Однажды, когда они думали, что я уже сплю, я услышала их ссору. Отец на полном серьезе спрашивал маму, не изменяла ли она ему. Он сказал, что «всегда подозревал», потому что я совсем не похожа ни на кого из их породы. Я почти не спала той ночью. Я никогда не спрашивала их о том разговоре. И до сих пор не спрашиваю.
К старшим классам Юля довела до совершенства свою роль «золотого ребенка». Она была громкой, компанейской, училась так себе, но обладала удивительным талантом превращать любую свою неудачу в забавную историю. Люди её обожали.
Она умела пустить слезу именно тогда, когда нужно, и всегда убеждала всех, что вынуждена «присматривать за мной» — бедной, неуклюжей заучкой, которая даже шуток не понимает. При друзьях она часто называла меня «Доктор Фрик». А когда я действительно стала врачом, она повысила меня до «Мажорки с дипломом». Прогресс, не так ли?
Когда я поступила в медицинский университет имени Богомольца на бюджет — заветное государственное место! — мои родители восприняли это на удивление молча. Никакого празднования. Никаких гордых объятий. Мама лишь скептически скривила губы и спросила, за кого я собираюсь выйти замуж, ведь «мужчины не любят женщин, которые строят из себя умнее их».
Я тогда ответила, что, возможно, выйду замуж за саму себя. Она даже не улыбнулась.
Они не дали мне ни копейки за все годы обучения. Весь медуниверситет я подрабатывала официанткой, брала ночные дежурства санитаркой, соглашалась на смены, от которых все отказывались. Домой я возвращалась с гудящими ногами и усталостью, въевшейся в самые кости. Тем временем моя семья считала, что я живу как в сказке в столице. За шесть лет они не навестили меня в общежитии ни разу.
Прошли годы. После интернатуры я наконец получила первую стабильную работу, которая дала мне ощущение, что я больше не тону в нищете. Со своим мужем я познакомилась во время ночного дежурства в больнице. Очень романтично, если вас привлекает совместное истощение и круги под глазами.
Со временем мы смогли позволить себе арендовать квартиру, где в холодильнике было что-то большее, чем просто вермишель быстрого приготовления. И именно тогда начались те самые звонки.
«Катя, можешь помочь со счетом за газ?»
«Катя, ты не могла бы выступить поручителем по кредиту?»
«Ты же врач, спроси там у своих коллег про шишку на спине дяди Павла».
Я помогала всем, чем могла, в основном без всяких колебаний. А когда мои родители приблизились к пенсионному возрасту — слишком рано и с абсолютно пустыми карманами — я взяла всё на себя. У них никогда не было собственного жилья. Постоянные аренды, долги, испорченная кредитная история. Каждый раз находилась какая-то новая отмазка, почему всё так плохо.
Поэтому я взяла ипотеку и купила для них скромный двухкомнатный домик в Ирпене. Я просто приехала и протянула им ключи. Сказала, что это мой подарок, а все выплаты банку я беру на себя.
Дом оформлен на мое имя, но они живут в нем так, будто это их собственная крепость. Ни копейки за аренду. Коммуналка? Чаще всего оплачиваю я. Медицинские вопросы? Да, у меня есть доступ к хорошим врачам и скидкам. Я никогда не говорила им «нет».
Вплоть до недавнего времени. Несколько месяцев назад позвонила Юля. Её Лиля — та самая племянница, которая по умолчанию идеальна, — прошла отбор в престижный летний ИТ-лагерь.
«У неё твои мозги, Катя», — сказала тогда Юля таким тоном, будто делала мне огромный комплимент. — «Это может изменить всю её жизнь».
Я спросила, сколько это стоит.
«Более тридцати пяти тысяч гривен», — ответила сестра. — «Но оно того стоит. И кто, как не ты…»
На этих словах я перестала слушать. Моя Полина никогда не ездила в такие дорогие лагеря. Не потому, что мы не могли себе этого позволить; она просто никогда не просила. Она практичная. Рассудительная. Ей бы и в голову не пришло требовать у меня такие деньги, хотя она имела на это полное право.
Я сказала Юле «нет». Вежливо, но очень твердо. Я объяснила, что и так тяну ипотеку за родительский дом, оплачиваю их медицинские счета и непредвиденные расходы. Посоветовала попробовать податься на грант или попросить рассрочку у организаторов.
Её тон изменился мгновенно. Вместо меда полился яд.
«Ого. Классно, наверное, иметь всё и при этом оставаться такой скрягой. Она же твоя племянница! Ты просто завидуешь, потому что у Лили действительно есть большое будущее».