Поначалу Лиза очень уставала, ведь практически весь день она находилась рядом с детьми, которые требовали к себе постоянного внимания, ответов на тысячу вопросов и участия в активных играх. Но уже через несколько дней после того, как она приступила к работе, произошёл один трогательный случай.
После сытного обеда она укладывала мальчиков на дневной сон. Сидя в глубоком кресле у их кроваток, Лиза читала им сказку. Она и сама не заметила, как от усталости и монотонности собственного голоса незаметно уснула прямо с книжкой в руках. Проснулась девушка от того, что кто-то очень аккуратно и неловко её укрывал. Открыв глаза, Лиза увидела, что шестилетний Саша заботливо набрасывает на неё пушистое детское одеяло, а маленький Пашенька тихо сидит на стульчике рядом, стараясь не шуметь, и сосредоточенно рисует в альбоме, время от времени прикладывая пальчик к губам.
Лиза так растрогалась, что горячие слёзы невольно покатились по её щекам. Девушка с каждым днём всё больше и больше привязывалась к этим светлым детям. И когда на выходные она уезжала в Киев, в свою пустую квартиру, то уже с первого дня начинала страшно по ним скучать.
Однажды, подъехав к своей сталинке на Соломенке, Лиза заглянула в почтовый ящик и обнаружила там официальное уведомление: через неделю ей необходимо явиться в районный ЗАГС для официального расторжения брака с гражданином Антоном. Такое же уведомление было адресовано и ему, поскольку он пока ещё был официально прописан в Лизиной квартире.
Девушка сначала сама хотела отнести эту бумажку и бросить её в почтовый ящик бывшей подруги на Позняках, где сейчас жил предатель. Но потом, немного подумав и сохранив достоинство, решила просто вложить её в конверт и отправить Кристине по почте.
Упоминание об Антоне снова всколыхнуло в Лизе болезненное чувство обиды и возмущения тем, как подло он с ней поступил. Чтобы хоть немного отвлечься от мрачных мыслей, она включила музыку и начала генеральную уборку. Она как раз домывала пол в коридоре, когда услышала резкий звонок в дверь. Наскоро пригладив растрёпанные волосы, Лиза открыла и увидела на пороге Антона. Он нетерпеливо переминался с ноги на ногу.
— Наконец-то я тебя застал! — возмущённо бросил он, по-хозяйски проходя в квартиру в грязной обуви. — Несколько раз уже приезжал, но тебя вечно нет дома. Где ты шляешься?
— Что тебе нужно? — устало и холодно спросила Лиза, опираясь на швабру.
— Вещи свои хочу забрать. Если ты их, конечно, в истерике не выбросила на помойку.
— Все твои вещи, — Лиза равнодушно кивнула на чёрные пакеты, которые до сих пор аккуратно стояли в углу коридора, — вон там. Забирай и уходи, мне некогда.
— Куда это ты так спешишь? Неужели в гости кого-то ждёшь? — он нагло, прищурившись, оглядел бывшую жену. — Я смотрю, ты не очень-то убиваешься из-за того, что я тебя бросил?
— А из-за чего тут убиваться? — пожала плечами Лиза. — Ушёл — так и иди себе с миром.
На самом деле это видимое спокойствие давалось ей титаническими усилиями. Внутри всё просто клокотало от злости и горечи, но она категорически не хотела давать Антону ни малейшего повода для злорадства.
— Тогда знай! — злобно прищурился муж, которого задело её равнодушие. — Я тебя никогда не любил! Женился только ради киевской квартиры. Надоело по съёмным углам да общагам мыкаться. Ты хоть в зеркало себя видела? — продолжал он сыпать ядом. — Кристина, по сравнению с тобой, просто королева! И квартира у неё в новостройке современная, с евроремонтом, а не эта старая советская рухлядь, как твоя! К тому же она совсем скоро родит мне сына. Не то что ты, пустоцвет…
Он презрительно махнул рукой, стараясь подчеркнуть Лизину «никчёмность».
Девушка молча слушала эту грязь. Её трясло мелкой дрожью. Она развернулась, пошла в комнату и, вернувшись, молча протянула мужу уведомление из ЗАГСа.
Он быстро пробежался глазами по тексту и радостно воскликнул:
— Ну что ж, просто замечательно! Теперь-то я точно смогу официально жениться на Кристине. Она постоянно меня с этим подгоняет, хочет, чтобы ребёнок родился в законном браке. А нас с тобой больше ничего не будет связывать!
Он сгреб пакеты со своими вещами и вышел, привычно хлопнув дверью.
А Лиза так и осталась стоять в прихожей. Она бессильно опустилась на мягкий пуфик у вешалки, закрыла лицо руками и горько, навзрыд расплакалась. За окном уже начинало смеркаться. Лиза вдруг ясно поняла, что просто физически не сможет сегодня ночевать в этой квартире одна, наедине со своими демонами. Она быстро переоделась, вызвала такси и поехала обратно, в коттедж под Киевом.
Там она точно не будет одинокой. Там её ждут её любимые мальчишки, которые своим щебетом мгновенно отвлекут её от мрака. Анна Петровна очень удивилась её внезапному вечернему приезду в выходной, но, увидев заплаканное и осунувшееся лицо девушки, тактично не стала задавать лишних вопросов.
А вот Саша и Павлик невероятно обрадовались, что их няня вернулась раньше. Они прыгали вокруг неё, наперебой рассказывая, чем занимались целый день и какую башню построили из конструктора.
— Ну что, мальчишки, пойдём в ванну! — бодро предложила Лиза, чувствуя, как боль отступает.
Братья с радостью согласились, потому что каждое купание превращалось для них в увлекательную игру. Няня разрешала брать с собой резиновые игрушки, и они все вместе отправлялись в «морское путешествие» по пенным волнам. Лизе безумно нравилось возиться с этими детьми. Она мысленно уже приняла тот страшный факт, навязанный мужем, что у неё никогда не будет своих детей, и решила отдавать всю свою нерастраченную материнскую любовь и заботу этим мальчикам, которые так рано остались без самого родного человека.
Незадолго до Нового года Максим Григорьевич пригласил Лизу к себе в кабинет.
— Елизавета Павловна, у меня к вам есть одна небольшая просьба, — он выдержал паузу. — На новогодние каникулы я вынужден улететь в Испанию. Друзья-партнёры пригласили, и я не мог отказаться, потому что там будут люди, которые очень важны для моего бизнеса. Не могли бы вы в эти праздничные дни остаться с детьми? Я понимаю, что вам придётся обойтись без выходных, но я компенсирую ваше время в двойном размере.
Он выжидающе смотрел на девушку.
— Конечно, Максим Григорьевич, — сразу согласилась Лиза. Но вдруг замялась, не зная, как правильно сформулировать свою просьбу.
— Что-то не так? — нахмурился он.
— Я бы очень хотела перед вашим отъездом съездить в село на Житомирщину, к родителям. Отвезти им подарки и поздравить с праздниками. Можно мне попросить у вас дополнительный выходной? Всего один день, чтобы выехать в четверг, а в субботу я уже вернусь!
Максим Григорьевич с облегчением вздохнул и искренне рассмеялся.
— И это всё? Я даю вам целых два дополнительных дня! Так что смело можете отправляться к родным. И ещё… я распоряжусь, чтобы Анна Петровна подготовила хорошие подарки и деликатесы для ваших родителей от меня лично.
В четверг утром водитель Кирилл довёз её до киевского автовокзала. Лиза села в рейсовый междугородний автобус, нагруженная фирменными пакетами с подарками, и отправилась в родное село. Максим Григорьевич настаивал, чтобы Кирилл отвёз её прямо к дому на комфортной машине, но Лиза категорически отказалась. Она хорошо знала сельские реалии: если она приедет на такой дорогой машине с водителем, сразу поползут грязные сплетни.
Открыв знакомую деревянную калитку, Лиза вошла во двор и сразу увидела отца, который широкой лопатой расчищал снег у крыльца. Увидев дочь, Павел Ефимович бросил лопату и поспешил к ней.
— Чего же ты не предупредила, что приедешь? — радостно спросил он, крепко обнимая Лизу. — Мы же тебя только под самый Новый год ждали!
— Вот, вырвалась раньше! — весело ответила девушка, чьи щёки раскраснелись от мороза. — А мама дома?
Мать уже выскочила на крыльцо, всплёскивая руками от неожиданной радости.
— Мамочка! — Лиза бросилась к ней. — Как же я соскучилась!
— Пойдём в дом, дочка, а то замёрзнешь, — ласково приговаривала Нина Фёдоровна. — Отец, радость-то какая у нас!
Лиза подняла тяжёлые пакеты и вслед за мамой вошла в тепло. Она остановилась на пороге и полной грудью вдохнула аромат родного дома. Здесь пахло сушёными травами, терпким табаком, который курил отец, и свежей домашней выпечкой.
— А я как раз оладушек напекла! — суетилась мать. — Прямо как сердцем чувствовала, что ты приедешь. Давай, раздевайся — и к столу! А отца надо в лес послать, пусть сосёнку срубит, — предложила она. — А то мы давно ёлку не ставили, игрушки с чердака надо достать…
— Мам… — Лиза виновато посмотрела на Нину Фёдоровну. — Я не смогу на сам Новый год остаться.
— Батюшки! — всплеснула руками мать. — Как же так?
— Понимаешь, Максим Григорьевич попросил меня на праздники за детьми присмотреть, пока он будет в командировке за границей.
— И охота тебе, дочка, с чужими детьми возиться, — тяжело вздохнула женщина, садясь на табурет. — Своих бы уже пора нянчить…
— Мама! — с болью воскликнула Лиза. — Но ведь ты знаешь, что я не могу иметь детей. Антон же говорил…
— Да кто тебе такое сказал, глупенькая?! — возмутилась мать, аж вскочив. — Ты же сама говорила: врачи подтвердили, что с тобой всё прекрасно!
— Но ведь у Антона скоро ребёнок родится от Кристины, — Лиза низко опустила голову, чтобы скрыть слёзы. — Значит, вся проблема была именно во мне.
— Ох, дочка, дочка, — запричитала Нина Фёдоровна. — Чует моё материнское сердце, что не всё там у него так гладко с той городской вертихвосткой! Кстати, ты о нём что-нибудь слышала?
— Приходил за вещами. Хвастался, что очень счастлив со своей красавицей. Говорит, она его уже прописала в своей шикарной квартире. Из моей он наконец выписался.
— Вот же негодяй! — Нина Фёдоровна с досадой хлопнула ладонью по столу. — Это он специально тебе рассказывает, чтобы самолюбие своё потешить и тебя уколоть!
— Да ну его, мама, даже вспоминать противно, — махнула рукой Лиза. — Пойдём, я лучше покажу, какие роскошные подарки я вам с папой привезла от своего шефа!
Следующие два дня Лиза отдыхала душой: помогала маме по хозяйству, расчищала с отцом снег во дворе, пила чай с травами. В субботу родители провожали дочь на автобус. Они собрали Лизе огромные сумки с разными домашними разносолами, чтобы она непременно угостила Максима Григорьевича и ребят.
Подъехав к Киеву, девушка едва вытащила эти неподъёмные сумки из багажника автобуса. Пришлось снова вызывать такси, чтобы с этой поклажей доехать до коттеджного посёлка. Затащив тяжёлые сумки в мраморный холл, Лиза остановилась и тяжело перевела дух.
— Лизонька! — ей навстречу вышла Анна Петровна. — Что же вы такие тяжёлые сумки таскаете?!
— Да вот, — улыбнулась девушка, вытирая лоб, — мои родители гостинцы вам всем передали. И я теперь не знаю, что с этим добром делать. Вряд ли вы тут будете есть простые деревенские угощения… — простодушно добавила она, оглядывая дорогой интерьер.
— Как это не знаете, что делать? — неожиданно раздался громкий и радостный голос Максима Григорьевича, который спускался по лестнице. — А ну давайте, выкладывайте всё на стол в столовой, а мы сейчас будем всё это дегустировать!
Лиза торопливо начала доставать из сумок баночки с хрустящими солёными огурцами, маринованными помидорами, белыми грибочками, баночки с малиновым и ежевичным вареньем, домашние пирожки и немалый кусок свежего сала с мясной прослойкой.
— М-м-м, какая роскошь! — зажмурился Максим Григорьевич, откусывая половинку хрустящего огурца. — Последний раз я такое ел в глубоком детстве, у своей бабушки в деревне.
— Вы бывали в деревне? — искренне удивилась Лиза, не представляя этого лощёного бизнесмена среди сельских грядок.
— Конечно! — рассмеялся мужчина, нарезая сало тонкими ломтиками. — И это было самое счастливое время моего детства. В Полтавской области жила бабушка по отцовской линии, и меня отправляли туда на все летние каникулы. Вот где было настоящее раздолье! Бабушка пекла мои любимые ватрушки… Точно такие же, как передала ваша мама!
Лиза смотрела на него широко раскрытыми глазами. Она даже представить не могла, что этот импозантный мужчина в дорогих костюмах скучает по простой деревенской еде.
— Передавайте огромное спасибо вашим родителям, — тепло обратился он к Лизе. — Всё невероятно вкусно. Знаете, ни одно, даже самое изысканное блюдо из мишленовского ресторана никогда не заменит домашней еды, приготовленной с любовью и душой.
На сам Новый год в холле дома установили настоящую, высоченную живую ёлку, которая пахла хвоей на весь коттедж. Лиза с детьми всё утро увлечённо её украшали. Закончив работу, они отошли в сторону, чтобы полюбоваться этой пушистой красавицей, которая вечером обязательно засияет яркими огоньками гирлянд. Потом все трое выбежали во двор лепить снеговика, долго бегали по пушистому снегу и устроили настоящую битву снежками.
Раскрасневшиеся и совершенно счастливые, они вернулись в дом. Анна Петровна только всплеснула руками, увидев на пороге детей и их няню, одежда которых была облеплена снегом с ног до головы. Лиза лишь смущённо смеялась и клятвенно обещала, что сама вытрет все лужи на мраморе.
Накормив мальчиков обедом, Лиза уложила их отдыхать, а сама спустилась на кухню, чтобы помочь Анне Петровне приготовить праздничный ужин. Кроме ребят, за новогодним столом должны были собраться Лиза, Анна Петровна и водитель Кирилл, которому в этот вечер было не с кем встречать праздник. Для каждого Лиза заранее приготовила сюрпризы. Саше — большую детскую медицинскую энциклопедию с яркими картинками (помня о его мечте стать врачом). Для Пашеньки — огромный набор для рисования. Анне Петровне — мягкие тёплые домашние тапочки, а Кириллу — стильную термокружку для машины. Все подарки она красиво упаковала и спрятала под ёлку.
Вечером все собрались за большим столом, чтобы сначала проводить старый год. Алкоголя на столе принципиально не было — у всех в хрустальных бокалах был налит гранатовый или яблочный сок, но атмосфера была невероятно весёлой и тёплой. Особенно радовались Саша и Паша. Они сначала немного расстроились, что папы нет рядом, но дядя Кирилл так мастерски и смешно рассказывал разные истории из своей водительской жизни, что их тоску как рукой сняло. Они хохотали вместе со взрослыми до слёз.
Потом все перешли в холл, включили гирлянды на ёлке и начали дарить друг другу подарки. Пашенька протянул Лизе рисунок, который создал сам. На нём была изображена девушка, которая крепко держала за руки двух мальчиков, а внизу кривыми печатными буквами было выведено: «Паша — Лиза — Саша». Лиза растроганно улыбнулась — надпись, конечно же, помогал делать старший брат.
Саша подарил ей открытку в виде ёлки и подписал «С Новым годом!», вот только некоторые буквы смотрели в другую сторону. От Анны Петровны Лиза получила роскошную пуховую шаль, которую та связала специально для неё. А Кирилл, страшно смущаясь и краснея, протянул ей большую коробку дорогих швейцарских конфет, явно испытывая к девушке симпатию.
Все были так увлечены рассматриванием подарков, что едва не пропустили бой часов.
— Загадывайте скорее желание! — взволнованно воскликнула Анна Петровна.
Лиза крепко зажмурилась и от всего сердца загадала, чтобы у неё тоже когда-нибудь было двое таких замечательных сыновей, как Паша и Саша, и обязательно — маленькая дочка.
— Ура! С Новым годом! С новым счастьем! — радостно закричали все, обнимаясь и поздравляя друг друга.
После окончания новогодних праздников, когда Максим Григорьевич вернулся из Испании, Лиза в свои законные выходные поехала в собственную квартиру на Соломенку. Она вошла в пустые комнаты и сразу включила телевизор, чтобы хоть как-то заполнить тишину, которая так давила после шумного детского смеха в коттедже.
Под монотонный звук какого-то ток-шоу она незаметно задремала. Проснулась от резкого, непрерывного звонка в дверь. Лиза потрясла головой, думая, что ей это снится, но звонок разорвал тишину ещё раз.
— Кто там? — осторожно спросила девушка, подойдя к двери.
— Лиза, открой, пожалуйста. Это я, Антон.
Она повернула замок и увидела перед собой бывшего мужа. Он стоял с мрачным лицом, крепко держа в руке тот самый дорожный чемодан.
— Можно мне войти? — тихо и как-то жалобно спросил он.
Лиза молча отступила в сторону, пропуская мужчину в прихожую. Он снял зимнюю куртку, прошёл в гостиную и тяжело сел.
— Как же у тебя тут хорошо и спокойно… — вдруг вздохнул он, оглядываясь.
Лиза с удивлением посмотрела на Антона.
— С чего это ты вдруг так решил? Тебе же моя квартира никогда не нравилась! Ты её только «рухлядью» и «советской коробкой» называл.
— Лизонька, я был кругом неправ! — он театрально опустил глаза.
— Что же такого глобального случилось, раз ты так резко изменил своё мнение? — с иронией поинтересовалась она, скрестив руки на груди.
— Я ушёл от Кристины.
— Очень интересно, — усмехнулась Лиза. — Чем же она тебе так не угодила? Ты же ещё недавно распинался, что лучше неё нет на всём свете!
— Она меня жестоко обманула, — Антон нервно сжал подлокотники кресла. — Представляешь… ребёнок, которого она носит под сердцем, оказывается, не от меня!
— И как же ты об этом узнал? Герой-любовник…
— Я пришёл с работы раньше, хотел сделать жене сюрприз. Тихо открыл дверь своим ключом и услышал, как она разговаривает по телефону с какой-то подругой. Она советовалась с ней… спрашивала: «Как мне потом объяснить Антону, что ребёнок родится недоношенным, хотя на самом деле он должен родиться точно в срок?!». Когда я вошёл в комнату, она мгновенно бросила трубку и начала мило мне улыбаться, будто ничего не случилось.
— Кто отец этого ребёнка? — жёстко спросил я.
— Антон, что за глупые вопросы? — возмутилась она, хлопая наращёнными ресницами. — Конечно же ты, любимый!
— Не надо делать из меня идиота! — закричал я на всю квартиру. — Ещё раз спрашиваю: кто отец?!
— Да какая разница, кто биологический отец? — вдруг совершенно спокойно и нагло заявила она. — Ведь по документам он всё равно будет нашим общим, правда, котик?
— Ну уж нет! — воскликнул я. — Мне чужой ублюдок не нужен! Я за пять минут собрал свои вещи и ушёл. Вот такие дела, Лизок… — закончил он свой жалкий рассказ.
— Ну и что ты теперь собираешься делать? — холодно поинтересовалась девушка.
— Как что? Подам на развод!
— Не многовато ли у тебя разводов за последний год? — горько усмехнулась она.
— А что поделаешь? — развёл руками Антон, играя роль жертвы. — Кто же мог подумать, что она окажется такой лживой стервой? Только вот… жить мне теперь совсем негде! — он виновато, как побитый пёс, посмотрел на бывшую жену. — А помнишь, Лизок, как хорошо нам было вместе? Мы же никогда не ссорились…
— Ты на что намекаешь? — Лиза посмотрела Антону прямо в глаза, чувствуя, как внутри закипает ярость.
— Может… пустишь меня к себе пожить? Хотя бы временно, пока я нормальную квартиру не сниму…
— Ты же сам говорил, что моя квартира — это помойка! — усмехнулась она ледяной улыбкой.
— У тебя чудесная, невероятно уютная квартира! Я всё осознал! — горячо воскликнул бывший муж.
— Нет, Антон. Жить ты здесь больше не будешь никогда, — твёрдо, отчеканивая каждое слово, произнесла Лиза. — У тебя есть жена — «умница и королева», которую ты так расхваливал. Вот к ней и иди! А твои проблемы меня больше совершенно не касаются. На выход!
Мужчина медленно поднялся с кресла и, опустив плечи, поплёлся в прихожую.
— Я очень виноват перед тобой, — жалобно сказал он, держась за ручку входной двери. — Прости меня, пожалуйста…
— Я прощаю тебя. Прощай, — коротко ответила Лиза и решительно закрыла за ним дверь, повернув замок на два оборота.
Она вернулась в комнату, подошла к окну и немного отодвинула штору. Глядя вслед Антону, который, сгорбившись, брёл по заснеженной улице со своим чемоданом, она поймала себя на мысли, что ей его даже немного жаль. Такой большой, самоуверенный мальчик, который сам разрушил свою жизнь. Но он получил ровно то, что заслужил. Конечно, она могла бы смилостивиться и позволить ему перекантоваться в её квартире, ведь она всё равно целыми неделями пустует. Но потом этого паразита отсюда не выгонишь! Так что пусть свои проблемы отныне решает сам. А Кристина — просто молодец, ловко окрутила чужого мужа. Вот только тайное всегда становится явным, и теперь неизвестно, как эта «королева» будет выкручиваться из ситуации.
Но всё это волновало Лизу меньше всего.
Она прошла на кухню, включила чайник и заварила себе большую кружку ароматного кофе. Пила горячий напиток и с нежной улыбкой думала только об одном: завтра она снова поедет за город и увидится со своими мальчиками, Сашей и Пашенькой, к которым прикипела всей душой.