Наталья замерла, крепче сжимая ручку чемодана. Настя мгновенно сделала шаг вперед, заслоняя подругу плечом. В ее кармане все еще лежал баллончик, и она была готова использовать его снова, если понадобится.
— Елена? — Наталья удивленно подняла брови. Она никогда не общалась с этой женщиной лично, но узнала бы ее из тысячи. Ухоженная, яркая, в дорогом пальто — полная противоположность уставшей Наталье. — Вы хотели сказать «любовница»? Давайте называть вещи своими именами.
Елена пренебрежительно пожала плечами.
— Как вам будет угодно. Мне все равно, как вы меня называете. Я пришла не ссориться, а расставить точки над «и». Мне надоело прятаться.
— О чем нам говорить? — устало спросила Наталья. Ей хотелось только одного: оказаться как можно дальше от этого дома, принять душ и забыть все, как страшный сон. — Мой муж сейчас в санатории, я ухожу от него. Он свободен. Забирайте.
— Не изображайте из себя святую, — вдруг сорвалась Елена, и в ее голосе прозвучали истерические нотки. — Давайте отойдем. Здесь во дворе, под окнами вашего сумасшедшего деверя, говорить опасно.
— Пойдемте в парк, здесь рядом, — вмешался Кирилл. — Но мы будем рядом.
Они прошли к ближайшему скверу. Осенний ветер срывал желтые листья, и Наталья плотнее завернулась в пальто. Она села на скамейку, а Елена осталась стоять напротив, нервно комкая кожаные перчатки.
— Наталья, отпустите Петю, — вдруг выпалила Елена. Ее глаза наполнились слезами. — Я прошу вас по-женски. Прекратите этот шантаж.
Наталья опешила.
— Шантаж? О чем вы?
— Петр мне все рассказал! — Елена всхлипнула. — Он хочет уйти ко мне, но не может. Потому что вы угрожаете покончить с собой, если он вас бросит! Вы давите на жалость, манипулируете своей бездетностью…
— Стоп, — Наталья подняла руку. — Что он вам сказал? Что я бесплодна?
— Да! — Елена вытерла слезу. — Он сказал, что вы не можете иметь детей, и поэтому он из жалости живет с вами. А я… я жду от него ребенка.
Наталья смотрела на соперницу и не верила своим ушам. Это был какой-то театр абсурда. Петр, который три года запрещал Наталье даже думать о детях, потому что «надо пожить для себя», рассказывал любовнице сказки о ее бесплодии?
— Елена, — тихо сказала Наталья. — Во-первых, я абсолютно здорова. Это Петр не хотел детей. Во-вторых, я никогда не угрожала самоубийством. Наоборот, это он держал меня возле себя, притворяясь немощным инвалидом.
— Я вам не верю! — воскликнула Елена. — Петя любит меня! Он хочет этого ребенка! Просто вы не даете ему развода!
— Да забирайте! — Наталья рассмеялась, и это был смех облегчения. — Я только что сбежала из его квартиры. Я подам на развод в понедельник.
Настя подошла ближе и положила руку на плечо Елене, которая тряслась от рыданий.
— Ты влетела, подруга. Твой принц — лжец. Он не инвалид, он здоров. И он врет вам обеим.
— Неправда… Он еле ходит…
— Да? — вмешался Кирилл. — А у меня есть идея. Давайте поедем в Пущу-Водицу прямо сейчас. Устроим очную ставку. Ты, Елена, скажешь ему о беременности. А мы посмотрим на реакцию.
— Зачем? — испугалась Елена. — Я хотела сделать сюрприз…
— Вот и сделаешь, — жестко сказала Настя. — Только в нашем присутствии. Чтобы он не смог выкрутиться. Если он действительно тебя любит и хочет ребенка — мы просто уедем и не будем мешать вашему счастью. Согласна?
Елена колебалась минуту, кусая губы. Ей было страшно, но сомнения уже закрались в душу.
— Хорошо. Поехали.
Дорога до Пущи-Водицы заняла около сорока минут. В машине царила напряженная тишина. Елена сидела на переднем сиденье и нервно проверяла макияж. Наталья с Настей сзади переглядывались. Наталья чувствовала странную смесь жалости и злорадства. Она знала Петра. И она знала, что сейчас произойдет.
Они припарковались у ворот санатория «Пуща-Озерная». Воздух здесь был чистым и пах хвоей.
— План такой, — скомандовал Кирилл. — Елена, ты звонишь Петру, говоришь, что приехала сделать сюрприз. Вызываешь его на улицу, вон к той беседке возле озера. Мы спрячемся в кустах рядом.
— Это как-то… по-детски, — скривилась Елена.
— Зато действенно, — отрезала Настя. — Звони.
Елена набрала номер. Ее голос изменился, стал мягким и воркующим:
— Зайчик, привет! Угадай, где я?.. Да, я у ворот санатория… Сюрприз! Выходи, я тебя жду возле озера. Люблю!
Она положила трубку и глубоко вдохнула.
— Он выходит. С мамой.
Кирилл, Настя и Наталья быстро заняли позиции за густыми кустами декоративного можжевельника, откуда открывался прекрасный вид на беседку.
Прошло пять минут. Двери корпуса открылись.
Наталья едва сдержала возглас.
Петр шел.
Он не хромал, не опирался на трость. Он шел уверенной, бодрой походкой здорового человека, заложив руки в карманы спортивных штанов. Рядом семенила Лариса Ивановна, что-то оживленно рассказывая.
— Видишь? — прошептала Настя. — «Великомученик» исцелился.
Елена стояла возле беседки, и на ее лице читался шок. Она тоже, видимо, впервые видела любовника в такой прекрасной форме.
— Леночка! Душечка! — расплылась в улыбке Лариса Ивановна, увидев потенциальную невестку. — Какой сюрприз! Петрик, смотри, кто приехал!
Петр, однако, не выглядел счастливым. Он нервно оглянулся, будто боялся, что из кустов выскочит его жена (что было недалеко от истины).
— Привет, — сухо бросил он. — Ты чего приперлась? Я же говорил, что я тут лечусь.
— Петя… — Елена растерялась от такого тона. — Я вижу, как ты лечишься. Ты ходишь!
— Ну, процедуры помогают, — отмахнулся он. — Чего надо? Говори быстро, я на массаж записан.
Елена собрала всю свою волю в кулак.
— Я приехала сообщить тебе новость. Петя, я беременна.
В беседке повисла тишина. Где-то далеко каркнула ворона.
Петр застыл. Его лицо вытянулось, а затем исказилось гримасой раздражения.
— Ты шутишь? — прошипел он. — Какая беременность? Ты что, таблетки не пила?
— Петя, ты не рад? — голос Елены задрожал. — Ты же говорил, что хочешь сына…
— Мало ли что я говорил! — взорвался он. — Елена, ты нормальная вообще? Какой сын?! У меня развод на носу, я имущество делить буду! Мне сейчас только алиментов и орущего бастарда не хватало!
— Бастарда?! — Елена попятилась, прижимая руки к животу.
— Петр прав, — вмешалась Лариса Ивановна, которая мгновенно сменила «милость на гнев». — Леночка, ты совсем не вовремя. Петрик только начал свой бизнес на ноги ставить, автомойку открывает. Ему каждая копейка нужна для дела, а не на памперсы.
— Автомойку? — переспросила Елена. — Но ведь это мои деньги! Я продала бабушкину квартиру и дала тебе на развитие! Ты обещал, что мы поженимся и это будет наш семейный бизнес!
В кустах Настя толкнула Наталью в бок.
— Ты слышала? Он взял у нее деньги! И автомойка существует!
Наталья слушала, и ее сердце наполнялось холодным спокойствием. Теперь все стало на свои места.
— Елена, не истери, — Петр сделал шаг к любовнице. — Сделаешь аборт. Сейчас это не проблема. Я дам денег. Потом, когда я разведусь с Натальей, когда отсужу у нее квартиру — тогда и поговорим о детях.
— Отсудишь квартиру? — переспросила Елена. — Но ведь это ее наследство…
— Мне плевать! Я инвалид, мне нужны условия! Суд будет на моей стороне.
— Ну, это мы еще посмотрим!
Наталья вышла из-за кустов. Ее голос звучал звонко и твердо. Следом за ней вышли Настя и Кирилл, который снимал все на телефон.
Эффект был бомбический. Петр отшатнулся, будто увидел призрака. Лариса Ивановна схватилась за сердце.
— Наташа?! Ты что здесь делаешь?
— Слушаю, как ты планируешь отобрать мою квартиру и убить собственного ребенка, — спокойно ответила Наталья, подходя ближе. — Привет, «инвалид». Вижу, пущанский воздух творит чудеса? Ходишь ровно, не хромаешь.
— Это… это временное улучшение! — начал оправдываться Петр, но понял, что выглядит жалко. — Ты следила за мной?!
— Я спасала себя. И, как оказалось, Елену.
Наталья повернулась к сопернице. Елена стояла белая, как стена. Ее идеальный мир рассыпался на куски.
— Елена, ты все слышала. Он хотел заставить тебя сделать аборт. Он живет на твои деньги, а планировал жить в моей квартире.
— Петя… как ты мог? — прошептала Елена.
— Да пошли вы все! — завизжал Петр, понимая, что маски сорваны. — Да, я хотел жить нормально! Наташка, ты скучная клуша! Леночка, а ты… ты просто дура с деньгами! Мне никто из вас не нужен!
— Ах ты паразит! — Настя не выдержала и хотела броситься на него, но Кирилл ее сдержал.
— Не пачкай руки, — сказал он. — У нас есть видео. И есть документы из клиники. В суде будет весело.
— Мама, идем! — крикнул Петр Ларисе Ивановне. — С этими идиотками не о чем говорить.
Он развернулся и быстро зашагал к корпусу. Его мать побежала следом, шипя проклятия в сторону «неблагодарных девиц».
Но Елена вдруг встрепенулась.
— Нет! Отдай мои деньги! — закричала она и бросилась за Петром. — Ты не уйдешь просто так!
Она схватила его за рукав спортивной кофты.
— Отцепись! — гаркнул Петр.
Он с силой оттолкнул беременную женщину.
Елена не удержалась на ногах. Она пошатнулась, оступилась на бордюре и упала прямо на асфальтированную дорожку, по которой в этот момент медленно ехал служебный микроавтобус, развозивший продукты.
— Елена!!! — закричала Наталья.
Водитель ударил по тормозам. Скрип колес разорвал тишину санатория. Елена лежала неподвижно в сантиметре от бампера.
— Боже мой… — прошептала Наталья и бросилась к ней.
Петр на секунду остановился, оглянулся, увидел лежащую Елену и… побежал дальше, пытаясь скрыться за деревьями.
— Держи его! — крикнул Кирилл.
Он сорвался с места и в два прыжка догнал «инвалида». Заломив ему руки за спину, Кирилл повалил Петра лицом в траву.
— Куда собрался, герой?! Теперь ты точно сядешь!