— Дядя Миша… он хороший папин друг. Они когда-то вместе работали в одной большой фирме. У них, наверное, были какие-то общие дела, я ещё не всё понимаю, потому что маленькая. Но однажды я случайно выбежала на кухню и увидела, как они спорили у окна, а на столе лежала целая куча денег, перетянутая резинками. А потом… потом он забрал меня возле школы, на остановке, после экскурсии в Музей воды. Сказал, что папа попросил его отвезти меня домой, потому что сам задерживается на работе в офисе. Но вместо дома дядя Миша привёз меня сюда, начал кричать на меня, угрожать, а потом просто запер в этом холодном гараже. Сказал, что я теперь «залог» и что папа должен вернуть ему какие-то долги.
Слова девочки были короткими, отрывистыми, но по выражению её лица, по тому, как она сжимала его руку, Юрко понял, какой сильный, недетский страх она пережила. Девочка была напугана до глубины души, её голос дрожал, а тело время от времени содрогалось от немых рыданий. Настоящий, животный ужас поселился в её маленьком сердце.
Юрко успокаивающе сжал её ладошку, стараясь передать ей частичку своего тепла.
— Всё, Солечка, теперь ты в безопасности. Обещаю, — прошептал он.
Он осторожно повёл девочку через дачный массив к ближайшей остановке общественного транспорта на Центральной улице. Там он, стараясь не привлекать лишнего внимания своим видом, попросил помощи у прохожих. Мир не без добрых людей: один мужчина на новеньком кроссовере, услышав сбивчивый рассказ и увидев заплаканного ребёнка, любезно согласился подвезти их до ближайшего районного отделения полиции.
В полиции на этот раз, увидев измученного Юрка и заплаканного, чумазого ребёнка, к его рассказу отнеслись со всей серьёзностью. Никаких насмешек, никакого равнодушия. Дежурный офицер мгновенно скоординировал действия, и оперативная группа сразу же связалась с семьёй девочки. Сообщение об исчезновении Соломии уже было разослано по всем отделениям столицы.
Когда отец девочки, господин Богдан — солидный мужчина в дорогом костюме, но со смертельно бледным лицом — прибыл в отделение, его радости не было предела. Он, не сдерживая слёз счастья, которые катились по его измученному лицу, обнимал свою дочку снова и снова, словно не веря, что она жива и невредима. А потом он подошёл к Юрку, который сидел на лавке в углу, и, крепко пожав его грязную, шершавую руку, долго не мог вымолвить ни слова.
Дело о похищении ребёнка было передано в суд. Юрка вызвали в качестве главного свидетеля. Благодаря его подробным показаниям и найденной кукле с запиской, похититель, бывший бизнес-партнёр отца Михаил, был приговорён к длительному сроку заключения. Справедливость восторжествовала.
А для Юрка, мужчины, который спас ребёнка от смертельной опасности, этот случай стал неожиданным и судьбоносным поворотом. Отец девочки, господин Богдан, исполненный искренней благодарности за спасение самого дорогого, что у него было, решил помочь Юрку выбраться с улицы. Он не просто дал ему денег. Господин Богдан подарил Юрку небольшую, но уютную однокомнатную квартиру в новостройке на Правом берегу Киева. Квартира была с ремонтом, мебелью и всем необходимым для жизни.
Кроме того, господин Богдан, узнав о профессии Юрка, предложил ему работу на своём крупном предприятии. Юрко, не раздумывая ни секунды, согласился. Его взяли на должность плотника в цех по производству элитной деревянной мебели. Жизнь, которая долгие годы казалась мужчине беспросветным мусорным адом, где единственной надеждой было найти что-то ценное среди хлама, наконец начала обретать новый смысл и чёткое направление.
Юрко снова почувствовал запах свежей стружки, лака и дерева. Каждый вечер он возвращался в свою чистую, тёплую квартиру, принимал горячий душ и ложился в белоснежную постель. И на этот раз он был твёрдо намерен не упустить свой шанс. Его настоящая судьба, чистая и достойная, только начиналась. Теперь Юрко хорошо знал цену каждой возможности и каждому прожитому дню.