Сергей изложил всё как есть. Каждое слово звучало чётко, словно очередь из автомата. Он не просил жалости, он просто констатировал факты: тыловой криминал, издевательства над семилетним ребёнком, запугивание бывшей жены и прямые угрозы от местного авторитета. Когда капитан закончил, в блиндаже полковника на несколько секунд повисла тяжёлая, гнетущая тишина. Воронец медленно откинулся на спинку стула, его лицо потемнело от гнева.
— Ты же понимаешь, что именно ты мне сейчас предлагаешь, капитан? — спросил комбриг, прищурив глаза.
— Так точно, товарищ полковник.
— И ты чётко осознаёшь, что именно собираешься там делать?
— Так точно. Я буду защищать свою кровь.
Полковник ещё долго молча изучал Сергея. Потом решительно подвинул к себе телефон внутренней связи и набрал номер начальника штаба.
— Оформить капитану Ковалю экстренный отпуск на десять суток с сегодняшнего дня. По семейным обстоятельствам. И вызывай ко мне его группу. Немедленно.
Через пятнадцать минут в кабинет вошли четверо мужчин: Виктор «Сивый», Фёдор, Богдан и Ярик. Это был железный костяк разведгруппы Сергея — люди, с которыми он делил последний глоток воды в окружении, вытаскивал раненых под плотным огнём и неделями сидел в сырых лесополосах. Они вошли молча, но в их позах чувствовалась абсолютная готовность к любому приказу.
— Парни, — обратился к ним Воронец, оглядывая каждого бойца. — У вашего командира тяжёлая ситуация в тылу. Я даю ему отпуск. Но я также подписываю рапорты на отпуск всем вам. Вы едете с ним.
Сивый сделал шаг вперёд, немного удивлённый таким решением.
— Товарищ полковник, но мы не писали рапортов…
— Я знаю, что вы ничего не писали, капитан, — жёстко перебил его комбриг. — И я прекрасно знаю, что вы всё равно сбежали бы за ним или уехали бы в самоволку. Поэтому давайте сделаем всё официально. Десять суток для всей группы. Для проверки и моральной поддержки семьи нашего офицера. Если возникнут вопросы у военной службы правопорядка — вы действуете по моему личному распоряжению.
Воронец поднялся из-за стола, подошёл ближе и пристально посмотрел Сергею в глаза. Его голос стал значительно тише, приобретя железные нотки.
— Но помните главное: вы офицеры и бойцы элитного подразделения. Вы представляете Вооружённые Силы. Что бы там ни случилось, какие бы проблемы вы ни решали — действуйте профессионально, чисто и не подставляйте бригаду. Нам не нужны скандалы в прессе. Уберите эту грязь так, как вы умеете делать это на выходах.
Все присутствующие синхронно кивнули. Посыл был понятен без лишних слов: не попадайтесь, не позорьте честь мундира, сделайте то, что должен сделать каждый мужчина, и возвращайтесь в строй.
Уже через час посечённый осколками, покрытый слоем донбасской пыли волонтёрский джип мчался по ночной трассе М-30 в сторону Днепра, а оттуда — на Киевщину. Оружие бойцы оставили на базе, согласно правилам, но каждый из них взял с собой свой проверенный тактический опыт, холодный разум и несколько ноутбуков со специальным программным обеспечением. Они сидели в полумраке салона, усталые и молчаливые, но напряжённые, как хищники перед прыжком.
— Какая оперативная обстановка на месте, командир? — нарушил тишину Сивый, крепко держа руль на разбитой дороге. Ему было под тридцать пять, у него были жена и две дочери в тыловом Кременчуге, поэтому чужую боль он воспринимал как свою собственную.
Сергей достал телефон, на котором уже светились первые данные, собранные во время короткой подготовки к выезду.
— Моя бывшая, Таня, полгода назад переехала в Обухов. Снимает там небольшой дом в частном секторе. Связалась с каким-то Глебом Барабашем, в местных кругах его зовут «Борзый». Мелкий криминальный деятель, который раньше привлекался за хулиганство и самоуправство. У него есть двое родных братьев — Димон и Руслан. Оба спортсмены, выполняют роль силовой поддержки. Занимаются откровенным рэкетом, запугиванием мелких предпринимателей и теневыми перевозками грузов.
— А что говорит местная полиция? — подал голос Богдан с заднего сиденья.
— Я звонил знакомому оперативнику из областного управления, попросил проверить ситуацию. Заявление о домашнем насилии Таня подавала месяц назад, но дело закрыли через два дня за «отсутствием состава преступления». Там всё глухо, — зубы Сергея скрипнули от ярости.
В этот момент Дмитрий — технический специалист группы, которого побратимы ласково звали «Хакером», открыл свой армейский защищённый ноутбук и подключил мобильный модем. В течение следующих двух часов, пока внедорожник наматывал километры украинских дорог, парень молча колдовал над клавиатурой, пробивая закрытые базы данных и мониторя социальные сети.
— Командир, у меня для тебя плохие новости, — наконец произнёс Дима, разворачивая экран к Сергею. — Эти братья Барабаши — только верхушка айсберга. Они работают не сами. Их родной дядя — некий Валентин Воронов, криминальный авторитет по кличке «Ворон». Он контролирует несколько нелегальных складов контрабанды и теневых логистических хабов по всему району. А знаешь, почему полиция закрывает глаза на их выходки?
— Говори, — коротко бросил Сергей.
— Начальник местного райотдела полиции, Пётр Шаповал, является кумом этого самого Воронова. Они вместе владеют несколькими подставными фирмами, оформленными на родственников жены копа. Там выстроена целая коррупционная система защиты. Любые жалобы граждан просто уничтожаются на уровне канцелярии. Они уверены, что держат Бога за бороду и им ничего за это не будет.
Сергей смотрел на экран ноутбука, где светились фотографии сытых, довольных лиц местных теневых дельцов. Внутри него разливался тот самый ледяной покой, который обычно помогал ему принимать правильные решения во время самых тяжёлых штурмов. Конфликт перестал быть просто личной ссорой с агрессивным сожителем бывшей жены. Они столкнулись с целой криминальной структурой, привыкшей паразитировать в тылу, пользуясь тем, что сильные мужчины сейчас заняты защитой страны.
— Отлично, — тихо произнёс Крига, закрывая экран. — Значит, мы не просто заберём Тёму. Мы полностью демонтируем эту гнилую систему, которая решила, что она неприкосновенна.
— Какой план, командир? — спросил Сивый, когда на горизонте появились первые огни столичного пригорода.
Сергей посмотрел на своих парней — уставших, но с решительным огнём в глазах.
— Сначала едем в школу, где учится Артёмка. Обеспечиваем безопасность ребёнка и вывозим его в надёжное место. Дальше начинаем сбор информации по их объектам. Будем действовать с умом. Мы задокументируем каждый их шаг, каждый нелегальный пакет на их складах. Создадим такой резонанс, который этот коррумпированный полицейский чиновник не сможет замять даже за все деньги мира. А если они попытаются остановить нас силой… что ж, тогда мы вспомним, как работали в промзоне.