Тень в капюшоне вырвалась из кустов и бросилась наутек.
Шедоу не ждал команды. Он сорвался с места, как пуля. Андрей даже не успел моргнуть, как пёс догнал беглеца. Удар массивного тела сбил мужчину с ног, и тот полетел лицом в грязь.
— А-а-а! Уберите его! — заверещал парень, закрывая голову руками.
Шедоу стоял над ним, прижав лапами к земле. Он не кусал, но его клыки щелкнули в сантиметре от уха задержанного. Это был абсолютный контроль.
Андрей подбежал, тяжело дыша, и посветил фонариком в лицо парня. Молодой, лет двадцати пяти, в грязном спортивном костюме, глаза полны ужаса.
— Где мой сын?! — закричал Андрей, хватая его за воротник.
— Я… я не брал его! — заикался парень. — Клянусь!
Шедоу зарычал, и задержанный вздрогнул всем телом.
— Твои следы возле рюкзака! Следы моего сына рядом с твоими! Говори! — Андрей тряхнул его.
Парень всхлипнул.
— Меня просто наняли! Сказали постоять на шухере возле сторожки. Я пальцем малого не трогал!
— Кто нанял? Где мальчик?!
— Другой мужик! Побольше! Он сказал, что здесь опасно оставаться, что копы уже близко. Он забрал малого минут двадцать назад!
Андрей почувствовал, как земля уходит из-под ног.
— Куда?! Куда он его повел?!
Парень дрожащей рукой указал в сторону каменистого холма, видневшегося сквозь деревья.
— В коллектор. В старые туннели под холмом. Он сказал, что там их никто не найдет.
Шедоу поднял голову. Туннели. Глаза Даринки расширились от страха.
Андрей резко выпрямился.
— Мы идем туда. Немедленно.
Шедоу уже бежал в сторону холма.
Шедоу рвонул в сторону холма, где сквозь заросли чернела узкая щель в бетоне — вход в старый дренажный коллектор. Даринка бежала за ним, её дыхание сбивалось, но она не останавливалась. Андрей и двое патрульных не отставали ни на шаг.
— Туннели! — прохрипел Андрей на бегу. — Почему туннели? Зачем тащить ребенка под землю?
Даринка едва успевала переставлять ноги.
— Шедоу знает путь. Он знает, что вы напуганы. Он бежит так быстро, потому что… — Она запнулась, хватая ртом воздух. — Потому что он чувствует ваш страх.
Андрей не сомневался в этом. Шедоу двигался с настойчивостью, выходившей далеко за пределы инстинкта. Он не просто шел по следу; он соревновался со временем.
Они добрались до входа. Массивная бетонная труба, наполовину засыпанная землей, выглядела как пасть чудовища. Шедоу резко затормозил у входа, прижав нос к влажному бетону. Он понюхал воздух, дернулся влево, а затем нырнул в темноту.
Даринка упала на колени у входа.
— Здесь! Следы входят внутрь!
Андрей присел и посветил фонариком. Сердце пропустило удар. Маленькие отпечатки кроссовок. Свежие. Настолько свежие, что края грязи еще не успели подсохнуть. Но рядом были другие следы — глубокие, тяжелые, с полосами от волочения подошв.
Даринка прошептала, и голос её задрожал:
— Он больше не шел сам.