До конца их средиземноморского отпуска оставалось ещё больше недели. И теперь они встречались с Катей почти каждый день. Гуляли по набережной, сидели в кофейнях, обсуждали всё на свете. Тарас даже купил ей роскошный букет местных цветов. А однажды вечером, оставив сына под присмотром аниматоров в детской комнате отеля, он пригласил Екатерину в тихий ресторан у моря. И, едва дождавшись заказа, выпалил самое главное.
— Жениться?! — она уставилась на него так, будто он только что предложил ей ограбить банк. — Тарас… Ты с ума сошёл? С чего ты вообще взял, что я на такое соглашусь? Мы же едва знакомы, мы разные люди! Нет! Это просто невозможно! — Катя заметно занервничала, отодвигая от себя бокал с вином.
— Катя, послушай, я понимаю, что, наверное, слишком гоню лошадей, — горячо заговорил Тарас, перегибаясь через стол. — Но ты должна меня понять! Вы же близнецы! У вас одна кровь, одна природа!
Он отчаянно пытался донести до неё свою теорию. Доказывал, что они просто созданы для того, чтобы стать семьёй.
— Я ни за что не поверю, что Маркус тебе совершенно безразличен! — убеждал Тарас. — Зачем бы ты тогда проводила с нами столько времени? Катя, это же знак судьбы! Это наш шанс перестать быть одинокими!
В глубине души Тарас начал пугаться самого себя. «Кажется, я становлюсь одержим ею», — мелькнула трезвая мысль. Да, у неё был другой характер, но это лицо… Он просто не мог представить, чтобы рядом с ним когда-нибудь оказалась другая женщина с другим лицом.
— Боже, никогда бы не подумала, что дойдёт до такого маразма, — мрачно хмыкнула Екатерина, резко обрывая его тираду. — Ну что ж, придётся сказать тебе горькую правду… Хочешь знать, почему я трачу на вас своё время? Потому что мне стало стыдно. Да, представь себе, во мне проснулась банальная совесть за то, что я столько лет игнорировала родную сестру! Я прекрасно понимаю, что этими несколькими прогулками прошлого не исправить. Но это лучше, чем ничего, правда? Что касается Марка — ну, не знаю… Могу присылать ему подарки на дни рождения. Возможно, когда-нибудь ещё пересечёмся на отдыхе… Но не больше!
— Этого мало! — отрицательно покачал головой Тарас. — Катя, ты не понимаешь! Если бы Вика могла видеть нас с того света, она бы точно это одобрила! Она была бы счастлива, что мы…
— Так, стоп! Хватит! — Екатерина резко подняла руку. Она жестом подозвала официанта, бросила на стол несколько купюр, даже не взглянув на счёт, подхватила свою сумочку и резко встала. — Не думаю, что нам стоит продолжать этот бессмысленный разговор. Да и вообще встречаться. С меня хватит. Прощай!
— Катя, подожди! — он бросился за ней следом.
Тарас долго извинялся. Умолял простить его за этот эмоциональный срыв, уверял, что просто обезумел от горя и больше никогда не поднимет эту тему. Екатерина, тяжело вздохнув, в конце концов смягчилась. В следующие несколько дней до конца отпуска они встретились ещё пару раз, поддерживая прохладный, вежливый нейтралитет.
А накануне вылета Катя сама предложила отвезти их в аэропорт на арендованной машине. Тарас с радостью согласился. И вот они ехали по залитой солнцем трассе. Накануне они ещё раз чётко договорились, что останутся просто знакомыми. Но в машине Тарас снова почувствовал, как накатывает паника. Он буквально физически не мог представить, как они с Марком вернутся в пустую киевскую квартиру. Сыну нужна мама, а ему — жена с лицом Виктории! Он решил рискнуть ещё раз.
— Послушай… — начал он, не сдержавшись, поворачиваясь к ней с пассажирского сиденья. — То, о чём мы говорили тогда в ресторане…
— Знаешь, Тарас, я начинаю очень жалеть, что вообще подошла к вам на том пляже, — сквозь стиснутые зубы процедила Екатерина, не отрывая взгляда от дороги. — Я же всё объяснила! Мы с сестрой — разные люди! Я рада за неё, но я…
Она не успела договорить. Потому что именно в эту роковую секунду из-за слепого поворота на бешеной скорости вылетел массивный грузовой фургон.