Она вздохнула и поправила платок.
— Слушай, сосед… А ты ведь и правда мою спину вылечишь? Не соврал тогда при полиции?
— Конечно, вылечу, — совершенно серьёзно ответил Матвей. — Вот только завтра с утра сбегаю в лес, нарву что надо, и начнём терапию.
— А в лес зачем? — насторожилась Петровна.
— Ну а как же? Крапивы жгучей нарвать целый сноп! Таких баламуток, как ты, только свежая крапива на ноги ставит! Отхлещу тебя пару раз — как заново родишься!
Галина от испуга даже рот открыла, глаза стали как блюдца. Но, заметив, как Матвей искренне и громко хохочет, и сама залилась громким смехом.
— Вот же ты старый чёрт! А я, дура, чуть не поверила!
— Не бойся, Галина. Обещал — значит вылечу, — уже мягче сказал Матвей Степанович.
Петровна довольно улыбнулась, глядя в его добрые, покрытые сеточкой глубоких морщин глаза. Она больше не считала его странным или страшным. И точно знала, что больше никогда не оставит этого мужчину в одиночестве.
Когда все страсти улеглись, а звуки сельской суеты растворились в вечерней прохладе, Соломия в своей киевской квартире наконец почувствовала абсолютный покой. Она прошла через настоящий ад, но каждый шаг назад был лишь разбегом для нового, счастливого пути вперёд.
В это же время Матвей стоял у своего старого окна в Залесье, глядя, как красное солнце прячется за сосновым лесом. Он чувствовал, что каменная глыба, давившая на его сердце много лет, наконец исчезла. Их дороги пересеклись случайно, но именно эта встреча вернула им обоим то, что они давно потеряли, — веру в людей и в будущее.
Потому что даже если ты попал в самый тёмный лес и тонешь в бездонном болоте предательства, всегда найдётся тропинка к свету. И на этой тропинке обязательно встретится своя Галина Петровна со своим неуёмным сердцем.