Она медленно кивнула.
— Он хороший парень. Господин Коваль… Федор говорил мне о буллинге. Я писала докладные, ходила к Лозовому. Но директор сказал, что «ребятам нужно выпустить пар».
Она опустила глаза.
— Я должна была сделать больше, — прошептала она.
— Вы сделали все, что могли в коррумпированной системе. Это не ваша вина.
Слезы наполнили ее глаза.
— Эти мажоры терроризируют полшколы. Все запуганы.
— Имели, — тихо поправил Роман. — Прошедшее время.
Он оставил ее и вернулся в больницу. Вечер провел с Федей, разговаривая о пустяках.
Около 20:00 он поцеловал Федю в лоб и поехал домой. Ловушка была готова. Оставалось только закрыть дверцу.
Роман прибыл домой в 20:45. Улица была тихой. Он припарковался, не включал свет в квартире и ждал.
В 20:57 подъехал кортеж: два черных «Гелендвагена» и массивный «Ленд Крузер». Из машин вышли семеро мужчин. В руках — бейсбольные биты и монтировки.
Олег Фомин шел впереди. За ним — депутат Игорь Олейник, застройщик Грановский, отец Гейнса, Патрик, Христенко-старший и адвокат Марш.
Родители семерых ребят. Элита района. Люди, привыкшие «решать вопросы».
Роман открыл дверь подъезда еще до того, как они успели позвонить в домофон. Он вышел на крыльцо, руки держал открыто. Скрытые камеры фиксировали каждое движение.
— Господа.
Фомин шагнул вперед, положив биту на плечо.
— Ты, урод. Думаешь, можешь калечить наших детей и тебе ничего не будет?
— Я был в больнице. Свидетели подтвердят.
— Ложь! — гаркнул Олейник. — Мы знаем, что это ты. Кто еще имеет подготовку делать такие вещи?
— Возможно, кто-то решил, что вашим сыновьям пора узнать о последствиях. Новая концепция для них.
Грановский махнул битой, остановив ее в сантиметрах от лица Романа.
— Ты думаешь, ты бессмертен? Мы держим этот город. Мы закопаем тебя в лесу, и никто даже искать не будет.
— Как вы закопали дела всех тех детей, которых ваши сыновья покалечили? — голос Романа оставался ледяным. — Сколько семей вы запугали?
— Это были несчастные случаи! — крикнул Марш. — Ребята играли. Твой малый слабак.
— У моего сына вдавленный перелом черепа. Семеро на одного. Это покушение на убийство.
— Это клевета, — отрезал Патрик. — Наши сыновья защищались.
— Семеро бойцов ММА против парня весом 65 килограммов. Прекрасная защита.
Фомин поднял биту выше.
— Мы пришли не разговаривать. Мы пришли объяснить тебе твое место. Ты тронул наших детей. Теперь мы вернем долг.
— И когда мы закончим, ты пожалеешь, что не взял деньги.
— Деньги, — повторил Роман. — За молчание о том, что ваши выродки едва не убили моего ребенка. Такое было предложение?
— Именно так. Но теперь ты получишь только боль. — Фомин кивнул остальным. — Провучите его.