После бессонной, полной кошмаров ночи Лера решила обязательно сходить в местный магазин. Ей просто необходимо было хоть как-то отвлечься, сменить картинку перед глазами и привести мысли в порядок. Садиться за руль своего автомобиля она категорически не решилась — слишком сильно дрожали руки, да и концентрация была нулевой.
Поэтому женщина накинула теплую куртку, замотала шею объемным шарфом и пошла пешком, искренне надеясь, что прохладный осенний воздух поможет ей немного прийти в себя. Она шла вдоль длинной улицы, слушая, как под ногами тихо шуршит опавшая мокрая листва. На обратном пути, погруженная в собственные тяжелые раздумья, Лера случайно свернула не в тот переулок. Она осознала свою ошибку лишь тогда, когда один из домов вдруг привлек ее внимание своей жуткой пустотой.
Окна этого большого кирпичного здания были плотно закрыты темными тяжелыми шторами, сквозь которые не пробивалось ни единого лучика света. Двор выглядел крайне запущенным: сухая трава по пояс, неубранные листья на дорожках, покосившаяся калитка. Казалось, жизнь покинула это место очень давно. Резко развернувшись, Лера быстрым шагом направилась обратно к своей улице.
Но уже на самом подходе к собственному двору ее вдруг громко окликнула соседка. Это была Надежда Степановна — пожилая женщина, жившая через два дома от них. Раньше они с Андреем никогда особенно не общались с ней, ограничиваясь лишь вежливыми приветствиями и дежурными вопросами о погоде. Лера была совсем не в настроении для пустых разговоров, поэтому сначала попыталась сделать вид, что просто не услышала приветствия.
Но Надежда Степановна не сдавалась и продолжала звать соседку, опираясь на свою деревянную трость. Женщине пришлось все же остановиться, обернуться через плечо и натянуто помахать пенсионерке рукой.
— Как ваши дела, Лерочка? Держитесь? — заботливо, с неподдельным сочувствием в голосе спросила старушка, подходя ближе.
— Все понемногу, спасибо вам большое, — сдержанно и тихо ответила Лера. — А вы как тут поживаете? Как здоровье?
— Ой, да немного хвораю, деточка, — горько пожаловалась Надежда Степановна, поправляя платок. — С этой сырой погодой мои старые суставы совсем покоя не дают. Еле ноги передвигаю, хорошо, что хоть до магазина дошла.
— Да уж, погода нас совсем не радует в последнее время, — вежливо согласилась Лера, переступая с ноги на ногу от холода. — Так хочется хоть немного яркого солнца. Я с самого утра включаю свет во всех комнатах, чтобы день хоть чуть-чуть был похож на день.
— А между тем кто-то в нашем кооперативе умудряется совсем не раздвигать шторы. Даже в такую пасмурную, серую погоду сидят в темноте, — задумчиво произнесла старушка.
И тут Надежда Степановна посмотрела на Леру с каким-то очень странным, почти трагическим выражением лица.
— Ты ведь про дом Ковальчуков говоришь? Свернула в их переулок? — печально, почти шепотом спросила она.
— Не знаю даже, какая у них фамилия. Просто заметила такой заброшенный дом недалеко от нас, возле старого дуба, — пожала плечами Лера.
— Ой, золотце мое, это и есть Ковальчуки, — с тяжелым вздохом подтвердила соседка. — После того как случилась та страшная беда с их доченькой, они почти сразу уехали отсюда. Теперь появляются здесь крайне редко. Им сейчас очень тяжело, ведь в том доме абсолютно все напоминает об их Сашеньке.
— О, Боже мой! Какое горе… — искренне вздохнула Лера, прижав руку к груди. — Это чистая правда, место, где ты был безмерно счастлив с кем-то, после утраты превращается в настоящую тюрьму для души.
На глазах Леры мгновенно выступили горячие слезы от воспоминаний о собственной утрате.
— Мне так жаль тебя, дочка, — Надежда Степановна ласково погладила ее по плечу своей морщинистой рукой. — Твой Андрюша был таким замечательным, приветливым мужчиной. Всегда здоровался, помогал, если что-то нужно было.
— Спасибо вам за понимание и теплые слова, — прошептала Лера, глотая слезы. — А что же… что случилось с той девочкой? С Сашей?
— Сашеньке было всего семнадцать, — с глубокой болью рассказывала пожилая соседка, вглядываясь куда-то вдаль. — Необыкновенно красивая, умная и талантливая девочка. Пропала без вести в июле того года. Искали всем поселком, полиция с собаками приезжала… А нашли через несколько дней. Врачи делали все возможное, но жизнь ребенка трагически оборвалась. Бедное дитя. Господи, Боже мой! За что же такие муки родителям…
Лера от неожиданности даже прикрыла рот ладонью. Ее глаза широко распахнулись от ужаса.
— Это так ужасно! Это просто какая-то катастрофа! — содрогнувшись, произнесла она.
— Ты даже не представляешь, что тут тогда творилось! — с грустью качала головой Надежда Степановна. — Особенно ее парень переживал! Первая, чистая любовь! Он ей столько подарков делал, кулончик какой-то красивый подарил на память незадолго до трагедии. И тут вдруг такое горе!
— Кулончик? — тихо переспросила Лера, чувствуя, как земля уходит из-под ног. — Надежда Степановна, а Саша случайно не играла на гитаре?
Соседка лишь печально кивнула, подтверждая ее догадки.
— Она была лауреаткой всех возможных музыкальных конкурсов в столице! — с гордостью, но сквозь слезы подтвердила пенсионерка. — Прекрасная девочка с большим будущим!