— Я уже ничего не знаю наверняка. Но Макс был тем человеком, который умел идеально прятать самое ценное. А эти псы? — Сава с уважением кивнул на неподвижный круг, охранявший гроб. — Они были жёстко обучены слушать команды ровно двух людей в мире. Макс был одним из них. Главный вопрос в том, кто же был вторым?
Прежде чем кто-то из них успел ответить, двери зала резко распахнулись. В комнату вошла генерал Загородняя. За ней следом, едва не споткнувшись о высокий порог, вбежал майор Лысенко. Он держал в дрожащих руках защищённый ведомственный планшет. Его лицо было абсолютно белым, словно свежевыкрашенная стена за его спиной.
— Освободить помещение, — жёстко скомандовала Загородняя. Её голос был тихим, но резал пространство, как хирургическое лезвие. — Все, кроме инструктора Савы. Немедленно на выход.
— Но, товарищ генерал, я же официально отвечаю за безопасность объекта… — начал было спорить Скала.
— Выйдите вон, мастер-сержант. Это мой прямой приказ.
Тяжёлые двери закрылись за последним офицером, оставив в просторной комнате лишь генерала Загороднюю, Саву и двенадцать молчаливых, напряжённых стражей.
— Сава, — начала генерал, подходя к нему вплотную. — То, что я тебе сейчас скажу, имеет гриф «Совершенно секретно. Особой важности». Если хоть слово из этого выйдет за пределы этой комнаты без моего прямого разрешения, тебя будет судить закрытый трибунал. Ты меня очень хорошо понял?
— Так точно, товарищ генерал. Могила.
Она молча протянула ему планшет. На ярком экране светилось открытое личное досье. Сухое, казённое, абсолютно стандартное. Созданное лучшими специалистами для того, чтобы выдержать любую проверку в базах данных, но совершенно пустое и безликое внутри.
— «Коваленко Оксана Петровна». Ни одной реальной записи в государственных реестрах до 2023 года. Официально нанята три месяца назад через частную клининговую фирму. Спецпроверка идеально чистая. Ни одного красного флажка. — Загородняя сделала драматическую паузу, и её взгляд стал жёстким, как кремень. — Кроме того маленького факта, что её отпечатки пальцев не совпадают ни с одной гражданской базой страны. А идентификационный код, который она спокойно предоставила при трудоустройстве, на самом деле принадлежит женщине, умершей от тяжёлой онкологии в Житомире ещё пять лет назад.
Сава внимательно вглядывался в экран, и все сложные пазлы в его голове наконец начали складываться с громким щелчком.
— Она «мёртвая душа». Профессиональный призрак.
— Позывной: «Мара». Настоящее звание: капитан. Старший оперативник Службы внутренней безопасности, спецподразделение «Тень-7». — Голос Загородней неожиданно смягчился на долю секунды, в нём проступило глубокое, искреннее уважение. — И официальная, законная жена старшего оперативника Максима Ярмоленко.
Тишина, повисшая после этих шокирующих слов, была абсолютной. Сава медленно перевёл взгляд с экрана планшета на напряжённых собак, потом на окно, где он в последний раз видел сгорбленную уборщицу. Вдруг всё обрело страшный, но математически идеальный смысл. То, как она двигалась — бесшумно, экономно, как хищник. То, как элитные собаки мгновенно реагировали на её присутствие. То, как она молча терпела три месяца постоянных унижений, ежедневного мытья грязных полов и откровенного пренебрежения от таких бумажных офицеров, как Бойко, не проронив ни слова.
— Она была здесь всё это время, — тяжело выдохнул он. — Наблюдала за всеми нами. Ждала.
— Три долгих месяца, — подтвердила Загородняя, скрестив руки. — Сразу после того, как Макс уехал в свою последнюю командировку на перехват контрабанды в Одессу. Она официально ушла в длительный отпуск по семейным обстоятельствам, создала себе безупречную легенду и проникла в этот учебный центр как обычный технический персонал. Даже без нашего официального ведома. — Генерал медленно подошла к гробу. Демон проводил её внимательным взглядом, но не шевельнулся. — Она не просто молча оплакивала своего мужа, Сава. Она вела собственное, жёсткое расследование.
— Расследование? — Сава вдруг почувствовал неприятный, липкий холод в животе. — Официальный рапорт следствия говорит, что он погиб при исполнении. Огневой контакт с вооружёнными контрабандистами в порту, хаотичная перестрелка.
— Официальный рапорт — это просто удобная ложь для красивой статистики и прессы. — Загородняя сжала кулаки так сильно, что побелели костяшки. — Макса не убили преступники. Его хладнокровно казнили свои же. Кто-то из внутреннего круга. Пуля калибра 9 миллиметров прямо в затылок, пока он спал в служебной машине после успешного задания.
Сава почувствовал, как земля буквально уходит у него из-под ног.
— Предательство?
— И Мара это точно знает. Поэтому она сейчас здесь. Поэтому она сознательно взяла в руки грязную тряпку и стала абсолютной тенью — чтобы вблизи наблюдать за каждым, кто имел доступ к закрытым боевым распоряжениям Макса. Чтобы вычислить ту крысу, которая продала его картелю за грязные деньги.
— У неё есть реальные доказательства?
Загородняя посмотрела ему прямо в глаза с отчаянной надеждой.
— Найди её, Сава. Немедленно приведи её сюда. Пора прекращать эту опасную игру в прятки. Нам нужно поговорить с ней сейчас, пока она не начала вершить своё кровавое правосудие сама.
Сава направился к двери, но на секунду остановился, взявшись за ручку.
— Товарищ генерал, как я вообще уговорю её пойти со мной? Если она успешно скрывалась три месяца, она больше никому в этом мире не доверяет. Она сейчас как загнанный в угол, раненый зверь.
— Скажи ей, что Демон очень ждёт, — голос Загородней звучал твёрдо и безапелляционно. — Скажи ей, что наконец настало время возвращаться домой.
Сава нашёл её в тёмной подсобке за старой столовой. Она механически пересчитывала остатки моющих средств с точностью робота, но её настоящие мысли были где-то очень далеко. Она даже не подняла головы, когда он тихо вошёл, но Сава, как опытный старый волк оперативной работы, мгновенно заметил едва уловимое изменение в её позе: мышцы спины резко напряглись, а ноги едва заметно, на несколько миллиметров, сместились в идеальную боевую стойку. Она была готова убить нападающего или бесследно исчезнуть за долю секунды.
— Демон ждёт, — сказал он очень тихо.
Её руки мгновенно замерли на пластиковой бутылке с отбеливателем. Одну бесконечно долгую минуту она не двигалась вообще. Потом, медленно, очень осторожно, она повернулась к нему лицом.
Маска исчезла бесследно. Забитая жизнью уборщица с покорно опущенными глазами просто растворилась в затхлом воздухе подсобки. На него смотрела женщина с таким взглядом, от которого инстинктивно хотелось проверить предохранитель на своём табельном пистолете. Её холодные глаза сканировали его тело, профессионально оценивая уровень угрозы, просчитывая пути возможного отхода и скрытые ловушки. Это был взгляд элитного убийцы.
— Кто именно тебе это сказал? — её голос изменился до неузнаваемости. Он стал намного ниже, увереннее. Это был стальной голос командира.
— Генерал Загородняя. Она ждёт нас в зале прощания.
Оксана — капитан Мара — пристально изучала его иссечённое морщинами лицо ещё несколько напряжённых секунд. Она искала малейшие признаки лжи или подставы. Не нашла. Она едва заметно кивнула один раз и поставила пластиковую бутылку на полку.
— Собаки… они всё ещё там?
— Ни на сантиметр не сдвинулись со своих мест. Они ждут только тебя с того самого момента, как привезли гроб на базу.
Что-то человеческое на миг мелькнуло на её лице. Боль такой сокрушительной глубины, что Саве самому стало тесно в груди. Но уже через мгновение маска железной леди вернулась на своё законное место.
— Тогда пойдём, Сава. Не будем заставлять их ждать ещё дольше.