Хотя он и старался делать вид, что его мало волнуют проблемы горожанки, решившей скрыться от своего негодяя мужа. С огромным трудом, но дочке все же удалось уговорить его приютить Марину на несколько дней. В ответ женщина пообещала, что не будет сидеть у них на шее, поможет всем, чем сможет.
Кристина угостила ее горячим травяным отваром, призванным стабилизировать температуру и прогнать из тела всю хворь. Также, к ее удивлению, вскоре в комнату вернулся Михаил, в руках у которого был ворох женской одежды. — Вот, это моей жены, — опустив взгляд, произнес он, протягивая вещи Марине.
— Вам нужно поскорее переодеться в сухое, пока болезнь не разошлась. — Спасибо, — поблагодарила его женщина, беря в руки широкие хлопковые брюки и футболку, а еще теплую фланелевую рубашку. При этом она ощутила, как кровь прилила к ее щекам, смутилась, услышав, кому принадлежали эти вещи ранее.
— Успокойтесь, Оксана уже давно умерла, — словно прочитав ее мыслью, произнес Михаил. — Это случилось, когда Кристинка появилась на свет. Сердце моей жены просто остановилось.
Как сказали потом врачи, не выдержало нагрузки, потому что роды были слишком тяжелыми. Марина не знала, что и сказать. Она искренне посочувствовала Михаилу, и тогда мужчина, казалось, немного оттаял.
Чуть позже, когда гостья уже переоделась в сухое, он позвал ее выпить еще чаю на кухне. Присев рядом с ней на стул, мужчина тихим голосом рассказал ей свою непростую историю. — Вы, должно быть, думаете, что я какой-то медведь, дикарь? — начал он.
— Но на самом деле есть повод так себя вести. Видите ли, очень много людей из моего прошлого доказали мне, что делать людям добро крайне вредно для здоровья. Михаил рассказал, что много лет назад работал врачом-диагностом в одной частной клинике.
Он был очень талантливым, и благодаря его точно поставленным диагнозам многим пациентам была вовремя оказана соответствующая помощь. Примерно в то же время он и познакомился со своей будущей женой. — Мы тогда только-только поженились, были еще совсем молодыми, — вспоминал травник.
— Оксана работала иллюстратором в детском издательстве. Дети наших знакомых уже тогда обожали ее и то, как она рисует для них всяких там рыбок, зверюшек. Тут по лицу мужчины пробежала мрачная тень.
Однажды ко мне на прием пришел новый начальник Оксаны — молодой щегол, возглавивший ее отдел в издательстве. У него была больная печень, но он почему-то списывал все на хроническую усталость и курение. Я отправил его к нужному специалисту, а когда пришли результаты анализов, то сам чуть не закурил.
Если вкратце, ему требовалась срочная операция. Время шло буквально на дни. Ну, он поначалу не поверил, а потом согласился все-таки лечь в больницу.
— И что случилось? — осторожно спросила Марина. — Он не выжил? — Да нет, что вы, очень даже выжил, — с горькой усмешкой произнес Михаил. Вот только… ему не повезло увидеть в коридоре клиники мою жену.
До этого они, оказывается, еще не были знакомы. И как только этот гад поправился, сразу же начал оказывать моей Оксане навязчивые знаки внимания — то букет ей подарят, то билеты в театр. Марина молчала, ожидая продолжения.
Естественно, жена мне все рассказала. У нас никогда не было тайн друг от друга. Я этому начальнику потом популярно объяснил, чтобы он не подходил к моей жене, иначе у него снова появятся проблемы со здоровьем.
А он… он не придумал ничего лучше, чем подставить меня. Написал жалобу, что, мол, я своих пациентов принимаю в невменяемом состоянии под веществами. Разумеется, это было не так.
Но этот мерзавец подкинул мне в кабинет пакетик с порошком. Полиция дальше разбираться не стала. Михаил рассказал, что хотя в его крови не выявили признаков запрещающих веществ, все равно суд вынес ему приговор, обвинив в хранении запрещенных препаратов.
Клиника, в которой он работал, тут же открестилась от молодого специалиста, лишив его лицензии. Если бы не Оксана, продавшая почти все из их имущества ради того, чтобы нанять мужу хорошего адвоката, Михаил, по его словам, никогда бы не вышел из тюрьмы. «Меня выпустили по УДО через три года», — завершил он свой рассказ.
«Ксюша меня дождалась, и мы начали все сначала. Правда, врачом меня больше никуда не брали. Кому нужен такой специалист с судимостью?» Марина искренне сочувствовала мужчине.
Она понимала, что такое в один момент остаться без всего, лицом к лицу, только лишь со своей судьбой. «И тогда вы перебрались сюда? Стали отшельником?» — догадалась она. Михаил кивнул.
«Я начал интересоваться гомеопатией и влиянием трав на физические показатели. Решил, раз уж меня не допустят до химических лекарств, почему бы не попытаться воспользоваться дарами самой природы. Оксане это тоже очень понравилось.
Она на тот момент уже давно уволилась из издательства и работала обычным продавцом в магазине, так и не смогла смириться с тем, что в ее профессии есть настолько подлые люди. С минуту они помолчали, после чего Михаил осторожно произнес, словно пытался открыть свои истинные мысли. «После смерти жены мы с Кристиной остались совсем одни.
Было непросто, очень, возможно, я действительно чутка одичал за это время, но и вы меня поймите, очень сложно доверять, особенно после того, как тебя так легко смешали с грязью и лишили возможности заниматься любимым делом». Марина лишь улыбнулась, сказав, что не держит зла. В этот момент на кухню неожиданно вбежала девочка.
«А папа уже рассказал вам, как здесь интересно?» весело спросила она Марину, одновременно обнимая сидящего рядом отца. «Я вот тоже хочу стать врачом, когда вырасту, как папа, только пока еще не знаю, кого лучше лечить, людей или зверей». Все трое дружно рассмеялись, и Марина почти кожей ощутила, как этот смех разрядил напряженную атмосферу.
Она рассказала девочке, что работает учителем рисования в школе, и даже предложила дать несколько уроков, чтобы малышка имела представление о том, как правильно изображать любимцев на бумаге. «Ух ты, было бы здорово!» согласилась Кристина, и гостья пообещала, что они могут начать прямо с завтрашнего дня. Затем Марина предложила Михаилу уложить дочь спать, и он немного помедлев согласился.
«Только почитайте ей немного перед сном, там на полке есть пара книжек, их еще при жизни иллюстрировала ее мама». Марина молча кивнула и проследовала за девочкой в ее спальне. Тем же вечером Григорий вернулся домой с колотящимся от волнения сердцем.
Он до сих пор не мог поверить в то, что ему удалось осуществить задуманное и избавиться, наконец, от опостылевшей жены. «Невероятно!» – ликовал мужчина. – «Неужели теперь не нужно никаких этих изнурительных бракоразводных процессов, не нужно дорогих адвокатов, и все мои денежки останутся при мне?» – «О, свобода!» – «Какое же это сладкое чувство!» Григорий позвонил любовнице, чтобы обрадовать ее хорошими новостями.
Единственным досадным недоразумением, что еще оставалось в доме, был пасынок, от которого он уже давно мечтал избавиться, вот только пока не придумал, как именно это сделать без лишнего шума. «Ну вот, тоже мне нашел проблему», – уверенно сказала Кира, когда Григорий поделился своими сомнениями насчет паренька. «Всего-то и нужно, что приписать твоему Костику какое-нибудь слабоумие, да и отправить его в специальный интернат с концами».
– «Тебе не кажется это слишком жестоким?», – с сомнением спросил Гриша. – «Жестоким!» – рассмеялась злорадная Кира. – «Тебе напомнить, что ты только что сделал? Неужели я слышу про жестокость от человека, который собственными руками избавился от своей жены? Да в сравнении с тобой, я просто плод гуманности».
Кира объяснила, что если в специнтернате заранее доплатить и договориться, то обязательно найдут у Кости определенное, притом очень серьезное психическое расстройство. А дальше, не сомневайся, они твоего мальца так залечат, что он очень быстро и сам превратится в овощ, и вот тогда нам уже никто не помешает. Подумав немного, Григорий согласился.
В конце концов, почему его должна волновать судьба какого-то сироты? Он ведь ему не родной. В этот момент в комнату внезапно вошел Костя. Мальчик увидел в окно, что из машины вышел лишь отец.
Мама нигде не была видна, и это очень расстроило ребенка. – «А где мама?», – спросил он Григорию, сонно потирая глаза. Она обещала привезти мне цветы и листья с пикника для Гербарии.
Я и звонил, но что-то оборвалось. Где она? Григорий, моментально отключившись от разговора с любовницей, широко улыбнулся и попытался успокоить паренька. – Не волнуйся, дружочек, – потрепал его по плечу отчим.
– Твоя мама скоро придет. Она захотела подольше задержаться в лесу, потому что увидела там стаю оленей. Мама решила их нарисовать, вот и не приехала.
Костя посмотрел с нескрываемой тревогой. – Ну как это так? На улице уже темно. Как она домой-то вернется? Тут Григорий понял, просто так отвязаться от пасынка не получится, а потому решил надавить на него.
– Кость, я же сказал, успокойся. Тихо, но сурово произнес он. – Если я сказал, что она скоро вернется, значит, так и есть.
В конце концов, куда ей деваться? Проигнорировав переживания ребенка, он отправил его обратно в свою комнату. Мол, завтра тебе рано в школу вставать, а ты тут всякой ерундой маешься. Взгляд Кости, брошенный на отчима, когда тот поднимался по лестнице, был полон настороженности и подозрения.
Мальчик страшно волновался за маму. Особенно после того необычно внезапно оборвавшегося звонка. Григорий понимал, для того, чтобы пропажа жены выглядела правдоподобно, ему нужно обратиться в полицию самому.
Если начнутся масштабные поиски, будет проще притворяться убитым горем мужем, что оплакивает потерю безвременно почившей при трагических обстоятельствах жены. Выдержав положенный в таких случаях срок, Григорий отправился в участок, где и заявил об исчезновении. Перед этим он, как настоящий профессионал, зачистил все следы присутствия своей жены в машине, на которой они ездили в лес, а также стер из ежедневника, телефона и компьютера любые упоминания о пикнике.
Что же до Кости, то тут отчим решил сыграть на факторе нестабильности детского восприятия. Если следователь поинтересуется у пасынка, видел ли он свою мать в тот роковой день, Гриша будет настаивать на том, что приемный сын впал в болезненную зависимость от нее, поэтому мальчику всюду мерещится Марина. Кому поверит следователь, честному и встревоженному отцу или истеришему ребенку, к тому же еще и неродному? Всем известно, что детдомовские привыкли врать ради выгоды, так что ответ для Гриши был очевиден.