Их связывало слишком многое, чтобы разрушить эту связь. Но когда они оба двинулись к Софье, в воздухе повисло неслышное напряжение. «Прошу прощения!» Виктор был безупречно вежлив, подходя к деревенской красавице.
«Могу я пригласить вас на танец?» Степан напрягся, но Софья уже положила руку на плечо городского гостя. Ее голубые глаза искрились любопытством и вызовом. Почему бы и нет? Улыбнулась она.
Они кружились под старенький магнитофон, играющий модные мелодии. Виктор держал ее осторожно, как драгоценную вазу, боясь повредить. Когда он вернул ее Степану, тут же подлетел Денис.
Более напористый, более уверенный. «Меня зовут Денис, я врач», представился он с широкой улыбкой. «А вас как, прекрасная незнакомка?» — спросила Софья.
Ответила она, снова принимая приглашение, не глядя на помрачневшего Степана. Тот стоял у стены, наблюдая, как его девушка танцует с городскими хлыщами. Его рабочие руки с мозолями сжимались в кулаки и разжимались.
Но он молчал. Умел ждать. Всегда умел.
Разница между ними была слишком очевидна. Городские в дорогих часах и туфлях, пахнущие одеколоном. Степан в простой рубашке, с руками, на которых навсегда въелся запах леса, с доверчивым взглядом человека, не знающего фальши.
На обратном пути Степан был молчалив. Его мотоцикл рычал по ночной дороге, унося их от клуба, где остались городские парни, обещавшие приехать снова в следующую субботу. «Они мне понравились», — сказала Софья, когда они остановились у ее калитки.
Интересное. Степан посмотрел на нее долгим взглядом. Городские штучки.
Поиграют и бросят. Софья рассмеялась звонко, запрокинув голову. «А может, я хочу, чтобы со мной поиграли?» «Все веселее, чем тухнуть здесь».
Степан нахмурился. В ее словах был яд, который он не хотел принимать. «Я тебя люблю», — сказал он просто.
«Всегда любил. И буду любить». Софья смягчилась, коснулась его щеки ладонью.
«Знаю, Степа. Только любви мало. Жизнь мне нужна.
Настоящая, яркая». Она ушла в дом, а он еще долго стоял у калитки, глядя на темные окна. Виктор и Денис стали приезжать каждую неделю.
Сначала на танцы, потом и просто так. С подарками, с букетами, с обещаниями показать город. Они соперничали за внимание Софьи, но это соперничество было пропитано старой дружбой.
Ни один не переходил черту, за которой начиналась настоящая вражда. Варвара смотрела на ухаживание городских кавалеров с растущей тревогой. «Дочка», сказала она как-то вечером, когда Софья собиралась на встречу с Виктором.
«Нехорошо это, между двумя огнями ходить. Выбери одного и держись его». Софья поправляла прическу перед зеркалом.
На ней было новое платье, подарок Дениса, привезенный из города. А зачем выбирать, если можно взять все? Она повернулась к матери с вызовом в глазах. «Виктор умный, с ним интересно разговаривать.
Денис веселый, щедрый. А чем плохо? Тем, что пока ты между ними порхаешь, сердце девичье тратишь попусту. Нельзя играть с мужчинами, обожгут».
Софья отмахнулась. «Не учи меня, мама. Сама разберусь».
Но где-то в глубине ее глаз промелькнуло сомнение. Она и сама не знала, какую игру ведет. Просто впервые в жизни чувствовала себя сильной, желанной, способной управлять судьбой.
Не только своей, но и чужой. А в это время Степан продолжал приезжать к ее дому. Тихо сидел на лавочке, разговаривал с Варварой, помогал по хозяйству.
Ждал. Надеялся. В городе у Виктора и Дениса была своя история, о которой Софья не подозревала.
История дружбы, уходящей корнями в их детские клятвы, в общие победы и поражения. История соперничества, которое всегда было частью их отношений, но никогда не разрушало их. «Она невероятная», сказал как-то Виктор, когда они с Денисом возвращались из деревни.
«Да», согласился Денис, закуривая. «Такие редко встречаются. Даже в городе».
Они помолчали, глядя на дорогу, убегающую под колеса Волги. «Ты влюбился». Это был не вопрос, а утверждение от Дениса.