— Знаешь, дитя, — Татьяна Ивановна наконец отставила чашку, — думаю, ты зря пустила эту ситуацию на самотёк. Я не первый год знаю свою невестку Елену. Женщина она, мягко говоря, с большими амбициями и склонностью к интригам. Думаю, тут всё гораздо глубже, чем кажется на первый взгляд. Дай мне несколько дней. Мне нужно кое-что проверить.
Прошла неделя. Татьяна Ивановна, сославшись на то, что редко бывает в столице и хочет провести время с семьёй, пригласила сына, невестку и внука на семейный ужин. Место выбрала изысканное — вымышленный ресторан «Днепровская терраса» с панорамным видом на вечернюю реку. Семья Сверловых несколько удивилась такой инициативе, но отказать властной бабушке никто не решился.
В тот вечер за щедро накрытым столом царила натянутая атмосфера. Елена Владимировна оживлённо обсуждала будущую свадьбу Дмитрия. Новой избранницей стала дочь влиятельного столичного чиновника — девушка, которую Елена сама же и подобрала, убеждая сына, что это «идеальная, образованная партия».
Сам Дмитрий сидел как тень. Последние полгода он вообще был сам не свой. Его стеклянный взгляд был устремлён куда-то в тарелку, к вину он даже не притронулся. После разрыва с Мариной ему стало совершенно безразлично собственное будущее. Он так сильно её любил, что, когда «измена» всплыла на поверхность, его мир просто рухнул. Он согласился на этот новый, удобный для матери брак лишь потому, что ему было всё равно. Какая разница, кто будет рядом, если это не Марина? Разговоры бабушки только разбередили старую рану.
Вдруг к их столику подошли двое. Дмитрий моргнул, не веря реальности. Перед ним стояла Марина. А рядом с ней — тот самый парень из кафе.
Мир для Дмитрия остановился.
Первым заговорил незнакомец. Он заметно нервничал, но держался прямо.
— Добрый вечер, — голос молодого человека прозвучал над столом, заставив Елену Владимировну побледнеть. — Меня зовут Максим. Я — IT-предприниматель. И я пришёл сюда, чтобы извиниться перед Мариной и рассказать правду. Мне очень стыдно за свой поступок. Тогда, полгода назад, я запускал стартап, и мне критически не хватало финансирования. А вот эта дама… — он указал рукой на шокированную Елену, — подошла ко мне за день до нашей с Мариной встречи по поводу дизайна офиса. Она предложила очень щедрую сумму. Моей задачей было просто перевести разговор на тему её жениха и задать несколько провокационных вопросов, пока Елена Владимировна сидела за соседним столиком и всё фиксировала.
Фарс был разыгран как по нотам. «Случайно» оказались в том самом кафе. «Случайно» Марина была там с мужчиной. Слова, вырванные из контекста делового разговора, можно было трактовать как угодно, но Елена блестяще постаралась, чтобы её муж Виктор услышал именно то, что было нужно ей. Убедить сына было делом техники. Всё так и осталось бы идеально спланированным преступлением против любви, если бы не вмешалась бывшая следовательница.
— Я хотела как лучше для нашего мальчика! — срываясь на визг, начала оправдываться Елена Владимировна. — Что было у тех бизнесменов-неудачников, её родителей?! А у Насти отец — человек со связями, он нам такие двери откроет! Я просто заботилась о будущем сына!
Но её уже никто не слушал. Виктор, отец Дмитрия, покраснел от ярости, осознав, что жена сделала из него слепого дурака и соучастника этой грязной игры. Татьяна Ивановна молча, с едва заметной улыбкой, наблюдала за баталией. Мирить супругов — дело неблагодарное, пусть сами разбираются.
А Дмитрий и Марина ничего этого уже не видели. Как только Максим закончил свой рассказ, Дмитрий поднялся, взял Марину за руку и молча увёл её прочь из ресторана.
Они вышли на вечернюю набережную. Дмитрий держал её ладонь так крепко, словно боялся, что она растворится в воздухе.
— Прости меня, — его голос дрожал. — Умоляю, прости. Я был слепым идиотом. Я даже подумать не мог, что родная мать способна на такую подлость. Я должен был прийти к тебе, должен был всё выяснить, но мне было так больно, что я просто сдался. Я люблю тебя. Больше жизни.
Марина смотрела на тёмные воды Днепра, чувствуя, как огромная тяжесть спадает с её плеч.
— Тебе тоже придётся меня простить, Дима. Мне нужно было сразу всё объяснить про ту встречу, а не убегать. Мы оба виноваты в том, что поверили обёртке, а не друг другу.
Они стояли, обнявшись, понимая: если они оба хотят всё исправить, то всё обязательно получится. Главное правило отныне — никогда не замалчивать проблемы.
— Ну что ж, молодые люди, с таким правильным настроем у вас точно всё сложится! — раздался знакомый, бодрый голос.
Марина обернулась. К ним приближались её родители. Отец Михаил, хоть ещё и опирался на трость после болезни, но выглядел значительно лучше и искренне улыбался. Рядом шла довольная Лидия Петровна и… Татьяна Ивановна.
— Мама? Папа? А вы как здесь оказались? — удивлённо воскликнула девушка.
— Да вот, Татьяна Ивановна позвонила, сказала, что срочно нужно приехать на набережную, потому что здесь решается судьба нашего семейного счастья, — засмеялся отец.
Дмитрий переглянулся с Мариной. В их глазах светилось полное взаимопонимание.
— Знаете что, — сказал Дмитрий, обнимая любимую за плечи. — Никаких больше пышных церемоний и сотни гостей. Мы просто тихо распишемся, посидим в узком семейном кругу, а потом — возьмём билеты и улетим куда-нибудь к морю. В Египет или Турцию. Только мы вдвоём. Как вам такой план?
Марина счастливо кивнула. Было лето две тысячи двадцать первого года. Впереди их ждали тёплое море, долгие разговоры до рассвета и целая жизнь, в которой они навсегда усвоили главный урок: любовь не терпит лжи и молчания.