Иван тяжело сглотнул. Это было не просто «странно». Это была смертельная опасность. Кем бы ни был этот «ищейка», он явно шёл по горячим следам.
Теперь перед Иваном встал самый трудный выбор в его жизни. Он мог прямо сейчас подняться, сесть в свою фуру и уехать прочь, сделав вид, что это не его проблемы. Или же поступить так, как подсказывала совесть, даже если это означало поставить под прямой удар собственную жизнь. Он крепко стиснул челюсти. Один раз он уже вытащил эту девушку с того света и теперь не собирался отдавать её на растерзание.
Он сидел неподвижно, слушая, как пульс грохочет в висках. За окнами завывал ветер, но настоящая буря сейчас бушевала внутри него. Мужчина в пальто ушёл, но Иван не был наивным юнцом. Такие люди не сдаются. Они устраивают засады. Они ждут. А потом бьют без промаха.
Иван посмотрел на Анастасию. Её щёки уже начали медленно розоветь — тепло заведения делало своё дело. Ей всё ещё нужна была медицинская помощь, но теперь стало совершенно ясно: больница — это последнее место, куда её можно везти. Там её найдут через полчаса. От кого её спасать? Ответ был очевиден: от того самого Сергея Коваленко.
Оксана подошла к их столику, поставила перед Иваном большую кружку горячего кофе и бросила на него очень внимательный, пронизывающий взгляд.
— Ты слишком долго смотрел на дверь, парень. Что-то не так? — тихо спросила она.
— Просто устал после тяжёлого рейса, — быстро соврал Иван, пряча глаза за кружкой.
Оксана, похоже, не поверила ни единому слову, но допытываться не стала.
— Метель вроде немного стихает. Можешь попробовать свой мобильный ещё раз через пару минут, — бросила она и вернулась за стойку.
Иван достал смартфон и сжал его в руке. Надо было звонить в полицию. Но как только он назовёт имя Анастасии, система сработает. Коваленко имел своих людей везде: в погонах, в кабинетах, в судах. Он вычислит их геолокацию мгновенно. Иван знал эту гнилую систему лучше многих.
Десять лет назад он не был обычным дальнобойщиком. Тогда он был просто амбициозным парнем из Полтавы, который отчаянно пытался свести концы с концами. Он брался за любую работу: перевозил серые грузы, доставлял закрытые посылки через области, получая за это лёгкие, но грязные деньги. И лишь позже узнал, что конечным бенефициаром его рейсов был именно Сергей Коваленко.
Тогда Иван ещё наивно верил, что можно просто делать свою работу и ни во что не вмешиваться. Пока однажды ночью, приехав на склад в Одессе, он не стал свидетелем того, как решаются дела в этом бизнесе. Вместо товара он увидел мужчину, крепко привязанного к стулу. Тот дрожал от ужаса, умоляя о пощаде, а над ним возвышался Коваленко — совершенно спокойный, холодный, рассудительный. Он тихим, монотонным голосом объяснял пленнику цену его ошибки, и в этом ледяном спокойствии было больше ужаса, чем в любых криках или угрозах.
Иван тогда замер в тени контейнеров, едва дыша. Он понял главное: с этими людьми невозможно договориться. В их мире нет правил, кроме одного — выживает тот, кто не оставляет свидетелей. В ту же ночь он бросил всё, сел в свой первый грузовик и уехал куда глаза глядят. Десять лет он мастерски прятался в кабинах разных фур, менял маршруты, жил тихо. Но теперь дочь этого монстра лежала рядом с ним, возвращая его в тот самый ужас, от которого он едва спасся.
Вдруг Анастасия тихо застонала и открыла глаза. Иван мгновенно склонился к ней. Её зелёные глаза были полны панического страха и полной дезориентации, но они были живыми. Секунду она всматривалась в лицо Ивана, а потом резко попыталась подняться, но обессиленное тело отказалось слушаться.
— Где я?! — прохрипела она сдавленным, сорванным шёпотом.
— Тише, успокойся, не делай резких движений, — мягко остановил её Иван, подняв руки в примирительном жесте. — Ты в безопасности. Я нашёл тебя на дороге в снегу и привёз сюда, в кафе.
Её взгляд лихорадочно забегал по залу: пустые столики, выключенный телевизор в углу, окно с надписью «Открыто 24 часа». А потом она посмотрела на входную дверь и вдруг инстинктивно вжалась в спинку дивана, словно загнанный зверёк.
— Кто ты такой? — спросила она, и её голос предательски задрожал.
— Меня зовут Иван. Я дальнобойщик, — спокойно ответил он. — Нашёл твои документы. Ты от кого-то убегаешь? Ты видела кого-нибудь ещё на дороге?
Она резко перебила его, её глаза расширились от ужаса:
— Ты его видел? Мужчину… в чёрном пальто?
Иван замешкался на долю секунды, но лгать не было смысла. Она знала, что за ней пришли.
— Видел. Он только что выходил отсюда. Кто он такой? — осторожно, но твёрдо спросил мужчина.
Губы Анастасии задрожали, казалось, она вот-вот расплачется от безысходности. Но, сделав глубокий судорожный вдох, она едва слышно выдавила:
— Это человек моего отца… Это он послал его за мной.
Сердце Ивана ухнуло куда-то в район желудка. Пазл окончательно сложился. Она не просто заблудилась и не стала жертвой ограбления. Она сознательно бежала от собственного отца — Сергея Коваленко.
Он тяжело выдохнул и провёл шершавой ладонью по усталому лицу.
— Можешь не рассказывать мне все детали прямо сейчас, — сказал он наконец. — Но мне нужно знать только одно.
Иван наклонился ближе, его голос стал очень тихим, почти шёпотом, но чрезвычайно серьёзным:
— Твоей жизни угрожает реальная опасность?
Анастасия посмотрела ему прямо в глаза, и в её взгляде Иван увидел такой глубинный, первобытный страх, который невозможно сыграть. Она помолчала секунду, а потом лишь едва заметно кивнула:
— Да.
Иван закрыл глаза на несколько секунд. У него был выбор. Он всё ещё мог встать и уйти. Но он уже давно не был тем перепуганным юнцом с полтавских складов.
Глубоко вдохнув, он снова встретил её взгляд.
— Хорошо, — сказал он тоном, не терпящим возражений. — Тогда нам нужно немедленно убираться отсюда. И очень быстро.
Анастасия удивлённо моргнула.
— Ты ведь совсем меня не знаешь. Зачем ты это делаешь? Зачем тебе помогать мне и рисковать? — спросила она.
Иван горько, безрадостно усмехнулся краешком губ.
— Потому что, девочка, — пробормотал он, качая головой, — я, на своё несчастье, очень хорошо знаком с твоим отцом.
В её глазах мелькнуло внезапное понимание.
— Ты… ты знал его? — прошептала она так тихо, что Иван едва расслышал.
Он утвердительно кивнул.
— Знал. И поверь моему опыту: если он тебя ищет, у нас остались считаные минуты.
Он решительно поднялся, положил на стол несколько смятых купюр за кофе и протянул ей свою большую мозолистую руку.
— Пошли. Сейчас или никогда.
Анастасия лишь на секунду замешкалась, а потом крепко ухватилась за его ладонь. Они быстро вышли из тёплого кафе навстречу разъярённой метели — прямо в неизвестность, где начиналась их общая борьба за выживание.