Однажды, едва я переступила порог родительского дома на Пасху, она смерила меня взглядом и выпалила, даже не поздоровавшись:
— О, смотрите, опять вырядилась, как столичная стерва.
Это было настолько грубо и беспочвенно, что я просто потеряла дар речи. Она регулярно ругалась прямо при своих маленьких сыновьях, используя самые грязные слова. Поэтому я ничуть не жалею и мне совершенно не стыдно называть свою сестру настоящим мусором. И именно поэтому я не испытывала ни малейших угрызений совести из-за того, как поступила после того, как однажды утром она без предупреждения выбросила своих детей на мой порог.
Это случилось одним солнечным субботним утром. Я только что налила себе чашку свежего кофе, наслаждаясь долгожданным выходным. Рабочая неделя в нашей компании выдалась просто адской, и я мечтала только о тишине, мягком пледе и интересной книге.
Вдруг резко прозвенел звонок в дверь. Я никого не ждала, поэтому удивлённо открыла. На пороге стояли двое сыновей моей сестры — семилетний Максим и десятилетний Денис. В руках они держали дешёвые, полупустые дорожные сумки.
— Привет… А что вы здесь делаете? Где ваша мама? — растерянно спросила я, оглядывая пустой коридор подъезда.
— Мама сказала, что едет в отпуск на восемь недель. Она велела нам пожить у тебя, — тихо ответил старший, Денис, опуская глаза.
Я замерла. Мы с Ангелиной не общались с прошлого лета, с тех пор как на семейном барбекю она при всех посоветовала мне не есть второй кусок мяса, чтобы «мои бока не вываливались из джинсов». Я не имела ни малейшего представления, с какой стати она решила, что я стану её бесплатной няней на целых два месяца.
Мальчики стояли на пороге моей квартиры испуганные и растерянные. Они были хорошими, тихими детьми, которые явно не понимали, что происходит. Я впустила их в гостиную, посадила на диван, а сама дрожащими руками схватила телефон и начала звонить сестре.
Она сбросила десять моих вызовов подряд. Но я не сдавалась, и в конце концов она взяла трубку.
— Ты с ума сошла?! Я не собираюсь сидеть с твоими детьми! Если ты немедленно не вернёшься и не заберёшь их, я прямо сейчас звоню в Службу по делам детей! — прокричала я в трубку.
Я уже буквально открыла браузер, чтобы найти горячую линию социальной службы, когда Ангелина сбросила на меня настоящую бомбу. Её голос вдруг стал низким, холодным и пропитанным ядом.
— Только попробуй, Кира. Если ты это сделаешь, я позвоню в твою распрекрасную компанию. Я выйду прямо на твоего генерального директора и расскажу ему, что ты психически нестабильна. Что ты перестала пить свои рецептурные антидепрессанты и у тебя серьёзные психотические расстройства. Посмотрим, как быстро тебя уволят с твоей элитной должности, — прошипела она.
Меня будто ударили под дых. Хотя Лина была необразованной и ничего не понимала в моей профессии, она знала главное: моя карьера была для меня всем. В корпоративной среде репутация — самый ценный актив, и любые слухи о ментальной нестабильности топ-менеджера могли уничтожить годы моего тяжёлого труда. Я не могла рисковать.
Я просто бросила трубку. Голова шла кругом от стресса. Мало того, что я не могла присматривать за её детьми из-за плотного рабочего графика, у меня ещё и была запланирована сверхважная поездка. Ровно через месяц я должна была лететь в Канаду, в Ванкувер, к своему любимому парню Марку. Мы встречались уже больше года, и это должна была быть моя первая встреча с его семьёй. Я готовилась к ней месяцами.
Теперь моя тщательно выстроенная жизнь превратилась в хаос из-за безответственности сестры. Не зная, что делать, я позвонила матери. Конечно, я должна была догадаться, что она снова встанет на сторону Ангелины.
— Лина оставила детей одних под моей дверью! — в отчаянии кричала я в телефон.
— Им десять и семь лет, они достаточно взрослые, чтобы зайти в квартиру. Твоя сестра много для тебя делала, Кира. Ты должна поддержать её хотя бы раз в жизни! — безапелляционно заявила Тамара Васильевна.
Это окончательно сорвало мне крышу. Я кричала так сильно, что сорвала голос, требуя назвать хоть один случай, когда Лина «была для меня». Я заставила мать приехать ко мне немедленно, пригрозив, что в худшем случае оставлю детей на неё, а сама улечу в Канаду.
Когда мать переступила порог моей квартиры, её взгляд был таким же ледяным и презрительным, как и в моём детстве. Мы сели в гостиной. Я отвергла все её поучения о «семейном долге» и жёстко спросила, куда именно улетела Лина на целых два месяца.
Мать замялась. Её лицо покраснело, и в конце концов она неохотно призналась: Ангелина улетела не просто в отпуск. Она отправилась в Дубай к какому-то богатому «спонсору», с которым познакомилась в интернете.