Это была та самая хищница, которую он весной, рискуя жизнью, вытащил из ледяной полыньи. Она не проявляла никакой агрессии, не рычала, лишь молча, не мигая, смотрела на него своими мудрыми жёлтыми глазами. Назар тихо, с облегчением улыбнулся и едва заметно кивнул ей. Лесной зверь ответил таким же медленным, выразительным кивком массивной головы, словно отдавая честь за спасение рода. А потом стая совершенно бесшумно, как серый туман, растворилась в темноте ночного леса.
«Шесть жизней я тогда спас, — с тёплой щемящей болью в душе подумал мужчина, глядя на бескрайнее звёздное небо. — Да ещё и свою собственную жизнь наконец наладил».
Казалось бы, на этом эта счастливая история должна была завершиться, но реальность оказалась куда суровее любого кино. Через неделю их семейная идиллия была грубо и жестоко разорвана.
Поздно ночью, когда вся семья уже спала крепким сном, в дверь дома нагло, с грохотом ворвались пятеро агрессивных, неизвестных мужчин. Как выяснилось позже из сводок полиции, это были чрезвычайно опасные беглецы из исправительной колонии усиленного режима, которые несколько недель скрывались в непролазных полесских лесах и были готовы на всё.
— Слушай сюда, хозяин, и не рыпайся, если жить хочешь, — процедил сквозь зубы вожак шайки, хищно поблёскивая острым металлическим предметом в руке в полутьме коридора. — Нам нужна еда, все ваши деньги, ценности и ключи от машины. Сделаешь всё быстро и тихо — может, мы вас не тронем.
Назар сразу понял, что банальным ограблением эти озверевшие от безнаказанности подонки точно не ограничатся. Получив желаемое, они без всякой жалости избавятся от свидетелей. Действовать нужно было молниеносно, но с ледяной выдержкой, чтобы не спровоцировать их на немедленную жестокость. Ведь за его спиной, в комнатах, были его самые родные женщины.
— Девочки, принесите, пожалуйста, тот большой деревянный сундучок с украшениями из нашей спальни на втором этаже, — спокойно, чётко и удивительно уверенно произнёс Назар, не сводя напряжённых, тяжёлых глаз с бандитов.
Никакого сундучка у них никогда не было — это был их секретный домашний сигнал к немедленному, экстренному бегству через запасной выход. Богдана, которая мгновенно всё поняла, схватила испуганную Злату и бросилась в глубь дома. Вожак, заподозрив неладное, попытался кинуться за ними, но Назар действовал на опережение. Он с силой опрокинул массивный дубовый стул, надёжно блокируя узкий проход, и выхватил из подставки тяжёлый кухонный нож, становясь в оборонительную стойку.
Завязалась отчаянная, страшная и неравная борьба. Назар своим крепким телом перекрывал путь наверх, сознательно принимая на себя тяжёлые, болезненные удары бандитов. Он слышал, как наверху Богдана со Златой выбираются через окно на крышу пристройки, и это придавало ему сил. Мужчина бился как загнанный в угол лев, защищая своё гнездо, но силы были катастрофически неравны — пятеро против одного. Время утекало, сознание Назара начало мутнеть от боли и изнеможения, и он с ужасом осознавал, что сейчас проиграет эту битву.
Именно в тот критический, безнадёжный миг, когда казалось, что никакой надежды на спасение уже нет, произошло нечто невероятное. Из распахнутых настежь входных дверей, которые бандиты выбили во время штурма, послышалось низкое, вибрирующее, жуткое рычание, от которого мгновенно стыла кровь в жилах даже у самых закоренелых преступников.
На ошеломлённых нападавших из густой ночной темноты молнией набросилась настоящая стая могучих серых волков. Животные действовали необыкновенно слаженно и чётко, словно спецназ. Они не пытались загрызть людей, но с такой яростью бросались на бандитов, выбивая оружие из их рук и разрывая одежду, что тесную комнату мгновенно наполнили дикие крики животного ужаса.
Обезвреженные, перепуганные до смерти нападавшие в панике вывалились во двор и со всех ног бросились наутёк в глубь леса, преследуемые разъярёнными хищниками. Животные даже не задели Назара, мастерски обойдя его в тесном помещении. Лишь одна большая серая тень на короткое, мистическое мгновение задержалась на пороге разгромленного коридора. Мужчина узнал её мгновенно, несмотря на темноту.
— Спасибо тебе… — прошептал он обессиленно, сползая по стене на пол и тяжело хватая воздух. — Теперь мы точно квиты.
Волчица ещё раз коротко, выразительно кивнула массивной головой и навсегда исчезла в ночном тумане, вслед за своей стаей. Полиция, прибывшая на вызов соседей только под утро, легко выловила перепуганных до смерти беглых зеков по окрестным лесным чащам — они сами выходили к правоохранителям, умоляя спасти их от волков. Местные жители Лесной Гуты даже не слишком удивились этой истории, когда она разошлась по селу. На Полесье издавна верили в высшую справедливость и благодарность лесных хозяев.
После тех кровавых событий жизнь семьи окончательно вошла в мирное, спокойное русло. Поздней осенью, когда лес оделся в золото и багрянец, Назар и Богдана сыграли тёплую, необыкновенно душевную сельскую свадьбу. Они не устраивали шумного гулянья, собрав за столом только самых близких людей. Среди почётных гостей, разумеется, были пан Василий и пани Галина, приехавшие из Киева.
Назар немного смущался, чувствуя беспричинный, но щемящий укол вины перед памятью Соломии за своё новое счастье. Но пан Василий подошёл к нему с бокалом, крепко обнял и громко, на весь дом произнёс:
— Мы с женой преодолели сотни километров, чтобы разделить радость нашего сына Назара. И сегодня мы с чистым сердцем и открытой душой принимаем Богдану в нашу большую семью. Будьте всегда счастливы, дети мои, вы это заслужили!
Богдана, растроганная до слёз этой речью, подошла к пану Василию и при всех присутствующих тихо, но чётко попросила его стать крёстным отцом для малыша, которого она уже бережно носила под сердцем. Пожилой мужчина заплакал от счастья, как ребёнок, и невероятно крепко обнял будущую маму. Светлая жизнь снова победила тьму.