Ей было двадцать два года. Недавно она окончила педагогический университет и теперь работала воспитательницей в том самом садике, куда то ходил, то не ходил Марк. Соседкой Тараса она стала четыре года назад. Тогда она переехала в столицу, поступила в вуз и поселилась в квартире, доставшейся ей в наследство от бабушки. Так сложилось, что Юля сразу подружилась с покойной Викторией, а после трагедии стала настоящей опорой для Тараса и его сына.
— Папа! Машина приехала! — ещё сильнее запрыгал Марк, показывая на жёлтую машину, въезжавшую во двор.
— Всё, мы поехали. Пока! — Тарас закинул чемоданы в багажник. Осторожно посадил сына в детское автокресло и тщательно застегнул все ремни безопасности.
— Пока-пока! Я тебе самую красивую ракушку привезу! — махал обеими ручонками Марк сквозь открытое окно.
— Счастливой дороги! Хорошего отдыха! — махала им вслед Юлия.
Она долго провожала такси задумчивым, чуть грустным взглядом. Потом тяжело вздохнула. Девушка была искренне рада, что эта маленькая семья наконец отправилась к морю. Радовалась, что Тарас понемногу начал приходить в себя после своего страшного горя. А ещё Юля ценила их тёплые, доверительные отношения. Но вместе с тем она чётко понимала: чтобы не разрушить эту хрупкую дружбу, она никогда в жизни не решится признаться Тарасу, что давно и безнадёжно в него влюблена.
Тарас тихо смеялся, сидя на тёплом песке. Его сынишка, который впервые в жизни увидел настоящее море, просто сходил с ума от счастья. Марк носился по широкому пляжу, с разбега влетал в линию прибоя, разбрасывал во все стороны солёные брызги, с азартом искал цветные камешки и ракушки.
Они поселились в чудесном семейном комплексе «Лесная жемчужина» на побережье. Здесь был прекрасный ресторан с продуманным детским меню, большие бассейны и аниматоры. Накануне поездки Тарас тщательно проконсультировался со столичным педиатром по поводу витаминов и акклиматизации. Сейчас он внимательно следил, чтобы сын не снимал панамку, и обещал ему, что завтра они обязательно поплывут на большом белом кораблике искать настоящих дельфинов. Одним словом, этот отдых начинался просто идеально.
— Папа! Папа! — голос Марка, который неожиданно подлетел к шезлонгу, резко вырвал Тараса из размышлений о том, не сходить ли им вечером на детское представление.
— Что такое, разбойник? — тепло улыбнулся отец. — Опять мороженого хочешь? Смотри, а то лопнешь!
— Папа! — голос мальчика дрожал, а большие глаза блестели от непонятного шока. — Там… мама!
— Что? — Тарасу показалось, что он недослышал из-за шума волн.
— Мамочка! Там мама! — ребёнок, вытянув дрожащую ручку, показывал куда-то за спину отца. — Она… Она вернулась! Она не умерла!
Медленно, словно в самом страшном ночном кошмаре, где за твоей спиной притаился монстр, Тарас обернулся. «Что за чушь говорит мой сын?» — мелькнула паническая мысль. Этого просто не могло быть! Любовь всей его жизни погибла. Это факт. Он сам организовывал похороны, сам покупал цветы. Они с Марком каждый месяц ездили на кладбище, ставили свежие розы у памятника, с которого Вика так нежно улыбалась им с фотографии… Так как же его мальчик мог увидеть её здесь, за тысячи километров от дома?
Тарас обернулся. И почувствовал, как земля буквально уходит из-под ног. Его глаза расширились от неконтролируемого шока.
Это было настолько нереально, страшно и дико, что походило на галлюцинацию. Тарас поднялся с шезлонга и пошёл в сторону моря, не чувствуя ни раскалённого песка, ни собственных ног. Сердце колотилось так сильно, что, казалось, сейчас проломит рёбра. В голове пульсировал лишь один вопрос: «Как это возможно?!» И вот он остановился в двух шагах от неё.
Губы Тараса сами собой приоткрылись. Из груди был готов вырваться то ли безумный крик, то ли истерический вопрос. Но в последний момент он невероятным усилием воли взял себя в руки.
— Простите, — его голос охрип, слова давались тяжело. — Н-но вы… Вы просто невероятно похожи на мою покойную жену! Простите меня… Но кто вы такая?
Женщина, которая до этого спокойно вытирала мокрые волосы пушистым полотенцем, резко вздрогнула. Она подняла глаза и уставилась на него так, будто он был призраком. В её больших карих глазах за секунду промелькнул целый спектр эмоций: растерянность, шок, недоверие, а потом — горькое понимание.
За эти несколько секунд Тарас успел проанализировать её лицо. Да, сходство было феноменальным! Но эта молодая женщина в изумрудном купальнике была заметно стройнее, чем его Виктория даже до беременности. Его Вика всегда носила длинные густые волосы натурального цвета, а эта незнакомка была со стильным коротким светлым каре. Черты её лица казались чуть более острыми, а губы — чуть более пухлыми. Но глаза… Глаза были те же.
— Ваша жена? — переспросила женщина с очень странной интонацией. Она прищурилась, нервно поджала губы и тяжело вздохнула. — Мои соболезнования… Меня зовут Екатерина. А Вика… Вика была моей сестрой-близнецом.