Тело предало разум, сердце забилось в ритме его дыхания. Почему он так легко мной управляет?
Прошло ещё два года. Богдан окончил Харьковский университет, устроился в офис, Игорь завёл подругу и, кажется, завязал с бутылкой — я радовалась за него. А я всё так же любила чужого мужа, хватала обрывки счастья и падала в пропасть тоски, когда он уходил.
Оригинальный блок 7 (примерно 300 слов)
Я понимала, что теряю себя. Что за эти пять лет могла бы построить нормальные, здоровые отношения и выйти замуж, создать семью. Но… Тысячи, миллионы но!
И я решила пойти ва-банк. Когда Дима в очередной раз пришел ко мне, я очень откровенно рассказала ему обо всем и попросила выбрать: я или жена. Дима очень побледнел, мне показалось, он сейчас грохнется со стула. Пауза была долгой, но потом он сказал:
– Маша, зачем ты так? Ты же знаешь, как сильно я тебя люблю. Мне без тебя не жить…
– Тогда переезжай ко мне.
– Это невозможно. Я не могу так травмировать дочку, да она перестанет со мной общаться! Жена проклянет, родственники отвернутся. Я стану для всех врагом. Да и ты тоже. Зачем нам это надо? Давай оставим все как есть. Разве тебе плохо со мной? Ты несчастлива?
– Когда ты со мной – счастлива. Когда с ней – нет.
– Ты же знала, что так будет. Почему этот разговор возник только сейчас?
– Я устала, Дим. Устала быть на вторых ролях. Я хочу быть единственной женщиной в твоей жизни. Если это невозможно, нам лучше расстаться.
Я плохо слышала, что говорил мне Дима, потому что слезы, боль и отчаяние не только ослепили, но и оглушили меня. Я попросила его уйти, сказала, что все обдумаю и напишу ему.
Этой ночью я не спала. Я все-таки решилась отправить Диме прощальное письмо:
– Мой дорогой Дима. То, что я тебе сейчас скажу, далось мне с большим трудом. Если честно, я не знаю, как буду жить дальше. И смогу ли. Но так, как сейчас, у меня больше не получится. Мне очень больно, думаю, ты меня поймёшь, мой родной. Я слишком сильно полюбила тебя, чтобы оставить все на прежнем уровне. А на другой мы перейти не сможем. Мне невыносима мысль, что ты каждый раз выбираешь не меня, что ты хочешь жить с другой женщиной, что у нас с тобой нет будущего. Я очень благодарна тебе за все то время, что мы встречались и общались с тобой. Я была очень счастлива. Ты знаешь, какие эмоции и чувства у меня были. Да они и сейчас есть. Мой дорогой, мой нежный, мой любимый! Я желаю тебе огромного счастья! У тебя в жизни все будет просто замечательно, я верю в это! Я люблю тебя очень сильно, очень глубоко. Но мы не можем быть вместе, и в этом моя трагедия…