Оставшись в одиночестве в тишине кухни, Артем дрожащими пальцами достал телефон и открыл поисковик. Запрос «Марк Зборовский» выдал сотни результатов. Он добавил к поиску «Львов» и начал лихорадочно просматривать страницы. На третьей ссылке что-то заставило его сердце замереть.
«Известный психотерапевт Марк Антонович Зборовский проводит частные консультации и семейную терапию. Специализация: кризисы в отношениях, личностный рост, работа с глубокими травмами».
Артем почувствовал, как к горлу подкатывает тошнота. Психотерапевт? Его Ирина тайком ходит к психотерапевту? Почему она ничего не сказала ему, своему мужу? И, что самое главное, откуда взялись такие астрономические суммы за приемы? На профессиональной фотографии сайта Зборовский выглядел чрезвычайно солидно. Благородная седина на висках, внимательный, словно пронизывающий взгляд из-под дорогих очков в тонкой оправе, легкая снисходительная полуулыбка. Что-то в этой улыбке показалось Артему глубоко неприятным, даже хищным.
Вдруг в памяти яркой вспышкой всплыла их недавняя беседа. Около месяца назад Ирина, сидя на этом самом месте за кухонным столом, осторожно завела разговор о том, что им нужно больше общаться. Что они будто отдаляются друг от друга в бытовой рутине. А он тогда просто отмахнулся. Работа, дедлайны, выплата кредита за новую машину — ему казалось, что это обычные женские капризы.
Звук входящего сообщения вырвал его из воспоминаний.
«Ирина: Задержусь сегодня. Очень много работы с годовым отчетом, не ждите меня к ужину».
Пальцы Артема сами быстро набрали ответ:
«Может, я заеду за тобой? Поужинаем вместе где-нибудь в центре?»
Ответ пришел почти мгновенно:
«Не надо, милый. Я сейчас на совещании, а потом еще должна заехать к Светлане, забрать важные накладные».
Артем закрыл глаза. Светлана — это руководитель отдела, где работала Ира. «Можно позвонить ей и проверить?» — подумал он. «Нет, это будет уже совсем низко. Я не стану опускаться до слежки». Он открыл фотографию жены на заставке своего телефона. Ирина искренне улыбалась на фоне Карпатских гор. Та самая светлая, теплая улыбка, в которую он без памяти влюбился пятнадцать лет назад. Неужели все это время она просто мастерски притворялась?
В дверь позвонили. На пороге стояла его мама, Нина Петровна, с двумя большими пакетами продуктов.
— Артемчик, получила твой перевод! Спасибо тебе огромное, сынок, — она тепло улыбнулась, отряхивая зонт. — Решила вам напечь пирогов с капустой в знак благодарности. Знаю же, как Ирочка их обожает.
Он машинально забрал у нее тяжелые пакеты, пропуская мать в теплую квартиру. От одного только упоминания имени жены что-то снова болезненно сжалось внутри.
— Мам, ты… — он замялся, переминаясь с ноги на ногу в коридоре. — Ты случайно не замечала в последнее время ничего странного в поведении Иры?
Нина Петровна остановилась на полпути к кухне, снимая пальто, и очень внимательно посмотрела на сына.
— А что такое? Случилось что-то?
— Да нет, ничего такого, — Артем попытался выдавить из себя улыбку. — Просто она так много работает в последнее время. Почти не видимся.
— Так ведь она всегда такой была, гиперответственной, — мама прошла на кухню и начала по-хозяйски разбирать пакеты. — Помнишь, как вы только познакомились?
Конечно, он помнил. Это был второй курс Львовского университета. Курсовая по макроэкономике, старый читальный зал библиотеки, огромная стопка книг в руках хрупкой Ирины. Она тогда поскользнулась на свежевымытой полу, а он чудом успел подхватить и ее саму, и эти проклятые книги. Потом они долго пили дешевый кофе в университетской столовой, разговаривая до самого закрытия. Она оказалась студенткой с параллельного потока.
— Такая серьезная девочка была, — продолжала Нина Петровна, выкладывая на стол муку и яйца. — Все по полочкам, все заранее продумано. Если бы не ее организованность, где бы ты сейчас был со своей вечной студенческой беспечностью?
Артем рассеянно кивал, помогая раскладывать продукты в холодильник. Да, Ирина действительно всегда была чрезвычайно организованной. Возможно, даже слишком организованной. Настолько, что годами могла филигранно скрывать что-то по-настоящему важное и страшное.
— Сынок, у тебя точно все в порядке? — мама вдруг остановилась и положила свою теплую руку ему на плечо. — Какой-то ты сам не свой сегодня. На тебе лица нет.
— Просто устал, мам. На работе настоящий завал, да еще и погода эта давит, — Артем отвернулся к окну, пряча глаза.
— Ну-ну, — Нина Петровна явно не поверила этим отговоркам, но тактично настаивать не стала. — Давай я лучше тесто поставлю. Сделаю с капустой и грибами, как ты больше всего любишь.
Телефон в кармане снова коротко завибрировал. Артем мгновенно достал его, отчаянно надеясь увидеть сообщение от Ирины, которое бы все объяснило. Но это снова был банк.
«Уважаемый клиент, напоминаем о необходимости погасить задолженность по кредитной карте…»
Он удивленно нахмурился. Какая еще задолженность? У Ирины всегда все финансы были под идеальным контролем, она терпеть не могла жить в долг. Он снова быстро зашел в приложение. Действительно, минус 120 тысяч гривен по кредитке. Когда вообще успела набежать такая дикая сумма?
— Мам, я на минутку, — пробормотал он и быстро вышел в коридор, подальше от посторонних глаз.
В длинном списке операций по кредитке обнаружилась целая серия свежих, совершенно нетипичных платежей. Бутик женской одежды «Монте-Карло» — 43 тысячи. Элитный спа-комплекс «Орхидея» — 28 тысяч 500 гривен. Панорамный ресторан «Элизиум» — 12 тысяч 600. И все это только за последний месяц.
Ирина никогда в жизни не была транжирой. Даже свой юбилей она предпочитала отмечать дома, в узком кругу семьи, собственноручно приготовив ужин. Всегда говорила, что ресторанная еда неоправданно дорогая и лишена души. А теперь…
Артем тяжело прислонился спиной к холодной стене коридора. В голове калейдоскопом крутились обрывки ее фраз за последние недели: «Милый, я сегодня поужинаю с девочками из отдела… Записалась на массаж спины, а то поясница ноет… Светлана попросила срочно помочь с аудитом, придется задержаться в офисе».
Теперь каждая из этих фраз звучала фальшиво. Каждое слово наполнялось новым, отвратительным смыслом.