— Господин генерал, ее файл показывает, что все сертификаты действительны: продвинутое владение стрелковым оружием, тактическая медицина по протоколу TCCC, экстремальное вождение, ближний бой, курс выживания SERE.
— Это квалификационный лист оперативника ССО, а не уборщицы, — нахмурился Марченко.
— Все легитимно? — нажал Громов.
— Да, майор. Все верифицировано через надлежащие каналы. Проверка контрразведки пройдена шесть месяцев назад. Никаких флажков, никаких проблем.
— Но ее трудовой стаж здесь всего полгода, — протестовал Громов. — Что она делала до этого?
Литвин перелистнул страницу на экране.
— В файле пробел, майор. Просто указано, что она была допущена к трудоустройству после углубленной спецпроверки. Детали предыдущей службы… отсутствуют.
— Это не стандартно, — вмешалась Бойко. — Вы не получаете допуск А-1 и такой список квалификаций без военного билета. Где ее военный билет?
— Не в этом файле, госпожа капитан.
Власенко увидел возможность вернуть контроль над ситуацией. Если документы не дают ответов, он заставит ее ошибиться на практике.
— Тогда я предлагаю практический тест. У нас сейчас свободен мультимедийный тир и полигон. Если гражданка Коваль действительно обладает всеми этими сертификатами, она должна быть в состоянии продемонстрировать компетентность. А если нет — мы пишем рапорт о фальсификации документов и мошенничестве.
Капитан Бондарь сделал шаг вперед.
— Господин полковник, я не уверен, что это…
— Вы ставите под сомнение мое решение, капитан? — Власенко зыркнул на него.
Бондарь встретился взглядом со старшим по званию, просчитывая риски. Наконец он ответил: «Нет, сэр».
— Хорошо. Госпожа Коваль, вас приглашают на полигон. Считайте это возможностью профессионального развития. — Улыбка Власенко вернулась. Он превратил это из публичного унижения в официальную проверку. Хитро.
— Разве что вы хотите признать сейчас, что ваши навыки — это просто цирковые трюки.
Елена смотрела на него долгую мгновение. Затем тихо ответила: «Хорошо». Это слово повисло в воздухе, как граната с выдернутой чекой.
Группа двинулась к комплексу боевой подготовки. Малая армия наблюдателей, захваченная обещанием зрелища, двинулась следом. Слухи распространялись по базе со скоростью лесного пожара.
К тому времени, когда они дошли до стрельбища, на смотровой галерее собралось более 50 человек: курсанты, инструкторы, административный персонал, даже несколько гражданских подрядчиков, услышавших, что назревает что-то интересное.
Начальник полигона, седой мастер-сержант Ковальский, встретил их у входа.
— Господин полковник, нам нужны надлежащие инструктажи по технике безопасности, если вы приводите неподготовленную…
— У нее есть квалификация, — оборвал его Власенко. — Просто подготовьте стандартный норматив для снайперской пары.
Ковальский посмотрел на Елену, действительно посмотрел на нее, и что-то в его выражении изменилось. Он делал эту работу 15 лет. Он знал, как выглядят «фейковые» воины. Эта женщина, спокойно стоявшая в рабочем комбинезоне, пока 50 человек собрались посмотреть на ее провал, не притворялась.
— Слушаюсь. Какой уровень сложности?
— Начнем с простого. Статическая стрельба по мишеням. Если она действительно компетентна, усложним. — Власенко великодушно махнул рукой. — Выбирайте оружие, госпожа Коваль.
Оружейная комната полигона предлагала стандартный набор: UAR-15, пистолеты Форт-17, Глок-17. Елена прошла мимо них всех к сейфу специального хранения в глубине.
— Можно?.. — Она кивнула на сейф.
Ковальский поднял брови, но утвердительно кивнул. Она открыла его и достала Barrett M82A1 — крупнокалиберную снайперскую винтовку калибра .50 BMG (12,7 мм). Вес без патронов — около 14 килограммов. Длина — почти полтора метра.
Пархоменко рассмеялся вслух.
— Ты серьезно? Эта штука весит больше тебя! Ты ее даже не поднимешь, не то что выстрелишь.
Она подняла винтовку с правильной техникой переноски, идеально распределив вес по своему телу, и пошла к огневому рубежу. Винтовка выглядела абсурдно большой в ее маленьких руках. Несколько человек на галерее достали телефоны, предвкушая вирусное видео чьего-то унижения.
Степовой ненадолго закрыл глаза. Он стрелял из «Барретта» несколько раз в своей карьере. Отдача такая, что неподготовленному человеку может вывихнуть плечо, если неправильно вложиться. А она выглядела так, будто ветер мог ее сдуть.
— Дистанция до цели? — спросила Елена, ложась на мат.
— 800 метров, — щедро сказал Власенко.
Это был почти невозможный выстрел с первого раза без пристрелки для любого, кроме специализированных снайперов. Он давал ей достаточно веревки, чтобы она сама себя повесила публично.
Она зарядила один патрон, вложилась в приклад, проверила оптику. Ее дыхание замедлилось, стабилизировалось. Прошло 10 секунд.
Она читала ветер, вычисляла деривацию, измеряла каждую переменную. Она стала одним целым с бетоном под ней и металлом в руках.