Надеюсь, к тому времени ты…» «Все обдумаешь», – сказал он, прежде чем развернуться и выйти из зала. Клара почувствовала, как забилось ее сердце не только от его завуалированной угрозы, но и от того, как он отреагировал на слова Люси. Она взглянула на Люси, которая все еще крепко прижималась к ее платью.
«Мама, папа, все еще здесь!» – прошептала Люси. Ее глаза наполнились. Слезами Клара глубоко вздохнула, стараясь не поддаваться панике.
«Люси, что ты имеешь в виду, говоря, что папа в ловушке?» – спросила она. Люси подняла на нее полные слез глаза и прошептала. «Папа застрял там.
Он зовет меня. Он напуган». Вот этих слов по телу Клары пробежал холодок.
Она повернулась к гробу, сделанному из цельного дуба, крышка которого была плотно закрыта. Но она не могла избавиться от ощущения, что рядом с ней что-то не так. «Девочка не выдумывает.
Я уже видела это раньше», – сказал тихий голос мадам Розы. Клара обернулась, ее пульс участился. «Что вы имеете в виду?» – спросила она взволнованно.
«Мадам». Роза на мгновение замолчала, прежде чем заговорить приглушенным голосом. «Много лет назад был случай, когда человек считался мертвым, но он всего лишь упал в воду.
После того, как его похоронили в глубокой коме, его семье продолжали сниться кошмары о нем». – сказала она и замолчала. Ее лицо выражало тревогу.
У Клары пересохло в горле, она взглянула на гроб, и ее охватил нарастающий ужас. Люся икнула, а затем прошептала «Папа зовет меня туда». В этот момент Клара почувствовала, как сжалось ее сердце, а по спине пробежала дрожь.
Нет, не может быть, чтобы Сэмюэль был мертв. Но была ли она абсолютно уверена в этом? Снаружи завывал ветер, создавая жуткие звуки в витражных… окнах. Свечи на алтаре задрожали, а затем одна из них погасла.
Несколько жителей деревни обменялись тревожными взглядами, перешептываясь между собой. «Это дурное предзнаменование», – прошептала женщина средних лет. Напряжение в церкви нарастало, как надвигающийся шторм.
Клара огляделась, чувствуя, что стены сжимаются вокруг нее. Что же ей делать? Нет, это было просто совпадение, но как же Сэмюэл? Клара крепко прижимала Люся к себе. Стук сердца отдавался у нее в ушах.
Маргарет подошла ближе и прошептала. «Клара, если у тебя есть хоть малейшее…» Сомнения не позволяем похоронить Сэмюэла прямо сейчас. Эти слова, словно удар молнии, пронзили Клару.
Клара больше не знала, чему верить. Но в одном она была уверена. Что-то произошло.
Похороны затянулись дольше, чем ожидалось. И церковь святого Михаила оставалась погруженной в темноту. Приглушенный шепот становился все громче, а жители деревни, преисполненные беспокойство, обменивались встревоженными взглядами.
Клара отошла от гроба, словно боясь подойти слишком близко. Она застыла, ее разум был в смятении, Люся все еще прижималась к ней, и ее невинные глаза были полны страха. «Клара, если у тебя есть хоть малейшее…» Сомнения не позволяем похоронить Сэмюэла прямо сейчас.
Слова Маргарет Эхам отдавались в ее голове. Кларе хотелось верить, что это просто ее воображение. Но в глубине души она не могла избавиться от гнетущего чувства, что что-то не так.
Генри ушел, но то, как он отреагировал, когда Люси заговорила о своем отце, заставило Клару почувствовать себя еще более неловко, чем когда-либо. Роза внезапно подошла ближе и нежно потянула Клару за рукав. «Дорогая, возможно, тебе стоит довериться своим инстинктам».
– сказала она тихим и серьезным голосом. Клара посмотрела на свою дочь Люси, чьи маленькие ручки с тревогой сжимали ее платье. «Мама, папа напуган!» – произнесла она.
По венам Клары пробежал леденящий холод. Нет, это невозможно, Сэмюэл был мертв, но что, если это не так? От одной мысли об этом Кларе стало трудно дышать, и она крепче обняла Люси, пытаясь найти логику среди слухов и испуганных взглядов жителей, деревней и зловещих предчувствий, которые внезапно повисли в воздухе снаружи церкви. Внезапно раздался голос, который прорвался сквозь вихревые мысли Клары.
«Клара!» – произнес он, и она резко обернулась. У входа стоял Мэттью, близкий друг Сэмюэля. Тяжело дыша, его лицо было напряжено от нетерпения.
«Я только что услышал, что пришел поздно, но есть кое-что, что тебе нужно знать», – сказал он. Клара нахмурилась. Ее сердце бешено колотилось о ребра.
«Что может быть такого?» – спросила она. Мэттью подошел к ней и, понизив голос, чтобы не услышал, Сэмюэл произнес. Перед смертью он упомянул «Нечто важное.
Не знаю, подходящее ли сейчас время, но это связано с Генри». Клара, услышав имя Генри, почувствовала еще большее беспокойство. «Скажи мне», – произнесла она.
Мэттью огляделся по сторонам, словно желая убедиться, что никто не подслушивает, а затем наклонился ближе. «За несколько дней до своей смерти Сэмюэл сказал мне, что Генри продолжал настаивать на продаже дома». Сэмюэл отказался, а на следующий день с ним произошел несчастный случай.
Клару охватила ледяная волна. Она вспомнила слова Генри о том, как он настойчиво уговаривал ее продать дом и как он пытался сохранять спокойствие, когда Люсиза говорила о Сэмюэле, который был в тяжелом состоянии. «Возможно ли, что это не было несчастным случаем?» Руки Клары задрожали.
«Мэттью, ты хочешь сказать, что это не было случайностью?» – спросила она, с трудом проглотив комок в горле. «Я говорю вам, что у меня нет доказательств». Но Сэмюэль никогда не доверял Генри.
Он сказал, «Мне, что если с ним что-то случится, вы не должны никому верить». Клара почувствовала, как воздух покинул ее легкие. «Нет, это невозможно».
Но кусочки мозаики начали складываться в ужасающую картину. Внезапно Люси дернула Клару за руку и прошептала. «Мама! Папа плачет!» «Вся!» Церковь погрузилась в ошеломленное молчание.
Мадам Роза отступила на шаг, а другие в толпе переглянулись в растущем страхе. «Ребенок! Она действительно может его видеть!» – пробормотала Клара. Она с трудом сглотнула и повернулась к Люси.
«Люси, что ты сказала?» Люси указала на гроб. Она стала громче. Шепота.
«Папа плачет! Папа плачет!» В холодной комнате внезапно стало душно, и Клара почувствовала, как кровь застыла в ее жилах. «Нет, этого не может быть!» Но затем раздался слабый звук, отразившийся от глухого удара о крышку гроба. Никто не смел пошевелиться, не так ли.