Елена глубоко вдохнула.
— Андрея нет дома, Анна Леонидовна.
— Как нет? Воскресенье же, утро. Где же он?
— Андрей не ночевал дома, — сказала Елена, решив, что скрывать правду от матери мужа нет смысла.
— Не ночевал? Лена, не пугай меня. Вы что, поссорились?
— Мы расходимся, Анна Леонидовна. У вашего сына есть другая женщина. Ее зовут Алина. Он встречается с ней уже год. Вчера я обо всем узнала, и Андрей ушел.
В трубке повисла тишина. Потом свекровь растерянно произнесла:
— Другая женщина? Алина? Не может быть… Мой Андрюша? Да он же… Лена, может, это ошибка? Может, интрижка? Мужчины такие, ты же знаешь. Может, не стоит рубить с плеча? Вы же пятнадцать лет вместе!
— Это не интрижка. Он хочет семью. Хочет детей. Сказал, что со мной живет только из жалости.
— Ох… — вздохнула Анна Леонидовна, и тон ее изменился. Из растерянного он стал сочувственно-поучительным. — Плохие новости, конечно. Мне очень жаль, Лена. Но… не хочется сыпать соль на рану, но, видимо, причина всему — отсутствие детей.
— Я не хочу об этом говорить, — резко оборвала ее Елена.
— Конечно-конечно. Ты же знаешь, я к тебе хорошо отношусь. Но мужчине нужен наследник. Я попробую ему дозвониться. Держись там.
Разговор оставил неприятный осадок. «Причина — отсутствие детей». Как будто Елена была в этом виновата сама, без участия Андрея.
Через час в замке повернулся ключ. Елена вздрогнула. Вошел Андрей. Выглядел он помятым и виноватым.
— Привет, — бросил он, не глядя ей в глаза. — Я за вещами. Документы надо забрать, зарядку к ноуту… И кое-что из одежды.
— Твоя мама звонила, — сухо сказала Елена. — Я ей все рассказала.
— Я знаю. Уже говорил с ней. Она, конечно, в шоке, но… Ладно.
Он прошел в комнату, начал бросать вещи в спортивную сумку. Елена стояла в дверях, наблюдая за тем, как он пакует свою жизнь, чтобы вынести его из их дома.
Андрей закрыл сумку, сел на край кровати и посмотрел на жену.
— Лена, я сегодня ночью много думал. Я не хочу быть окончательным негодяем. Эта квартира… она остается тебе.
Елена удивленно подняла брови.
— Квартира? Но мы же покупали ее вместе, хотя большая часть денег была твоя. Это трехкомнатная на Оболони, она стоит бешеных денег.
— Я так решил. Это будет справедливо. Компенсация… за все. Я себе заработаю, а нам с Алиной я пока сниму жилье. Потом возьму ипотеку. Я не хочу, чтобы ты осталась на улице или делила со мной ложки-вилки.
— Спасибо за благородство, — горько усмехнулась Елена. — Откупаешься от совести?
— Считай как хочешь. Но документы на квартиру переоформим на тебя.
Когда дверь за ним закрылась во второй раз, Елена почувствовала, что стены квартиры начали на нее давить. Здесь все кричало об их прошлой жизни. Диван, который они выбирали вместе, шторы, картины… Ей стало нечем дышать.
Она быстро оделась, даже не посмотрев в зеркало, и выбежала на улицу.
Был теплый октябрь. Киевская осень в этом году была невероятной: деревья покрыты золотом, воздух прозрачный и свежий. Елена пошла на Оболонскую набережную. Она шла вдоль Днепра, не замечая ни красоты вокруг, ни людей, гуляющих с детьми и собаками.
В голове крутилось: «Как жить дальше?».
Она думала о своей ошибке в молодости. Если бы не тот аборт, сейчас у нее был бы ребенок-подросток. Она не была бы одинока, даже если бы Андрей ушел.
Погруженная в мысли, Елена свернула на проспект Владимира Ивасюка (бывший Героев Сталинграда). Она подошла к пешеходному переходу и, не глянув на светофор, ступила на «зебру».
Визг тормозов разорвал тишину.
Белый внедорожник остановился буквально в полуметре от ее ног. Елена отшатнулась, сердце выпрыгивало из груди.
Из машины выскочил мужчина лет сорока.
— Вы что, с ума сошли?! — закричал он на эмоциях. — Красный же свет! Жизнь надоела?
Елена стояла, оцепенелая от ужаса.
— Извините… — едва прошептала она. — Я… я задумалась. Не заметила.
Мужчина, увидев ее испуганное лицо и полные слез глаза, мгновенно сменил гнев на милость.
— Господи… С вами все в порядке? Я не задел вас?
— Нет, все хорошо. Извините, — повторила она, пытаясь совладать с дрожью в руках.
Водитель подошел ближе. Это был высокий, приятной внешности мужчина с усталым взглядом.
— Вы такая бледная. Может, вам воды? Или подвезти домой? Выглядите так, будто у вас случилось какое-то горе.
— Ничего не случилось. Спасибо. Я пойду.
Елена развернулась и быстро ушла прочь, не дожидаясь ответа.
— Осторожнее в следующий раз! Берегите себя! — крикнул ей вслед незнакомец.
Елена еще долго шла, чувствуя, как дрожат колени. Она едва не погибла. Только этого не хватало родителям — хоронить единственную дочь.
«Надо взять себя в руки. Жизнь не закончилась», — приказала она себе.