У ветерана хотели отобрать собаку-побратима. Но во время суда пес вдруг сорвался с поводка и перекрыл выход. Когда свет погас, все поняли: настоящая угроза только начиналась…

Но даже когда он это говорил, его рука с фонариком заметно дрожала, выдавая истинное положение дел. Тор, в отличие от людей, был далек от спокойствия.

Рычание овчарки становилось громче, а лай — неистовым. Собака рванулась вперед с такой силой, что едва не вырвала кожаный поводок из рук Назара. И вдруг из глубины коридора раздался резкий металлический лязг. Звук был таким четким и неестественным в этой тишине, что молодой охранник инстинктивно отшатнулся назад, а луч его фонарика хаотично заплясал по стенам.

Тор снова бросился в сторону звука, яростно лая. Его когти с громким скрежетом скользили по паркету зала, пока он пытался вырваться. В толпе раздались крики. Волонтеры и слушатели начали вскакивать со своих мест, паника стремительно охватывала помещение. Старший охранник выхватил оружие, и его голос сорвался на крик:

— Что это, черт возьми, было?!

Сердце Назара грохотало в груди так сильно, что отдавалось в ушах. Он напряг все силы, чтобы перекрыть хаос:

— Отойдите от двери! — крикнул он, и его голос дрожал от смеси ужаса и абсолютной уверенности. — Он никогда не ошибается! Кто-то приближается!

Но прежде чем кто-то успел среагировать, металлический лязг раздался снова. На этот раз громче. Ближе. Так, словно то, что его издавало, неспешно, но целенаправленно двигалось к ним. Воздух стал густым, наэлектризованным какой-то невидимой угрозой, которая волной разливалась по комнате. Какую бы опасность ни почувствовал Тор, это больше не было вопросом «случится ли что-то». Теперь это был вопрос «когда».

Металлический звук повторился. Еще резче, еще ближе. Он звучал как зловещий таймер где-то в глубине темного коридора. Напряжение в зале суда достигло апогея, тяжесть неизвестности давила на плечи каждого присутствующего. Назар намотал поводок на кисть руки, до побеления сжимая кожу. Он тоже это чувствовал. Кто-то шел сюда.

Старший охранник решительно шагнул в коридор, держа пистолет на уровне глаз. Его напарник двинулся следом, дрожащими руками направляя луч фонарика вглубь. Свет выхватывал лишь пустые стены и двери кабинетов, но Тор не унимался.

— Вы что-нибудь видите?! — крикнул судья. Его привычная властность окончательно испарилась, уступив место неприкрытому страху.

— Пока ничего, — ответил старший охранник сквозь стиснутые зубы. По его лицу стекал пот. Он говорил тихо, словно боялся спровоцировать то, что скрывалось в темноте. — Но мне это очень не нравится.

Он сделал еще один осторожный шаг. Зрители в зале начали понемногу пятиться к запасным выходам. Тревожная энергия распространялась по комнате со скоростью лесного пожара. Назар чуть прокрутил колеса коляски вперед, не сводя глаз с Тора. Собака вдруг замолчала. Ее уши стояли торчком, тело застыло, а взгляд был прикован к одной точке в темноте.

— Тор взял цель, — прошептал Назар, и по его спине побежали мурашки. — Я не знаю, что там, но оно уже здесь.

И именно в этот момент, когда охранник дошел до середины коридора, тень шевельнулась.

Это было быстро, едва заметно, но этого хватило, чтобы молодой охранник отшатнулся, едва не уронив фонарик.

— Там! — завопил он в панике.

Старший охранник мгновенно замер, наведя оружие в темноту.

Тор снова взорвался лаем, бросаясь на поводок с такой яростью, что коляска Назара немного сдвинулась вперед.

— Назад! — закричал ветеран. — Убирайтесь оттуда немедленно!

Судья начал неистово стучать молотком по столу, пытаясь восстановить порядок, но этот звук утонул в хаосе. Люди срывались с мест, крики смешались со звуками падающих стульев.

И тогда из темноты коридора донесся новый звук. Тяжелый, размеренный шаг.

Он не был торопливым. Тот, кто шел, не пытался спрятаться или убежать. Он двигался совершенно спокойно. И он приближался.

Рычание Тора перешло в откровенный яростный оскал. Его клыки обнажились, а тело рвалось вперед с неудержимой силой. Грудь Назара сжало от ужаса. Тот, кто был в коридоре, не просто шел. Он хотел, чтобы его увидели.

Шаги звучали все громче, разрезая панику в зале, словно нож.

— Всем сохранять спокойствие! — кричал судья, но его никто не слушал. Люди хватали свои сумки, куртки, телефоны, словно эти вещи могли их защитить.