Кошка не ответила привычным мурлыканьем. Едва она прыгнула на диван ближе к нему, как вдруг выгнула спину дугой и громко, агрессивно зашипела, глядя в сторону коридора. Назар даже оторопел от такого нетипичного поведения своей ласковой питомицы:
— Тебя кто-то напугал, Маруся? Вот это да!
Шерсть на кошке встала дыбом. Она продолжала шипеть и пятиться к стене. Назар сел на край дивана, прислушался и вдруг отчётливо услышал, как кто-то легонько, но настойчиво скребётся во входную дверь. У него, как и в тот дождливый день в машине, снова пробежал неприятный холодок по спине. Руки на миг онемели, а язык словно присох к нёбу.
Пересилив странную скованность, парень встал и на цыпочках направился в прихожую. Царапанье вдруг перешло в уверенный, но мягкий стук.
«Наверное, снова пани Галина пирогов напекла», — с облегчением выдохнул Назар и поспешил щёлкнуть замком.
Но каково же было его потрясение, когда на пороге своей скромной квартиры он увидел… Соломию! Да ещё и одетую в невероятно стильное, дорогое кашемировое пальто, с аккуратной причёской и лёгким макияжем.
— Привет. Узнал своего проблемного пассажира? — радостно, с тёплой улыбкой спросила она.
— Привет… Тебя разве забудешь, — растерянно пробормотал Назар, моргая глазами. — Можно пройти, или ты не в настроении принимать незваных гостей?
— Проходи, конечно, — он отступил в сторону, пропуская её в квартиру. — Извини за беспорядок, я что-то в последнее время не очень хорошо себя чувствую. Столько неприятных событий свалилось на голову, что даже говорить об этом не хочется.
— А я уже испугалась, что ты обо мне совсем забыл. Мне пришлось приложить немало усилий и поднять некоторые связи, чтобы найти твой адрес. Не думала, что в большом Киеве так легко потеряться человеку.
— На то она и столица, чтобы поглощать людей с концами, — уже более бодрым голосом ответил Назар, запирая дверь. — Но ведь ты столько времени провела далеко от дома, так что не удивляйся… Ой, извини. Прости, что напомнил о твоём прошлом. Язык мой — враг мой.
— Всё нормально, Назар, — спокойно ответила Соломия, по-хозяйски проходя на кухню. — Мне ещё многое придётся наверстать и многое вернуть. Но в одном я точно уверена: моё прошлое забыть не получится. Оно настолько пропитано тёмными пятнами и предательством, что мне понадобятся силы, чтобы всё это отмыть.
— Подожди, ты о чём сейчас? — удивлённо спросил парень, ставя старенький чайник на газовую плиту.
— Вот об этом, — Соломия мягко положила ладонь на свой круглый живот. — Все мои главные тайны скрываются именно здесь. И если у тебя есть немного времени и терпения, я расскажу тебе всю правду.
— Да, конечно. У меня сегодня выходной, так что я никуда не спешу. Может, ты голодная? Сделаю бутерброды.
— Нет, спасибо, я час назад ужинала в хорошем ресторане на Подоле.
Назар невольно окинул её взглядом.
— Что, не можешь понять, как я так кардинально преобразилась за две недели? — с улыбкой перехватила его взгляд Соломия. — И откуда у бывшей зэчки деньги на дорогую одежду и рестораны?
— Если честно, то да, — смущённо признался парень. — В тот день, когда ты едва не бросилась под колёса моего рабочего авто, на тебе были какие-то старые тряпки, чужая обувь, да и денег на проезд не было. Кстати… Надеюсь, ты тот банк на Печерске всё-таки не ограбила? — Назар нервно кивнул на её брендовую сумочку.
Соломия звонко рассмеялась и, подойдя ближе, положила свою ладонь на его руку:
— Нет, выдыхай. С криминалом покончено навсегда. Грабить банк не понадобилось. Я только зашла и законно забрала из ячейки и со счетов то, что по праву принадлежало мне и моему отцу.
На кухне повисла неловкая пауза. Назар ожидал чего угодно, но эта девушка не переставала его удивлять. Чтобы разрядить обстановку, а заодно наконец узнать её настоящую историю, он тихо спросил:
— Это хорошо, что ничего противозаконного. Один раз ты уже обожглась. Кстати… А что именно тогда случилось? За что тебя вообще посадили?
Соломия сама достала из шкафчика чашку, налила себе кипятка, бросила пакетик чая и, сделав глубокий вдох, начала свою исповедь:
— Это очень долгая и грязная история, Назар. И начну я с того, что эти дети под моим сердцем… они от человека, который меня жестоко, беспринципно предал. От моего бывшего жениха и партнёра по бизнесу.
— Ого… — Назар даже присел на табуретку. — Расскажи подробнее.
— Мой отец, Евгений Михайлович, был очень успешным бизнесменом. Три года назад умерла моя мама. Отец долго горевал, но потом в его жизни появилась Виктория Викторовна — эффектная женщина, младше него на десять лет. Она быстро прибрала его к рукам, очаровала, и он полностью потерял голову. Они сыграли громкую свадьбу. Но настоящий ад начался тогда, когда в наш дом переехал жить её родной сын от первого брака — Богдан.
Соломия обхватила горячую чашку обеими руками, словно пытаясь согреться от болезненных воспоминаний:
— У меня тоже была своя, отдельная от отца компания. Довольно успешная. Мой жених, Артур, помогал мне ею управлять. Я ему доверяла как себе. А потом Богдан начал втираться в доверие к Артуру. Вместе с мачехой они провернули масштабную финансовую аферу через мою фирму. Они подделали мои подписи, провели несколько фиктивных сделок и повесили на меня гигантские долги и уклонение от уплаты налогов в особо крупных размерах.
— А что же твой жених? — возмущённо перебил Назар.