Она убеждала себя: вот он скоро вернется, поэтому обязательно надо купить свежих продуктов и приготовить его любимую запеканку на ужин. По вечерам она доставала из шкафа его теплый вязаный свитер, подолгу сидела в кресле, вдыхая едва уловимый аромат его духов. Она горько плакала, засыпая с его вещами в объятиях, но он так и не переступал порог их дома.
Этой ночью она снова долго ворочалась в большой кровати на даче. Сон никак не шел, а монотонный звук тяжелых капель дождя, барабанивших по металлической крыше, только усиливал тревогу. Эта ритмичная дробь совсем не убаюкивала, а наоборот — нагоняла невероятную тоску. Измученная Лера смогла провалиться в сон лишь под утро, когда на горизонте начало сереть.
Она проспала почти полдня, прячась от реальности в мире сновидений. Когда женщина наконец открыла глаза, просторная комната уже была залита яркими солнечными лучами. Небо очистилось от свинцовых туч, стало прозрачно-голубым, а вдоль забора весело журчали ручьи вчерашнего дождя. Лера слабо улыбнулась этому неожиданному солнцу, накинула халат и пошла на кухню варить себе крепкий кофе. Вдыхая горьковатый аромат напитка, она подумала, что переезд в этот мрачный дом, возможно, был не такой уж плохой идеей.
В полном одиночестве дни для Леры тянулись бесконечно долго, словно густой мед. Она довольно быстро обжилась на новом месте, стараясь создать иллюзию нормальной жизни. Хотя по вечерам просторные комнаты дачи все еще казались ей слишком мрачными и отстраненными.
Спасала от гнетущей тоски лишь большая коллекция оригинальных светильников, которые женщина собирала много лет подряд, привозя из разных путешествий и выискивая на антикварных барахолках Киева. Каждый вечер Лера зажигала их, выбирая всякий раз новые, причудливые сочетания света и тени. В их мягком, теплом мерцании этот старый дом становился чуть менее чужим, словно укрывал ее уютным покрывалом.
Женщина много читала, с головой погружаясь в другие, вымышленные миры, где жизнь героев была яркой, насыщенной и всегда заканчивалась хеппи-эндом. Время от времени она включала телевизор и смотрела старые добрые комедии, которые напоминали ей о беззаботных временах юности и вызывали легкую, едва заметную улыбку. По утрам, когда сентябрьская погода еще позволяла, Лера выходила на пробежку по узким тропинкам вдоль соснового леса. Она наслаждалась свежим, кристально чистым воздухом и тем коротким ощущением внутренней свободы, которое дарил ей спорт.
А долгими вечерами, когда за окном уже сгущались сумерки, женщина садилась за вышивание. Она с теплотой вспоминала, как в далеком детстве любимая бабушка учила ее этому тонкому искусству, показывая, как правильно класть крестик за крестиком. Раньше, за постоянной работой и семейными хлопотами, у нее никогда не находилось столько свободного времени на хобби. Первая неделя в новом доме прошла в тревожных, хаотичных попытках найти себе хоть какое-то занятие.
Она пыталась рисовать акварелью, писала длинные электронные письма старым университетским друзьям, но все это не приносило желанного покоя. И вот однажды, разбирая очередные старые коробки, которые она привезла из киевской квартиры, Лера наткнулась на свой большой набор для вышивания. Все эти яркие, разноцветные нитки мулине и тонкие иглы словно терпеливо ждали своего звездного часа.
Так в ее жизнь вернулось творчество, и с каждым точным движением иглы по белоснежному полотну Лера чувствовала, как к ней возвращается что-то очень важное, давно забытое. Тем временем на улице становилось все холоднее и холоднее. Осень вступала в свои законные права. Мелкий дождь моросил почти постоянно, превращая грунтовые дороги кооператива в сплошную грязь, и Лере все чаще приходилось отменять свои любимые утренние пробежки.
Вместо этого она часами сидела в глубоком кресле у окна, завернувшись в плед. Она молча наблюдала, как тяжелые капли воды медленно стекают по стеклу и бесследно исчезают под деревянной рамой. В такие меланхоличные моменты ее мысли улетали далеко-далеко в прошлое. Женщина вспоминала теплые летние дни, проведенные в кругу друзей на берегу Днепра, веселые шумные пикники и долгие прогулки по аллеям столичных парков.
Но теперь ее реальный мир сузился до размеров этого небольшого дачного дома. И даже в нем женщина изо всех сил старалась находить маленькие радости и создавать уют. Она мастерила новые абажуры для светильников, читала исторические романы и вышивала, создавая на ткани яркие украинские орнаменты, которые приносили в ее серые будни хоть немного красок.
Несмотря на эту постоянную, гнетущую серость за окном, очередной пасмурный день она решила полностью посвятить генеральной уборке. Разбирая вещи на первом этаже, Лера аккуратно сложила все пустые картонные коробки и пакеты и понесла их на чердак. Она не заглядывала туда с первого дня переезда, оставив тот беспорядок за плотно закрытой дверью. Поднявшись по крутой лестнице наверх, Лера увидела, что бабушка ее мужа превратила чердак в самый настоящий склад забытых вещей.
Здесь годами хранились старая мебель, массивные картонные ящики, потемневшие от времени глиняные горшки для цветов, какие-то картины в массивных рамах, высокие стопки советских книг и куча прочего бытового хлама. Женщина потратила несколько изнурительных дней на уборку этого помещения: вынесла на мусорку ненужное, тщательно вымыла деревянный пол и очистила от толстого слоя пыли предметы, которые еще имели какой-то смысл.
Во время уборки ей показалось, что один небольшой винтажный комод с резными ручками и пара крепких дубовых стульев могли бы отлично пригодиться в доме. Она осторожно, ступенька за ступенькой, перенесла их вниз. Стулья идеально разместились в гостиной, гармонично вписавшись в общий интерьер старого дома. А вот тяжелый комод она решила забрать в свою спальню. Открыв самый нижний ящик, чтобы тщательно протереть его от многолетней пыли, Лера неожиданно обнаружила там красивую жестяную коробку.