Не смей откидываться раньше времени». Соколов попытался улыбнуться, но получилось скорее перекосить лицо в болезненной гримасе. Затем махнул рукой, давая понять, что устал, и Леонид ушел.
Мария, узнав, что Соколов очнулся, ломала голову, как же ей попасть к нему так, чтобы не столкнуться с Анной или Леонидом. Она договорилась с Зинаидой, что зайдет поздним вечером, когда обычно меньше посетителей. И действительно, часам к восьми вечера, когда все затихает, Мария проскользнула в отделение.
Орлов дал разрешение на пару минут общения, предупредив, только без скандалов, хорошо. «И не кричите. Он еще очень слаб».
«Разумеется», — ответила Мария, которую и в мыслях не было скандалить. Зинаида проводила ее. Соколов лежал с открытыми глазами, смотрел в потолок.
Услышав шаги, он повернул голову и увидел Марию. В глазах промелькнуло удивление и волнение. Он сделал слабую попытку приподняться.
«Мария!» — прошептал он, чуть сильнее двигая губами, чем раньше. «Как, почему ты тут?» Она подошла к нему, стиснув руки. «Прости, я не могла не прийти.
Я волновалась за тебя. Доктора говорят, ты уже не в самой критической фазе. Слава Богу!» Да, он устал и кивнул.
Чуть не отправился на тот свет. «Что будет, со мной?» «Тебя лечат». «Ты поправишься?» Она села на стул рядом с кроватью, попыталась взять его за руку, но там была прикреплена капельница, и она аккуратно коснулась только пальцев.
«Гена, я должна сказать тебе важную вещь». Она запнулась и посмотрела на Зинаиду. Та поняла и дискретно отошла к двери, делая вид, что занята приборами.
«Я беременна». «От тебя!» «Это точно!» Соколов закрыл глаза на секунду, будто пропустил через себя эту информацию. Затем открыл, и в его взгляде была смесь шока, радости и ужаса.
«Как, давно?» «Немного. Я только недавно узнала». «Хотела сказать, но ты пропал.
Потом я услышала, что ты в больнице. Я не знала, выживешь ли ты вообще. Гена, она не смогла сдержать слез.
Пожалуйста, поправляйся. Нам нужен отец». Я, он молча смотрел на нее, силясь что-то ответить.
Потом едва слышно выдавил, я, буду, стараться. Мария поняла, что ему тяжело говорить, и дальше просто сидела рядом, легонько прикасаясь к его пальцам. Она понимала, что он запутан в отношениях с женой, у него куча проблем, но ребенок, это серьезно, это уже не тайная интрижка.
Она не знала, как все сложится, но решила, что не будет сейчас загружать его вопросами о будущем. «Пусть выздоравливает». Через несколько минут медсестра попросила Марию выйти.
Соколов, прежде чем она ушла, прошептал, спасибо, что пришла. Я, она улыбнулась сквозь слезы, я буду приходить. Или писать тебе записки.
Береги себя. И вышла, оставив его в глубоком раздумье. Соколов смотрел в потолок и пытался осознать, он, возможно, скоро станет отцом вне брака.
Анна ничего не знает. А ведь он уже практически на том свете побывал. Как теперь жить со всем этим? За дверьми реанимации Мария кинулась к Зинаиде, которая терпеливо ждала ее, спасибо тебе.
Он все узнал, она чуть не плакала от переполнявших чувств. Он не отвернулся. «Может, у нас еще все будет хорошо?» «Надеюсь», кивнула Зинаида, понимая, насколько хрупка эта надежда.