Он даже не коснулся земли перед прыжком. Это была идеальная тактическая атака боевого пса. Сорок килограммов литых мышц врезались прямо в грудь нападавшему. Коваленко не успел даже вскрикнуть, как оказался на спине в грязной луже. Дубинка отлетела куда-то в кусты.
Фантом мёртвой хваткой прижал майора лапами к земле. Его оскаленные клыки остановились в считаных миллиметрах от лица Коваленко. Из горла овчарки вырывался такой глубокий, первобытный рык, что у нападавшего застыла кровь в жилах. Это больше не был сломанный и запуганный пёс из приюта. Это был настоящий полицейский пёс, защищавший своего напарника.
Максим, стиснув зубы от боли в плече, тяжело поднялся на ноги.
— Фантом, фу! Держать! — скомандовал он чётким, ровным голосом.
Пёс замер, как каменная статуя, но ни на сантиметр не отстранился от своей цели. Он лишь быстро скосил глаза на Максима, будто проверяя: «Ты жив? Всё в порядке?».
Коваленко лежал неподвижно, боясь сделать даже вдох.
— Убери его… Убери этого демона! — прохрипел майор, моргая от дождя.
Захарченко подошёл ближе, доставая наручники свободной рукой.
— Нет, майор. Это не демон. Он просто гораздо лучший офицер, чем ты когда-либо был.
Прошло около сорока минут. Территорию заброшенного санатория осветили красно-синие проблесковые маячки нескольких патрульных экипажей и кареты скорой помощи. Максим сидел на бампере медицинской машины, пока фельдшер накладывал фиксирующую повязку на его ушибленное плечо. Фантом сидел у ног хозяина, гордо выпятив грудь, и спокойно наблюдал за суетой. Он больше не дрожал.
Коваленко, со скованными за спиной руками, сидел на заднем сиденье патрульной машины. Прижатый к стенке неопровержимыми доказательствами — нападением на офицера полиции — майор очень быстро «поплыл» и начал рассказывать всё.
Захарченко подошёл к открытой дверце полицейской машины и наклонился к задержанному.
— А теперь рассказывай всё с самого начала. Что на самом деле произошло на той операции? Почему собаку сделали козлом отпущения?
Коваленко горько сплюнул.
— Это должен был быть стандартный рейд. Накрывали подпольный цех по производству фальшивых денег в полузаброшенной промзоне на Выдубичах. Фантом и его проводник, лейтенант Романенко, заходили первыми.
— Романенко? — брови Максима поползли вверх. — Тот самый Романенко, чей отец сидит в высоком кресле в министерстве?
— Именно он. Золотой мальчик, — Коваленко скривился с отвращением. — Этот мажор-идиот нарушил все возможные инструкции. Он рванул вперёд без команды штурмовой группы и внезапно наткнулся на вооружённого охранника цеха. Мальчишка просто оцепенел от страха. Опустил оружие и стоял, как мишень.
Максим внимательно слушал. Пазлы в его голове начали складываться в единую картину.
— И тогда вмешался Фантом?
— Вмешался? Он буквально спас этому ничтожеству жизнь! — голос Коваленко сорвался. — Пёс без команды пошёл в атаку на вооружённого бандита. Он повалил его и держал, пока группа захвата не ворвалась в ангар. Но в общей суматохе у Романенко сдали нервы. Он начал палить вслепую.
Захарченко закрыл глаза, чувствуя, как сжимаются кулаки.
— Он попал в собаку?
— Нет, хуже. Он едва не застрелил собственного напарника из группы прикрытия. Пуля прошла в нескольких сантиметрах от головы нашего бойца. Это был бы конец. Если бы правда всплыла наружу — Романенко с позором выгнали бы из органов, а его влиятельный папаша лишился бы должности из-за скандала.
— И вы все коллективно решили свалить вину на пса, — тихо, с презрением подытожил Максим.