Официальная церемония прощания началась ровно в 14:00. Официальная причина задержки, озвученная для прессы, звучала сухо: «дополнительные меры безопасности». Настоящую же причину знал лишь узкий, закрытый от посторонних глаз круг посвящённых.
Оксана невозмутимо стояла у открытого гроба в строгом чёрном платье. Огромный чёрный Демон сидел рядом, касаясь её ноги горячим боком, не отходя ни на миллиметр. Остальные боевые собаки образовали идеальный почётный караул вдоль холодных мраморных стен зала.
Генерал Татьяна Загородняя медленно подошла к Оксане и с глубоким уважением передала ей аккуратно сложенный флаг Департамента.
— Мы обязательно найдём остальную паутину, — очень тихо, но твёрдо сказала она, глядя прямо в усталые глаза Оксаны. — Обещаю. Никто не уйдёт от ответственности.
Прозвучал троекратный почётный салют из табельного оружия. Пронзительная, щемящая мелодия трубы разорвала тишину над высокими соснами базы, и каждый её звук бил прямо в израненное сердце.
Когда все официальные мероприятия наконец закончились, старый инструктор Сава нашёл Оксану возле её старенькой, проверенной временем «Нивы», которая была скромно припаркована за дальним хозяйственным блоком.
— Ты уже куда-то едешь? — спросил он, прикуривая сигарету.
— Бойко в истерике упомянул о «Генерале». О ком-то очень влиятельном наверху. — Она тщательно проверила тактическую шлейку Демона, который одним лёгким прыжком запрыгнул на переднее пассажирское сиденье. — Это огромная, разветвлённая сеть, Сава. Кто-то координирует все эти сливы информации о рейдах, кто-то крышует масштабную контрабанду в портах, кто-то хладнокровно продаёт жизни оперативников, которые слишком близко подбираются к их теневым деньгам.
— Загородняя обязательно с этим разберётся. Флешка с доказательствами теперь у неё в сейфе.
Оксана медленно достала из глубокого кармана куртки маленький, затёртый до дыр кожаный блокнот.
— Та флешка — это только прямые доказательства против исполнителя Бойко. А вот это… это личные рукописные заметки Максима. Имена чиновников, которые он категорически боялся вносить в любую цифровую базу. Теневые схемы наркокартеля, которые он раскрыл на Закарпатье и в Одессе. Он просто физически не успел передать эту тетрадь в штаб Внутренней безопасности.
Сава осторожно, словно гранату без чеки, взял блокнот своими мозолистыми руками.
— Почему ты отдаёшь это именно мне?
— Потому что я пока не знаю, кому вообще можно верить в центральном аппарате Департамента в Киеве. А тебе я верю безоговорочно. Надёжно спрячь это. И когда придёт правильное время… используй по назначению.
Вдруг экран её телефона, лежавшего на панели приборов, ярко засветился. Пришло зашифрованное сообщение. Она быстро взглянула на текст, и её взгляд в одно мгновение стал холодным, как лёд.
— Мне срочно нужно ехать.
— Куда на ночь глядя?
— На охоту, — она резко повернула ключ зажигания, и старый двигатель «Нивы» натужно зарычал. — Присмотри за моими собаками на базе, Сава. Демон поедет со мной, а остальным сейчас очень нужен «батя», который не даст их в обиду.
Она ударила по газам и сорвалась с места, оставив Саву в облаке сизого выхлопного дыма, с бесценным блокнотом в руках и тяжёлой тревогой в сердце.
Сообщение на экране телефона Оксаны светилось в темноте салона автомобиля как тревожный красный маяк: «Промзона на Выдубичах. Старый склад №7. Мы точно знаем о Гнатюке».
Она мгновенно узнала цифровой код отправителя — сложный набор символов, соответствовавший дате создания секретной группы «Тень». Это мог быть только кто-то из «старой школы» оперативников. Кто-то, кто досконально знал старые протоколы связи, не менявшиеся годами.
Огромная промзона на глухой окраине Киева в этот поздний час выглядела как мёртвая, покинутая людьми зона. Улицы были абсолютно пустыми и тёмными, освещёнными лишь несколькими уцелевшими фонарями. Оксана остановила машину за два квартала до цели. Демон сидел на пассажирском сиденье, напряжённый, как натянутая струна. Его тонкий нюх улавливал настроение хозяйки, и он время от времени тихо, едва слышно рычал на сплошную темноту за грязным стеклом.
— Тише, мальчик, — мягко скомандовала она, паркуя машину в непроглядной тени ржавых морских контейнеров. — Работаем тихо.
Огромный пёс абсолютно бесшумно выскользнул из машины следом за ней.
Склад №7 оказался гигантским полуразрушенным ангаром. Тяжёлые металлические двери были слегка приоткрыты, и из узкой щели на улицу выбивался тусклый, желтоватый свет. Оксана достала свой табельный импортный пистолет, который предусмотрительно забрала из тайника, и привычным, отработанным движением проверила патрон в патроннике. Она двигалась идеальным тактическим шагом, методично проверяя углы, как её годами учили на закрытых полигонах Внутренней безопасности.
Внутри ангара остро пахло машинным маслом, плесенью и… животным, липким человеческим страхом. Посреди огромного, гулкого пустого пространства, под единственной работающей строительной лампой, стоял старый деревянный стул. На стуле сидел мужчина в дорогом, но сейчас безнадёжно испорченном костюме, крепко примотанный к спинке обычным армированным скотчем. А над ним, совершенно спокойно и невозмутимо проверяя свой старый кнопочный телефон, возвышался Сава.
Оксана медленно опустила ствол оружия, но убирать пистолет в кобуру не стала.
— Ты слишком быстро здесь оказался, — сказала она, бесшумно выходя из темноты. — Я же была уверена, что ты остался на базе с собаками.
— Я просто внимательно прочитал первую страницу Максового блокнота, пока ты прогревала свою машину, — невозмутимо ответил старый инструктор. — Там был записан адрес этой крысы. Я логично решил, что тебе точно понадобится надёжное огневое прикрытие. А я знаю гораздо более короткую дорогу через лесные тропы, без лишних светофоров.
Сава с презрением кивнул на жалкого пленника.
— Знакомься, Мара. Валерий Петренко. Криминальный позывной «Винсент». Официально — уважаемый гражданский подрядчик, директор логистической фирмы. Неофициально — главный «кошелёк» и теневой курьер генерала полиции Виктора Гнатюка.
Мужчина на стуле был насквозь мокрый от холодного пота, его руки мелко дрожали, а под левым глазом уже стремительно наливался свежий, очень убедительный «воспитательный» синяк.
— Я ничего не знаю! Клянусь вам! — жалобно заверещал он, увидев воронёную сталь оружия в руках Оксаны и жуткий оскал чёрного Демона. — Я просто мелкий посредник! Я никого не убивал, я только вожу бумаги и флешки!
— Ты возишь смерти моих коллег, Валера, — Оксана подошла к нему вплотную, и от её голоса веяло арктическим холодом. — Расскажи мне всё, что ты знаешь о схеме «Ошейник».
Одно только название этой схемы заставило Валерия судорожно вздрогнуть. Это было тайное кодовое название масштабной операции по продаже закрытой информации, о которой Максим упоминал в своих зашифрованных заметках.
— Я… я физически не могу… Они меня закопают… Гнатюк никому не прощает таких разговоров…
Сава низко наклонился к нему. Его голос был ласковым, почти как у доброго дедушки, читающего сказку, и именно это делало ситуацию ещё вдесятеро жутче.
— Валера, солнышко, посмотри внимательно на эту красивую женщину. Она — вдова того самого честного офицера, которого вы с вашим генералом безжалостно заказали киллерам. Тебе надо бояться не «их», что бы там Гнатюк тебе ни обещал. Тебе надо бояться исключительно её. Потому что «они» тебя просто тихо пристрелят, а она… она и этот милый чёрный пёсик знают анатомию человеческой боли куда лучше главного хирурга.
Валерий тяжело сглотнул вязкую слюну, глядя в совершенно пустые, мёртвые глаза Оксаны и на клыки Демона. Он окончательно понял: это тупик.
— Это… это очень старая и глубокая сеть, — начал он, запинаясь на каждом слове. — Ещё со времён старой милиции. Они годами сидели тихо, собирали связи. А когда начались большие перестановки в МВД, они активизировались по максимуму. Оперативная информация — это самый дорогой товар на чёрном рынке. Точные даты полицейских облав на таможне, маршруты конвоев с конфискатом, графики тайных ротаций спецназа.
— И кто ваш главный покупатель? — жёстко спросила Оксана, не сводя с него глаз.
— Международные синдикаты. Посредники из Азии и Европы. Деньги идут исключительно через анонимную крипту, через десятки миксеров, концы найти просто нереально. Но конечный бенефициар всей этой логистики в Украине — Департамент, где сидит Гнатюк.
— А мой Максим? Что он узнал?
— Ваш муж… «Волк»… он был слишком умным. Он начал активно копать под странные поставки в одесском порту. Он заметил закономерность, что преступники всегда знают о выходах ваших групп слишком точно. Охрана картеля успевала вывезти товар ещё до того, как ваши оперативники выходили на исходные позиции. Он вышел на моего главного курьера. — Валерий в отчаянии зажмурился. — Гнатюк запаниковал и дал жёсткую команду на зачистку. Он лично сказал, что «Волк» стал бешеным и его надо срочно «усыпить».
Оксана почувствовала, как весь мир вокруг неё сузился до одной маленькой точки. Генерал-майор Виктор Гнатюк. Начальник Департамента логистики и закупок МВД. Тот самый человек, который ещё вчера выступал по национальному телевидению и пафосно рассказывал о бескомпромиссной борьбе с коррупцией.
— Где он сейчас находится? — прошептала она так тихо, что Демон насторожил уши.
— Завтра вечером у них запланирована большая сходка с азиатскими «инвесторами». В закрытом загородном премиум-комплексе «Сосновый Берег» под Киевом. Они будут срочно решать, что делать с бизнесом после ареста вашего Бойко. Они там все в дикой панике.
— Какая там охрана?
— Как у президента страны, не меньше. Периметр держат профессионалы, бывшие спецназовцы, а частная служба безопасности внутри проверяет даже персонал. Вы туда с оружием никак не зайдёте.
Оксана многозначительно переглянулась с Савой.
— Это мы ещё посмотрим.
Вдруг дорогой смартфон Валерия, лежавший на грязном столе, ярко засветился. Входящий звонок. На экране высветилось «Неизвестный номер».
— Отвечай, быстро, — приказала Оксана, нажимая кнопку громкой связи и приставляя холодный ствол «Глока» прямо к колену пленника. — Одно лишнее или неуверенное слово — и ты пожизненный инвалид. Понял?
Сава крепко поднёс телефон к уху побледневшего Валерия.
— А-алло? — голос логиста сорвался на жалкий писк.
— Винсент, внимание, — женский голос на том конце провода был искажён цифровым модулятором, звучал металлически и безэмоционально. — У тебя сейчас гости. Я чётко вижу их по камерам внутреннего наблюдения старого склада. Передай трубку капитану Маре. Немедленно.
Оксана мгновенно подняла напряжённый взгляд на грязные камеры под высоким потолком ангара, которые она считала нерабочими.
— Кто это говорит? — резко крикнула она в телефон.
— Друг, — спокойно ответил искажённый голос. — В системе меня зовут Калина. Я старший аналитик отдела кибербезопасности. Я удалённо вела все операции Максима последние полгода. Это именно я отправила тебе адрес этого склада.
— Ты работаешь из Внутренней безопасности? — с подозрением спросил Сава.
— Я из тех немногих людей, кто искренне хочет вычистить нашу систему от коррумпированных крыс. Слушайте меня очень внимательно. Генерал Гнатюк уже знает, что Бойко арестован Загородней. Он запаниковал и запустил протокол «выжженной земли». Валерий — следующий в его списке смертников как слабое звено, которое слишком много знает. Ровно через три минуты на ваш склад приедет вооружённая группа ликвидации картеля. У вас больше нет времени на душевные разговоры.
— Почему я вообще должна тебе верить, «Калина»? — прищурилась Оксана.
— Потому что я только что скинула тебе точные координаты абсолютно безопасного дома в зашифрованный мессенджер. Там есть всё, что тебе понадобится для завтрашнего вечера. Спецсредства, подробные планы «Соснового Берега», списки гостей и охраны. И… самое главное. Видеозапись, которую Максим не успел передать в штаб.
Связь резко оборвалась, оставив после себя только короткие гудки.
— Надо срочно валить отсюда, — Сава одним профессиональным, молниеносным движением разрезал тактическим ножом скотч на ногах Валерия, мощным рывком поднимая его на ноги. — Ты идёшь с нами, Валера. Как живой щит и наш главный свидетель для прокурора. Попробуешь хоть на шаг сбежать в темноту — Демон тебя догонит и разорвёт на куски.
Они пулей выбежали через ржавую заднюю дверь ангара как раз в тот момент, когда к главному входу с диким визгом палёных тормозов подлетел тонированный чёрный микроавтобус без номерных знаков. Оттуда горохом высыпали крепкие люди в чёрном тактическом снаряжении без каких-либо опознавательных знаков. В их руках хищно блестели помповые ружья и автоматы.
— В машину, быстро! — крикнула Оксана, открывая дверь «Нивы».
Демон угрожающе зарычал в сторону нападавших, густая шерсть на его загривке снова встала дыбом, но Оксана коротко, приказно свистнула. Пёс мгновенно сориентировался и одним гибким прыжком залетел на заднее сиденье. Сава грубо запихнул туда же перепуганного Валерия, буквально забросив его внутрь, как мешок с картошкой.
«Нива» с бешеным рёвом сорвалась с места. Оксана безжалостно пробила бампером хлипкие деревянные ворота заднего двора промзоны как раз в ту секунду, когда первые пули автоматных очередей звонко застучали по металлу старой обшивки склада.
Ожидаемой погони не было. «Группа зачистки» прекрасно понимала, что устраивать голливудские гонки со стрельбой в столице посреди ночи — это гарантированно привлечь внимание десятков патрулей полиции. Они предпочитали работать тихо и без лишних свидетелей.
Дорога до «безопасного дома» заняла почти час по запутанным лесным тропам и объездным путям. Это оказалась старая, ничем не примечательная дача в глухом садовом товариществе за городом, которая с улицы выглядела совершенно заброшенной. Но внутри было неожиданно тепло, в подвале тихо гудел современный инверторный генератор, а на крыше была незаметно установлена антенна зашифрованной спутниковой связи.
За большим кухонным столом, который был полностью завален мощными ноутбуками, планшетами и дополнительными мониторами, сидела молодая женщина. На ней были толстые очки и просторное худи с ироничной надписью «Не трогай меня, я пишу код». Она выглядела совсем не как крутая шпионка из кино, а скорее как типичная, измученная айтишница, не спавшая как минимум трое суток подряд.
— Калина? — осторожно спросила Оксана, заходя внутрь и держа оружие опущенным, но наготове. Демон шёл рядом, внимательно обнюхивая новое помещение.
— Для друзей можно просто Ира, — девушка устало сняла очки и потёрла покрасневшие от мониторов глаза. — Я очень ждала вас. Макс мне много о тебе рассказывал, Мара. Он всегда говорил, что если с ним вдруг что-то случится во время разработки картеля, только ты сможешь закончить его дело и выжить.
— Покажи мне обещанное видео, — жёстко сказала Оксана, полностью игнорируя вежливые любезности. У неё не было на это ни сил, ни времени.
Ира молча развернула к ней центральный ноутбук и нажала «Play».
— Это уникальная запись со скрытой микрокамеры Максима. За два дня до его гибели в Одессе. Он ночью встречался с глубоко законспирированным информатором в районе старых промышленных доков.
На ярком экране появилось зернистое, зеленоватое ночное изображение тепловизора. Родной, знакомый до боли голос Максима за кадром был напряжённым: «Подтверди мне источник этого приказа».
Голос его собеседника был приглушённым, а лицо полностью скрыто тёмной балаклавой: «Приказ на слив ваших маршрутов шёл напрямую с самого верха. От генерала Гнатюка. Он чётко сказал своим людям, что ваша группа „Тень“ начала слишком сильно мешать его международному бизнесу. Они стабильно продают точные координаты тайных складов МВД и графики рейдов картелям. Цена вопроса — десятки миллионов долларов в неотслеживаемых биткоинах».
Короткое видео резко оборвалось на этом признании.
— Этого всё равно мало для суда, — мрачно и профессионально констатировал Сава, скрестив руки на груди. — Голос на видео можно легко подделать нейросетями, дипфейки сейчас на каждом шагу, а лица информатора вообще не видно. Любой, даже самый дешёвый адвокат Гнатюка развалит это дело в суде за пять минут, назвав это полицейской провокацией.
— Именно поэтому нам жизненно необходимо взять самого Гнатюка с поличным, — уверенно сказала кибер-аналитик Ира, выводя на экран новые данные. — Завтра вечером в «Сосновом Береге». Он будет там лично встречаться с главными иностранными покупателями информации. У меня есть идеальный план, как тебе незаметно туда попасть под видом обслуживающего персонала элитного кейтеринга. Но есть одна проблема: выйти оттуда живой после того, как всё начнётся…
Оксана внимательно посмотрела на подробную 3D-карту загородного комплекса, светившуюся на мониторе. Её указательный палец уверенно провёл линию маршрута через виртуальную лесополосу к главному залу.
— Мы не просто выйдем оттуда, Ира. Мы физически выведем оттуда генерала Гнатюка. И он споёт всё, что знает, прямо на камеру, прежде чем сядет в тюрьму до конца своих дней.
Она медленно повернулась к Демону. Пёс спокойно сидел у входной двери, как самый надёжный часовой, жёстко контролируя единственный вход. Его чёрные уши мгновенно дёрнулись на звук её знакомого голоса.
— Ну что, ты готов немного поработать, мой хороший мальчик? Как в старые добрые времена на заданиях?
Пёс гавкнул — коротко, глухо и очень весомо. Он был абсолютно готов разорвать любого, кто посмеет встать на пути его хозяйки к справедливости.