Шесть месяцев их фиктивного брака неумолимо подходили к концу, но для Алексея Воронова каждый новый день тянулся, словно бесконечная пытка. Бессонница стала его постоянной спутницей. Раньше он засыпал с мыслями о котировках акций и новых слияниях, а теперь лежал в темноте, глядя в потолок, и чувствовал, как желудок сводит от тревожного предчувствия.
Он понимал, что стоит на пороге какого-то рокового открытия. Оксана превратилась в самую сложную загадку в его жизни. Она не просто раздражала его своей независимостью — она держала в руках нити игры, которую он сам же и начал, даже не зная настоящих правил.
Одержимость желанием раскусить её намерения поглотила Алексея с головой. Привыкнув решать любые проблемы с помощью денег и информации, он нанял лучших частных детективов Киева. Он требовал от них перевернуть всё её прошлое вверх дном: проверить родственников, бывшие места работы, банковские счета. Но отчёты, которые ложились на его стол, были подозрительно идеальными. Всё выглядело так, будто чья-то заботливая рука заранее подчистила все острые углы. Оксана всегда оказывалась на два шага впереди, и это сводило Воронова с ума.
Тем вечером над столицей разыгралась настоящая буря. Тяжёлые капли дождя безжалостно хлестали по панорамным окнам пентхауса. Алексей вернулся с совета директоров позже обычного. В квартире царил полумрак. Единственным источником света был торшер в гостиной, возле которого стояла Оксана. Она смотрела на ночной город так, словно была королевой, созерцающей свои владения перед решающей битвой. Воздух в комнате был настолько наэлектризован, что трудно было дышать.
Алексей остановился в нескольких шагах от неё. Он интуитивно почувствовал: это та самая ночь. Ночь, когда все маски будут сорваны. Страх перед тем, что он может услышать, сковал ему горло, но неизвестность была ещё хуже.
— Мне нужны ответы, Оксана, — сказал он. Его голос прозвучал хрипло, но твёрдо, перекрывая шум дождя за окном. — Я больше не могу играть в эту игру. Я хочу знать правду. Кто ты на самом деле и зачем ты здесь?
Оксана медленно выдохнула и отвернулась от окна. Она посмотрела ему прямо в глаза, и Алексей невольно вздрогнул. Её взгляд, обычно такой спокойный и взвешенный, сейчас горел тёмным, уничтожающим пламенем. В нём смешались боль, гнев и многолетняя усталость.
— Правду, Алексей? — Она горько усмехнулась, скрестив руки на груди. — Ты уверен, что твоя идеальная картина мира выдержит эту правду?
Он молча кивнул, не отводя взгляда. Напряжение росло с каждой секундой. Воронов внутренне приготовился к любым обвинениям: корысть, промышленный шпионаж, месть конкурентов. Но то, что он услышал, выбило землю у него из-под ног.
— Ты вообще не представляешь, кто я такая, — начала Оксана, и от ледяного тона её голоса по спине Алексея побежали мурашки. — Ты всю свою жизнь видел в людях лишь пешек на своей доске. Цифры в отчётах. Ступени к своим миллионам. Но на этот раз, Алексей, пешкой оказался ты. Я вела эту партию с того самого дня, как услышала о твоём жалком пари.
Алексей попытался что-то сказать, как-то защититься, но слова застряли в горле. Она не дала ему шанса.
— Тебе о чём-нибудь говорит имя Григорий Ткаченко? — её голос стал резче, словно удар хлыста. — Компания «Транс-Гарант»?
Мозг Алексея судорожно зацепился за эти названия, лихорадочно перелистывая файлы памяти. «Транс-Гарант»… Логистическая компания среднего звена. Несколько лет назад его холдинг «Глобал Инвест Груп» проводил агрессивную экспансию на этом рынке. Это было жёсткое, почти рейдерское поглощение: демпинг, выкуп долгов, суды. Обычная бизнес-рутина для хищника его уровня.
— Конечно, ты не помнишь, — с отвращением бросила Оксана, увидев замешательство на его лице. — Такие, как ты, никогда не запоминают имён тех, по кому прошлись бульдозером. Мой отец создал ту компанию с нуля. Он был честным, преданным своему делу человеком. Он работал днями и ночами, чтобы обеспечить нашу семью. Пока на горизонте не появился ты со своими акулами-юристами.
Алексей невольно сделал шаг назад. Его глаза расширились.
— Что… что ты такое говоришь? — пробормотал он, чувствуя, как пульс бьётся в висках.
Оксана сделала шаг навстречу. Её глаза наполнились слезами, но это были слёзы ярости, а не слабости.
— Ты уничтожил его, Алексей! — её голос сорвался. — Ты отнял всё, ради чего он жил. Твои махинации оставили его без копейки, с огромными долгами. Но самое страшное — ты растоптал его достоинство. Отец… мой папа не выдержал этой боли и унижения. Его сердце не выдержало этого удара, и он ушёл из жизни. Он покинул этот мир из-за твоей жадности, из-за твоего «успеха любой ценой»!
Слова Оксаны ударили Воронова с такой силой, будто его сбил поезд. Он замер, парализованный ужасом. Воспоминания, которые он так тщательно прятал за красивыми графиками прибыли, вдруг всплыли на поверхность. Он вспомнил того мужчину — пожилого, с усталыми глазами, который умолял его об отсрочке в зале суда. Алексей тогда лишь холодно усмехнулся и прошёл мимо. Боже мой… Сколько ещё судеб он сломал своими руками?
— Оксана… я… я клянусь, я не знал… — прошептал он в отчаянии, протягивая к ней руку.
— Не смей ко мне прикасаться! — крикнула она, отступая. — Ты не знал, потому что тебе было плевать! Ты забрал у меня самого дорогого человека в мире. И пока ты праздновал свои новые миллионы, мы с мамой тонули в отчаянии и долгах, едва сводя концы с концами.
Алексей стоял, не в силах вымолвить ни слова. Тяжесть вины навалилась на него бетонной плитой. Ему хотелось кричать, оправдываться, но он понимал: никакие слова не вернут ей отца.
— Поэтому я всё спланировала, — Оксана глубоко вдохнула, пытаясь взять себя в руки. Её тон стал жутко холодным. — Когда я узнала об этом пари, я увидела свой шанс. Я намеренно оказалась в поле зрения Дениса. Я согласилась стать твоей женой только с одной целью: чтобы ты почувствовал хотя бы кроху той боли, которую пережила моя семья. Я хотела, чтобы ты почувствовал себя игрушкой в чужих руках. Беспомощным, сломленным, лишённым контроля.
Воронов почувствовал, как у него дрожат колени. Вся его жизнь, вся его самоуверенность оказались иллюзией. Он думал, что является хозяином положения, гениальным манипулятором. А на самом деле он был просто мишенью для человека, чью жизнь когда-то бездумно уничтожил.
— И теперь, — сказала Оксана, подходя к нему вплотную, — я не собираюсь уничтожать тебя финансово. Это было бы слишком просто. Я хочу, чтобы ты никогда не забыл то, что сделал. Я хочу, чтобы эта боль и эта вина преследовали тебя до конца твоих дней.
Это был приговор, не подлежащий обжалованию. Она отстранилась и, не проронив больше ни слова, вышла из комнаты, оставив после себя звенящую, оглушительную тишину.
Алексей почувствовал, как у него подкосились ноги. Он тяжело опустился на диван и закрыл лицо руками. Он получил свои ответы. Но эти ответы разрушили его в прах. От амбициозного миллионера не осталось ничего — только безграничная пустота.