София едва заметно улыбнулась — его простые слова на удивление точно отозвались в её собственной душе. Разговор завязался как-то сам собой, легко и естественно. Сначала они обменялись несколькими фразами о самой вечеринке, затем плавно перешли на приятные мелочи: переменчивую осеннюю погоду, пробки на дорогах, любимые уголки в Киеве.
Ростислав с ноткой ностальгии рассказал, что обожает долго гулять вдоль Днепра поздно ночью, когда большой город наконец засыпает и сбрасывает с себя дневную суету. София же, в свою очередь, вдохновенно поделилась тем, как сильно ей нравится бродить по аллеям осеннего Ботанического сада, когда листва горит всеми оттенками золота и багрянца.
— Слушай, а ты вообще часто бываешь на таких шумных тусовках? — вдруг спросил он с неподдельным любопытством в глазах.
— Нет, если честно, то очень редко. Просто иногда наступает момент, когда хочется с корнем вырваться из собственной рутины, — честно ответила она, опустив глаза.
Ростислав понимающе кивнул.
— Это очень полезная практика — ломать свои закостенелые привычки. А чем ты вообще занимаешься в обычные, будние дни?
София на секунду задумалась, подбирая правильные слова.
— Да ничего особенного. Работаю в обычном офисе, параллельно немного учусь на курсах, иногда гуляю с друзьями… Но в последнее время моя жизнь как-то… слишком сильно усложнилась, — горько добавила она, и её голос невольно стих, выдавая запрятанную боль.
Ростислав внимательно посмотрел на неё. В его глазах не было ни капли жалости или высокомерного осуждения, только глубокое, человеческое понимание.
— Знаешь, в этой жизни абсолютно всё можно изменить. Иногда нам просто необходимо сделать один сознательный шаг назад, чтобы набрать разгон и прыгнуть далеко вперед, — сказал он очень тихо, но с такой внутренней силой, что Софии захотелось ему поверить.
Она снова слабо улыбнулась, не зная, что добавить к таким мудрым словам. Ей невероятно импонировала его природная простота и открытая искренность. Они просидели в той прохладной беседке ещё очень долго. Время там будто остановило свой беспощадный бег, подарив Софии то бесценное ощущение защищенности и покоя, которого ей так катастрофически не хватало в последние дни.
Время шло абсолютно незаметно, и София с удивлением почувствовала, как её зажатые плечи наконец полностью расслабляются, а тяжелые, мрачные мысли в голове становятся светлее и яснее. Ростислав вдруг сладко зевнул, потянулся, расправляя широкие плечи, и тепло улыбнулся.
— Знаешь, здесь становится прохладно. Может, я тебя провожу домой? — предложил он с легкой заботой в голосе. София, не раздумывая ни секунды, утвердительно кивнула.
Они неспешно поднялись и двинулись назад к шумному дому Саши, чтобы София могла найти Елену и предупредить о своем внезапном уходе. По дороге к метро Ростислав непринужденно держал руки в карманах своего темного пальто, а София, идя рядом, физически чувствовала приятное, успокаивающее тепло от его молчаливого присутствия. Когда они наконец дошли до её знакомого подъезда на Оболони, девушка остановилась на ступеньках и обернулась к своему спутнику.
— Вот мы и пришли. Это мой дом, — сказала она, нервным движением поправляя прядь волос, выбившуюся из прически, и чувствуя, как от волнения щеки слегка розовеют.
Ростислав тепло улыбнулся, и в свете уличного фонаря в его глазах промелькнула необычайная доброта.
— Продиктуешь свой номер? — просто и без лишнего пафоса попросил он, доставая из кармана смартфон. — Я бы очень хотел ещё раз с тобой встретиться и продолжить наш разговор.
София почувствовала приятное, щекочущее волнение где-то в районе солнечного сплетения, когда послушно диктовала ему цифры. Ей до безумия нравилось то, как он смотрел на неё — прямо, честно, без всякой спешки или липкой навязчивости, которая так часто отталкивает. Записав номер, Ростислав слегка наклонился и почти невесомо, очень осторожно коснулся губами её щеки.
— До встречи, София, — бархатным шепотом произнес он.
Она порывисто кивнула, затаив дыхание, и быстро, словно школьница, заскочила в полутемный подъезд. Оказавшись за надежной бронированной дверью собственной квартиры, она бессильно прислонилась спиной к холодной стене, закрыла глаза и прислушалась к себе. Сердце в груди выбивало бешеный, но радостный ритм. В голове калейдоскопом крутились его мудрые слова, его светлая улыбка, и впервые за эту бесконечную, черную неделю она почувствовала внутри что-то очень похожее на настоящую, кристальную надежду.
Еле стянув с ног блестящие туфли, София добралась до спальни, с размаху упала на расстеленную кровать и закрыла глаза. Однако долгожданный сон упрямо не шел — эмоции и яркие мысли о сегодняшнем вечере шумным роем гудели в голове. Вдруг тишину комнаты разрезал резкий звук вибрирующего телефона. На ярком экране высветилось возмущенное сообщение от Елены: «Эй, ты куда вообще пропала с радаров?!».
София широко улыбнулась и решила не писать, а сразу позвонить подруге.
— Леночка, выдыхай, я уже давно дома, не волнуйся так, — бодро сказала она, как только на том конце подняли трубку.
— София! Ты могла бы хотя бы эсэмэску кинуть! Я тебя полчаса искала по всему дому и даже в подвал заглядывала! — театрально возмутилась Елена, но сквозь её напускную злость отчетливо пробивалось бешеное женское любопытство.
— Прости меня, пожалуйста. Просто я… я сегодня познакомилась с одним парнем, — тихо, но радостно призналась София, чувствуя, как щеки в темноте снова начинают пылать огнем.
— Что-о-о?! А ну немедленно рассказывай мне все подробности! До малейших деталей! — радостно завизжала в трубку Елена, и София не выдержала, залившись звонким, счастливым смехом.
— Его зовут Ростислав. Он такой высокий, со светлыми-светлыми глазами, и просто невероятно приятный в общении. Мы проговорили полвечера в той беседке в саду, а потом он вызвался проводить меня до самого дома, — рассказывала она, абсолютно не имея сил сдержать глупую улыбку на своем лице.