Он стрелой бросился к Сергею и крепко обвил руками его шею. Пёс тем временем возбуждённо бегал вокруг них кругами, заливаясь звонким весёлым лаем. Сергей легко поднял сына на руки, крепко-крепко прижал его к груди, а потом заботливо опустил на зелёный газон и повернулся к жене.
— Антошка, иди-ка сюда. Познакомься, пожалуйста. Это та самая тётя, о которой я тебе так много рассказывал. Её зовут Дарина.
Женщина ласково улыбнулась. Она присела на корточки, чтобы быть с мальчиком на одном уровне, и протянула ему руку, мягко спросив:
— Привет. А можно и я буду называть тебя Антошкой?
Мальчик серьёзно кивнул, робко пожав её тёплую ладонь. Он с любопытством посмотрел на отца, и Сергей ободряюще подмигнул сыну. Желая завязать разговор и снять первое напряжение, Дарина перевела взгляд на лохматого пса.
— А как зовут этого чудесного красавца-пса? — спросила она. Хотя Дарина из рассказов мужа уже прекрасно знала, что собаку зовут Дунай, ей очень хотелось найти общий язык с ребёнком.
— Это Дунай, — с гордостью и максимально серьёзно ответил Антошка. — И он мальчик. Очень смелый.
Дарина искренне рассмеялась и, заметив оставленную на ступеньках книжку, поинтересовалась:
— А что ты ему такое интересное читал?
— Это история про верного пса Сивку, — ответил малыш, немного оживившись.
— Ого! А можно и мне одним глазком посмотреть? — попросила женщина.
Антошка тут же сорвался с места и побежал к крыльцу, чтобы принести свою гордость. Сергей и Дарина медленно пошли за ним. Когда мальчик протянул ей книжку, она взяла её в руки и с искренним удивлением заметила:
— Надо же… У меня в детстве была точно такая же книжка! С такими же картинками.
Антошка гордо выпятил грудь и объяснил:
— Это ещё папина книжка была. А теперь она стала моей личной.
— Понятно, наследство передаётся в надёжные руки, — нежно и с уважением ответила женщина, чувствуя, как лёд между ними окончательно тает.
— Антошка, ну что же ты держишь наших долгожданных гостей на пороге? Приглашай в дом! — вдруг прозвучал приятный женский голос.
На крыльце появилась женщина средних лет. У неё были тёмные волосы, аккуратно собранные на затылке, и добрые глаза. Это была Мария, няня и помощница по хозяйству, которая помогала Сергею с ребёнком все эти годы. Дарина немного смутилась, слегка покраснела, но сразу приветливо представилась. После этого все вместе, переговариваясь и смеясь, вошли в просторный светлый дом, пахнущий свежевыпеченным пирогом.
…Прошёл ровно год.
Тёплое южное солнце заливало двор. Антошка, опираясь ручками на край новенькой детской коляски, с нескрываемым любопытством заглядывал внутрь и нетерпеливо спрашивал Дарину:
— Мам… А когда моя сестрёнка Аннушка станет совсем большой? Чтобы с ней можно было играть в мяч?
Дарина, сидевшая рядом в плетёном кресле со спицами в руках, лишь мягко улыбнулась, погладив сына по непослушным волосам.
— Это случится гораздо быстрее, чем ты думаешь, родной. Ты и не заметишь, как она вырастет и начнёт забирать твои игрушки.
Она предложила Антошке пойти поиграть с соседскими мальчишками, которые уже давно ждали его, сидя верхом на деревянном заборе неподалёку. Мальчик охотно согласился и со всех ног побежал к своим товарищам, радостно выкрикивая что-то на ходу. Дарина, посмотрев на маленькую дочку, которая сладко сопела в коляске, тихо проговорила:
— Ну что ж, моя крошка, пойдём в дом обедать?
Она аккуратно положила своё вязание в корзинку, поднялась с кресла и неспешно покатила коляску по вымощенной дорожке к дому.
В тот день, уложив малышку, Дарина решила и сама немного отдохнуть. Она прилегла на широкую кровать в спальне, закрыла глаза и почти мгновенно погрузилась в глубокий, очень спокойный сон.
— Привет, мамочка! — радостно воскликнула Дарина, едва увидела знакомый силуэт в лёгкой дымке.
— Даринка, приветствую тебя, моя родная! Я так хочу познакомить тебя с моей лучшей подругой Аннушкой! — тихо и с безграничной любовью сказала мама, нежно указывая на женщину, стоявшую рядом с ней.
Дарина широко улыбнулась и почтительно поздоровалась с Анной Петровной. Она внимательно разглядывала эту выдающуюся женщину. Анна была одета в то самое белоснежное концертное платье со старых фотографий. Но её прежнее юное очарование теперь гармонично сменилось спокойной, глубокой житейской мудростью, о чём говорили едва заметные благородные морщинки на высоком лбу и в уголках необыкновенно добрых глаз.
Несмотря на этот почтенный вид, в ней всё ещё легко угадывались черты той самой хрупкой Анечки. Анна Петровна тепло, по-матерински улыбнулась и сказала своим бархатным голосом, что мама Дарины очень часто и с невероятной гордостью рассказывала ей о своей дочери.
Потом женщина сделала шаг вперёд и выразила Дарине свою самую искреннюю, самую глубокую благодарность за то, что она столько времени бескорыстно ухаживала за её земным пристанищем. Напоследок она с лёгкой лукавой искоркой в глазах спросила, понравился ли Дарине тот самый «подарок», о котором шла речь в их прошлой встрече.
— Он просто невероятный… Это лучшее, что могло случиться в моей жизни. Я вам безмерно благодарна, — со слезами счастья на глазах ответила Дарина.
— Теперь нам действительно пора прощаться, — мягко и немного грустно сказала мама, глядя на дочь с абсолютной любовью. — Пожалуйста, просто будь очень счастлива, моя доченька!