Адмирал Бережный сел на Максимов диван без приглашения — привычное, раскованное движение человека, который всю жизнь отдавал приказы и командовал тысячами подчинённых.
— Те трое подозреваемых, которых вы вчера так мастерски «вырубили», уже дают показания, но это лишь мелкие пешки. Люди, которые на самом деле управляют этой сетью похитителей, очень умны, прекрасно финансируются и имеют серьёзные связи.
— Нам позарез нужен человек изнутри, — продолжил адмирал, глядя прямо в глаза бывшему спецназовцу. — Кто-то, кто сможет свободно действовать в тех кругах, где оперативники СБУ или ГБР сразу привлекут к себе внимание. Кто-то с вашим уникальным набором навыков.
Максим медленно покачал головой.
— Господин адмирал, я в отставке. Я давно оставил ту жизнь в прошлом.
— Я прекрасно это понимаю, но просто выслушайте меня до конца. — Бережный чуть подался вперёд. — Это не возвращение на действительную военную службу. Это краткосрочный контракт. Максимум на полгода, возможно, даже меньше. Вы будете работать в связке со следственной группой, помогать идентифицировать цели, собирать разведданные и, при необходимости, обеспечивать физическую защиту свидетелей и жертв. Оплата — 50 тысяч долларов за шесть месяцев, плюс полный пакет страхования и логистическое обеспечение.
— И самое главное: график будет абсолютно гибким. Вы сможете подстраивать его под потребности вашей дочери.
Максим уже открыл рот, чтобы категорически отказаться, но адмирал поднял руку, останавливая его.
— Прежде чем вы скажете «нет», позвольте объяснить, с кем мы имеем дело. Эта группировка похищала молодых женщин — и гражданских, и даже военнослужащих — чтобы незаконно переправлять их за границу.
— Мы считаем, что у них есть несколько перевалочных баз на юге Украины. Каждый день, пока мы их не накрыли, означает, что может исчезнуть ещё одна девушка. Нам нужны такие люди, как вы, Максим. Люди, способные сделать то, что вы сделали вчера на парковке.
Максим тревожно взглянул в сторону кухни, откуда доносилось тихое мурлыканье Соли — девочка напевала какую-то детскую песенку.
— Господин адмирал, у меня есть дочь. Она — весь мой мир. Я больше не могу позволить себе рисковать жизнью и подвергать её опасности.
— Я это уважаю. И я ни за что не пришёл бы сюда, если бы не был абсолютно уверен, что вы — именно тот человек, который нам нужен. Но подумайте вот о чём… Те негодяи целенаправленно охотились на мою дочь. Что помешает им прийти за вашей?
Эти слова ударили Максима сильнее любого физического удара. Он резко поднялся, его кулаки невольно сжались так, что побелели костяшки.
— Вы сейчас угрожаете моему ребёнку?!
— Нет, — совершенно спокойно ответил адмирал. — Я констатирую суровый факт. Эти люди не играют по правилам. Им плевать на законы и мораль.
— Если они решат, что вы представляете для них угрозу — а после вчерашнего инцидента вы стопроцентно стали для них угрозой, — они придут за вами. Или, что ещё хуже, они придут за Соломией, чтобы добраться до вас. Лучший и единственный способ защитить вашу дочь — это помочь нам уничтожить их раз и навсегда.
Мысли в голове Максима неслись с бешеной скоростью. Он всей душой хотел отказаться. Хотел выставить этого человека за дверь, забыть о похитителях, криминале и федеральных расследованиях и просто жить своей тихой жизнью с Солей. Но адмирал был прав. Вчера на той парковке он сам, добровольно, засветился на их радарах. И если существовал хоть малейший, крошечный шанс, что они попытаются навредить Соле…
— Мне нужно подумать, — наконец глухо произнёс Максим.