И адвокат, узнав о моем плане, покачал головой и сказал, это рискованно, но если решишься, будь осторожна. Я решила, не могу до сих пор объяснить, что двигало мной отчаяние, жажда правды, чувство долга. Наверное, все сразу, как в прошлый раз, я решила ждать у подъезда, пока не удостоверюсь, что в квартире никого нет.
Соседка сообщила мне, что видела, как тот загадочный мужчина тоже уехал куда-то. Но я не была уверена, нет ли в квартире охраны или сигнализации. Однако подъехав к дому, я все же решила рискнуть.
Дверь, как я и предполагала, была с новым замком. Но у меня сохранился старый ключ, как ни странно, на этот раз он уже не подходил. Пришлось действовать иначе, я воспользовалась услугами домушника, которого посоветовал один знакомый адвоката.
Да, это было нелегально, но я чувствовала, что у меня нет другого пути. Когда дверь наконец отворилась, я ощутила прилив адреналина. В квартире царил холод и полумрак.
Я обвела взглядом коридор, где когда-то висели наши свадебные фотографии, теперь они были сняты. Вся обстановка выглядела еще более мрачно, чем в прошлый раз. Я быстро закрыла дверь за собой, чтобы никто не заметил, и начала методично осматривать комнаты.
Шкафы были аккуратно вычищены, в спальне не осталось почти ничего. Я заглянула в ту самую тумбу, куда муж складывал мелочи, но она была пуста. Посмотрела под кровать, старый чемодан исчез.
Я начала терять надежду, пока не вспомнила, что муж еще любил хранить копии паролей, в каком-то нелепом месте, чтобы никто не догадался. Он говорил, нужно спрятать самую важную вещь, на самом видном месте, так, чтобы никто и не подумал искать именно там. Я направилась в гостиную, к полке с книгами.
Это была единственная часть обстановки, которая не претерпела сильных изменений. Раньше у нас было много старых детективных и фантастических романов, которыми увлекался муж. Я начала доставать книги, одну за другой, и листать.
И вот в одном из томов, как я и надеялась, обнаружилась заложенная записка. На ней было что-то вроде пароля, набор букв и цифр. Я быстро переписала это в блокнот, и стараясь не терять времени, продолжила поиск.
Наконец я нашла еще один неожиданный тайник. Позади книги преступления и наказания торчал конверт. В нем лежала распечатанная выдержка, из медицинской карты мужа.
Диагноз – интоксикация неизвестного происхождения. Дата стояла всего за неделю до его смерти. Выходит, врачи подозревали, что это отравление.
Но свекровь тогда говорила мне, что это обычная простуда и проблемы с сердцем. Возможно, они скрыли результаты анализов под ее давлением. Увидев это, я уже не сомневалась, что муж погиб не случайно.
Но теперь у меня были более веские улики. Не успела я перевести дух, как услышала за дверью шаги. Мурашки побежали по коже, кто-то возвращался, сердце застучало так громко, что казалось раздается на весь подъезд.
Неужели свекровь промелькнула в голове, или этот ее сообщник? Я метнулась к окну, но это был второй этаж, спрыгнуть я не решалась. Решив, что спрятаться больше негде, я, тихо приоткрыв входную дверь, выглянула в подъезд, там была соседка, видимо выходила на площадку, мелькнуло облегчение, она-то меня не выдаст. Я вышла, прикрыв дверь, и тихо сказала, спасибо, что предупредили.
Соседка, понимающая, кивнула, мол поторопись, а я поспешила вниз. Думаю, у меня не было бы шанса выбраться, если бы это оказалась свекровь. Вернувшись в приют, я тут же поехала к адвокату, и мы попробовали ввести тот пароль, в файлах, на флешке.
На этот раз нам повезло, доступ открылся, мы увидели гигантский массив документов. Переписка мужа с больницей, где указывались результаты его анализов, письма к какому-то специалисту по токсикологии, который предупреждал, что определенные лекарства могут влиять на сердце, вызывая аритмию и прочие осложнения, особенно при смешении с ядами на основе сильнодействующих растений. Там же были черновики писем мужу, от неизвестного информатора, который рекомендовал мужу держаться подальше от самого близкого человека, что звучало жутко двусмысленно.
Помимо этого, там была переписка касательно страховой выплаты на большую сумму, причем страховщик запрашивал подтверждение того, что муж здоров. Выходило, что моя свекровь оформила страховой полис на мужа, указывая себя в качестве бенефициара, и сделала это без моего ведома. По датам, это совпало с моментом, когда у мужа начали появляться первые признаки недомогания, значит, она уже тогда все планировала, адвокат, просматривая эти файлы, мрачно качал головой.
Это не просто семейная драма, это серьезное преступление, и если нам удастся убедить следствие, что ее муж, то есть отец твоего супруга, тоже погиб при схожих обстоятельствах, то дело будет набирать обороты. Уверен, свекровь не остановится ни перед чем, поэтому нам нужно привлечь полицию к твоей защите. Я согласилась, потому что уже чувствовала реальную угрозу своей жизни.
Вскоре мы подали в полицию расширенные заявления с этими новыми уликами, и дело наконец сдвинулось с мертвой точки. Меня вызвали на допрос, я рассказывала все, что знаю. Следователь казался заинтересованным, он говорил, что если мои показания подтвердятся, то это может вылиться в громкий процесс.
Но я все еще боялась возмездия со стороны свекрови и ее таинственного мужчины. Однако время шло, и свекровь, похоже, узнала о том, что заведено уголовное дело. Она больше не шла со мной на контакт, перестала угрожать в открытую, может решила залечь на дно или уехать из города.
Но я знала, что рано или поздно она проявится, особенно когда начнется дележка наследства, а тут еще могла всплыть ее возможная вина в двух убийствах. Я понимала, что под ударом могла оказаться я одна, без поддержки. Адвокат делал, что мог, но наши ресурсы были ограничены.
Все стало меняться, когда следователь смог найти тех врачей, которые осматривали моего мужа, незадолго до смерти, и они дали показания, что тогда им действительно показалось странным состояние пациента. Но под нажимом родственницы, которую они описали как влиятельную особу, и каких-то третьих лиц, они закрыли глаза на результаты анализов. Это встряхнуло официальные органы, и на свекровь стали смотреть пристальнее.
Подтвердились также и документы, которые мы нашли, о страховом полисе, оформленном буквально за несколько месяцев до смерти мужа. Я начала хоть чуть-чуть верить, что справедливость есть, но осознавала, что судебный процесс может тянуться бесконечно, да и собранных улик может оказаться недостаточно, если хорошие адвокаты свекрови все сведут на нет. Кроме того, ее партнера или любовника, а скорее соучастника, никто так и не арестовал, он просто исчез.
Полиция вроде как объявила его в розыск, но результатов не было. Я стала жить в напряжении, каждую ночь думала, что эти люди, могут в любой момент, попытаться заманить меня в ловушку. В один из вечеров, когда я уже почти отчаялась, мне позвонил все тот же следователь и сказал, чтобы я непременно явилась к нему.
«У нас есть для вас информация, касающаяся вашей безопасности». Я приползла туда чуть ли не с трясущимися коленями. И оказалось, что свекровь была задержана при попытке продать какой-то участок земли, который оказался записан на имя моего мужа, то есть она влезла в документы, изменила владельца задним числом, а при оформлении сделки всплыло несоответствие.
Риелторы заподозрили подделку и сообщили куда надо. Ее задержали. Теперь у меня появился шанс дать показания, прямо в ходе уголовного производства.